Проклятие Даливентуса

3

Узкая каменная лестница уводила всё глубже и глубже. Ноги поскальзывались на влажных ступенях, а в спертом воздухе тяжело дышалось. Дикс с Нутришей и Зижаном искали подземелье. Конечно, Дикс ни за что не взял бы девушку с собой, но ее призрачный слуга подсказывал путь – в какой коридор повернуть, какую дверь открыть…

– Получается, сирона любила короля? Этого старикашку? – спрашивал Дикс у Нутриши, брезгливо морщась и теребя светящуюся челку. Он неуверенно чувствовал себя без магии, поэтому отвлекал разговорами.

– Тогда он был принцем. Молодым, красивым, обаятельным…

– И когда он обратил внимание на другую, захотела проклясть? – пфыкнул Дикс на такую дурь.

– Ты, Дикс, не чувствовал этого и не поймешь, – жестко сказала Нутриша. – Она изнывала, томилась, горела и сходила с ума.

Дикс сглотнул. Он тоже что-то такое припоминал в Горпенсе, но у него изначально не было никакого шанса.

– А почему пало на страну?

– Наверное, потому что королевская кровь и страна связаны магическим договором. А истинная виновница – проклятая Зельда. Ведь сирона хотела проклясть своей снежной силой, а Зельда убила сестру и чуть не убила короля.

– Но если мы снимем проклятие со страны, то король останется с проклятием… Хм… мы сможем надавить и узнать правду!

– Дикс, – заговорил Зижан. – Тебя убьют еще на подходе к Васкосу.

Они остановились на нижней площадке, один тоннель уходил вправо, прямо преграждала путь кованая решетка с навесным замком, а слева в нише пряталась низкая дверь. Нутриша подняла руку, как бы говоря «сейчас проверю», и Дикс нервно смахнул челку с глаз.

– Мы пришли, – прошептала она, повернув налево.

Дикс непочтительно отодвинул ее и вошел первым. Он боялся того, что они могут увидеть разлагающееся тело сироны, но Зижан поднес факел к настенным подсвечниками и пламя осветило небольшое пустое помещение с низким сводчатым потолком. Вдоль стен стояло множество стеллажей с разными банками и странными инструментами, ступками и пестиками, кинжалами и ножами.

– Это что? – тоже прошептал Дикс. – Логово проклятой?

Пока Дикс с Нутришей рассматривали ножи, Зижан стоял в центре и водил рукой по огромному закругленному камню, стирая пыль.

– Похоже это жертвенный камень. Здесь написаны какие-то символы.

Они подошли к рыцарю, и вместе начали ходить вокруг, рассматривать и что-то искать. Дикс почти ползал и, еще не до конца поняв, что это, поднял с пола большую белую кость.

– Это всё, что осталось от сироны? – спросила Нутриша, и Дикс с отвращением отшвырнул кость в сторону.

– Я здесь не останусь, – пробубнил он, вытирая руку об штаны. – Здесь итак дышать нечем, а если мы все сюда набьемся… Зижан, давай перенесем камень во двор. Мало ли что, а мне надо чувствовать магию.

Они расположились на очищенной площадке перед замком после обеда. Ветер завывал, а черные холодные хлопья не прекращали падать, но никто не смел пошевелиться. Дикс, Зижан, Ситинья и Нутриша стояли вокруг Шейтила и Рига, склонившихся над жертвенным камнем.

Риг говорил на проклятом языке и с испугом смотрел на Шейтила, который передавал ему нож. Мальчик трясущимися руками сделал небольшой надрез на указательном пальце и две капли упали на камень. Он окрасился в красный, а через секунду принял естественный цвет, будто впитав кровь. Риг передал нож мужчине, и тот глубоко порезал ладонь, повторяя за мальчиком заговор. Всё было как в воспоминаниях сироны, только теперь никто не качался и все оставались в уме – им не нужен был гипноз, они добровольно отдавали свою силу и кровь. Риг закончил говорить, а алая кровь сирона Даливентус лилась и лилась. Ничего не происходило. Он нахмурился и передал мальчику нож:

– Давай еще раз.

Всё повторилось, и опять ничего не произошло, камень не впитывал кровь Шейтила, и она уже струйками стекала на мощеную дорогу.

«Еще раз?» одними глазами спрашивал Риг. Шейтил от слабости и потери крови упал на колени и совершенно раздавленный с болью в голосе пробормотал:

– Им не нравится жертва, я итак на пороге смерти…

– Что значит жертва? Кровь – это еще не всё? – удивился Дикс, не решаясь подойти к брату.

– Его мать была жертвой… – медленно проговорила Нутриша. Задумалась на секунду, и точно прозрев, крикнула: – Значит, чтобы снять, нужна соразмеримая жертва!

– Проклятый лунь… – с отчаянием и злостью выдохнул Дикс, подходя к камню. – Слышь, сирон, а твоя мама была мне родной тетей? – Дикс выхватил из ослабевших пальцев нож, кинул взгляд на Нутришу, и, сжав рукоять, быстро полоснул себя по руке.

Шейтил поднял голову.

– Нет, Дикс. Ты не должен…

Нутриша покачнулась и побежала, но Дикс, вытолкнув силой ветра Шейтила, окружил их с мальчиком непробиваемой ледяной стеной.

– Читай, Риг. Только внятно, чтобы я смог повторить.

Риг сделал два шага назад.

– Что? Ты что, умрешь? Ты умрешь? – Он пятился, но уперся в лед и мелко затряс головой. – Я не буду убивать тебя…

– Риг, ты должен, ради всех… Это не убийство, я сам прошу тебя…

Нутриша кричала, что они могут попросить помощи у домага, и он что-нибудь придумает, Ситинья, залечивая порез у сирона, кричала, что ее брат не свинья на вертеле, чтоб его столько раз резать, что они должны были всё хорошо продумать, или экспериментировать без него. А Зижан, громко крикнув, потребовал успокоиться. На секунду все и правда замолчали, но, чтобы опять вскрикнуть, услышав топот копыт по мосту. Дикс же, решившись в порыве, старался не обращать внимания на другие крики. Он уговаривал Рига.