Проклятие Даливентуса

11

На каменных стенах каплями висела вода. Пахло сыростью, и стояла гнетущая тишина. Единственный заключенный в рубашке с красными подтеками сидел на соломе, привалившись к стене. Раны от кнута ныли и щипали, а руки, засунутые в мешок и туго связанные сзади, затекли. Дикс охлаждал жжение холодной стеной, и через каждые пять минут шевелил пальцами, разгоняя кровь. На душе было спокойно и тревожно одновременно. Спокойно потому, что он с достоинством справился с пытками, хотя в Таранисе на уроках сопротивления не раз срывался на крик. А тревожно потому, что, скорее всего, сглупил своим упрямым молчанием, тем самым подтверждая виновность. «Хотя бы на вопрос о ведыше надо было правдиво отрицать!  – думал Дикс. – Но с Шейтилом всё в порядке и никто не знает, что они знакомы… Может, еще не всё потеряно».

На ступенях, ведущих в темницу, послышались шаги. Дикс вздрогнул, уверяя себя, что от холода, и прислушался.

– У меня разрешение от сирона Маниса на пытки заключенного, – сказал низкий голос молодого человека.

Дикс взмолился к Солнечной Цапле и опять пошевелил пальцами.

– Сколько вам потребуется времени, сирон Фонфир? – спросил стражник, сидящий у решетки перед огромным длинным коридором, слева и справа от которого были камеры.

– Как пойдет, – заявил голос, и решетка громыхнула.

Перед Диксом предстал холеный молодой мужчина в бархатной куртке с нашивкой А3, еще мужчина лет сорока с голубой повязкой на одном глазу и два ухмыляющихся парня с мечами. Дикс вздохнул и, оттолкнувшись от стены, встал.

– Маг огня? – спросил Фонфир, смотря на пылающие волосы. Дикс не ответил. – Немой что ли?

Фонфир развернулся и крикнул стражнику:

– Здесь мало места, мне надо, чтобы вы приковали его снаружи, можно в этом коридоре.

Стражник отпер дверь и, подталкивая заключенного, провел к дальней стене. Там к вбитым железным поручам его пристегнули цепью руками в разные стороны. Дикс пытался быть безразличным, но внутри у него всё клокотало, и он торопливо размышлял, что означает А3.

– Не бойся, я только потренируюсь, – сказал Фонфир. Его сопровождение вышло за решетку, мечники еще и спрятались в проходе за каменную стену.

Фонфир отошел и, оказавшись на расстоянии сорока метров, поднял руку.

 «Проклятье! Одно дело человеческие пытки и совсем другое – пытки мага». Дикс прикрыл глаза, маленький огненный шарик полетел к нему и врезался в бедро. Ногу едва обожгло. Появился дымок и на кожаных штанах осталась маленькая черная точка. «Слабенько», – подумал Дикс. Напротив тряхнули пальцами, и к нему полетело множество огненных игл, врезаясь в грудь и лицо. Эти больно жалили, а рубашка стала в мелкую дырочку. Дикс выдохнул, и, наконец, догадался, что А3 – аромаг третьей самой низшей ступени. В Таранисе к ним пренебрежительно относились, потому что они отказывались от своей магии и получали одинаковую боевую взамен.

Дикс почувствовал себя уверенней, а, увидев напротив две поднятые руки, нагло поинтересовался:

– Что, аристократы боятся сражаться в равном бою?

У Фонфира щеки пошли красными пятнами.

– Отцепите его, – крикнул он стражнику.

Стражник вместе с мужчиной в повязке, который был его учителем по фехтованию, пошли к Диксу. Учитель забеспокоился, но когда его ученик прокричал «Освободите ему руки», даже почувствовал гордость за воспитанника.

– Вы обещаете сражаться честно, благородно, до первой крови или падения? – произнес стандартную фразу учебных поединков учитель.

– Договорились, – Дикс потер покрасневшие запястья и посмотрел на маленькое зарешеченное окошко сверху в ближайшей камере. – Может, чтобы бой по-настоящему был честный, откроете окно?

Фонфир кивнул, стражник открыл решетку камеры, а учитель, подцепив мечом ручку рамы, открыл окно. Он остался в этой камере, стражник вышел, мечники высунули головы из укрытия. Они с детства дружили и тренировались с молодым сироном, а когда Фонфир начал учиться на аромага часто выполняли роль мишеней, если в их долюре не хватало заключенных. Сейчас им было интересно посмотреть на того, кто посмел бросить их другу вызов, ведь не часто встретишь мага, способного противостоять боевой магии.

Фонфир поднял руки. Дикс пальцем закрутил смерчик. Фонфир опять зарядил огненный шар, Дикс отбежал и толкнул на него смерчик. Фонфир кинул какой-то зеленый сгусток над Диксом, и в это время смерч достиг аромага. Прокрутил его несколько раз и полетел по траектории дальше. Сгусток раскрылся в сеть, которая накрыла Дикса. Он потрогал ее и резко отдернул покрасневшую ладонь. Призвал снег, быстро-быстро закрутил вокруг, и сеть пропала. Фонфир, удивленно поднял брови. Его учитель из камеры видел одного Дикса, и догадка о заключенном отразилась ужасом на лице, а мечники уже стояли у решетки, готовые ринуться в бой. Дикс запустил метель на все помещение, и сам, скрывшись, как в тумане, побежал к аромагу. Тот солнышком раскрыл руки, пытаясь поставить щит. Дикс оказался в нескольких шагах и запустил острые и крупные, как кинжалы, сосульки. Щит аромага остановил их скорость, и они упали ему в ноги кучкой ледышек. Метель начала стихать, и Фонфир, увидевший противника, перестал удерживать щит и запустил горящий диск. Дикс не успел отвернуться, и он задел ему плечо, полетел еще один диск, еще и еще. Дикс, защищаясь ледяной стеной, перебегал с места на место. Но вскоре, устав бегать, остановился и закрутил смерч до потолка и с основанием в ширину коридора. Фонфир от такой громадной силы замер, отмер и в последний момент попытался поставить круговой щит. Через секунду смерч скрыл его ото всех. Дикс напряженно шептал, поддерживая заклинание. Учитель про себя отсчитывал тридцать секунд, решив даже навлечь недовольство Фонфира, но спасти его и закрыть окно. Через двадцать секунд Дикс, вплотную подойдя к смерчу, рассеял его. С двухметровой высоты Фонфир боком упал на каменный пол, брякнув мечом и застонав от боли. Стражник и мечники ошарашенно замерли, одноглазый учитель закрыл окно и, выйдя из камеры, медленно приблизился.