Проклятие для Чудовища

Глава 7 ༊

Мне казалось, после произошедшего между нами с Филиппом уже необязательно держаться на расстоянии друг от друга в школе. В моем представлении поцелуй с парнем означал начало отношений, но, похоже, так думала только я.

Увидев парня в коридоре чуть ли не в припрыжку направилась к нему. Филипп тоже меня заметил, двинулся навстречу. Но буквально в метре между нами появилась Соня, обходя меня из-за спины, задевая плечо. Она переплела его пальцы со своими и настойчиво повела в противоположную сторону. Филипп даже не обернулся ко мне, из чего можно сделать вывод, что заметил он вовсе не меня, а Токареву за моей спиной.

Весь день ходила сама не своя, не могла сосредоточиться на уроках, скорее всего завалила тест по истории, а все потому, что в мыслях витал один Филипп и его холодность. Он не улыбался мне, не писал в социальных сетях и уж тем более не заговаривал лично, а я не понимала, что происходит, и еще больше меня бесило то, что меня Филипп волнует, а он даже не вспоминает обо мне. Вчера ночью я думала о наших планах: знакомство с каждым из моих аквариумов, поездка в Париж к бабушке Лоре (Джаннет его просто испепелит в буквальном смысле), вальс на выпускном, плачевное расставание на время учебы, страстное воссоединение на каникулах после сессии, а там уже через пару лет можно и про ведьм рассказать.

Идеальный план.

В школе было оживленнее, чем обычно. На первом этаже повесили самодельный плакат, на котором яркой красной гуашью аккуратным почерком было выведено: «ДИСКОТЕКА В ЧЕСТЬ ДНЯ ВСЕХ ВЛЮБЛЕННЫХ», дата и время начала. Девчонки были просто в восторге, улыбались и пищали, бегали к парню из 11-ого класса, который традиционно брал на себя роль диджея на всех школьных мероприятиях, составляя ему плейлист из медляков.

Но всеобщая радость продлилась недолго, ровно до того момента, пока не объявили о совместной дискотеке для всех с пятого по одиннадцатые классы. Эта была настоящая подстава, актовый зал хоть и большой, но не резиновый. Да и привычнее было делиться на «среднее» звено и «старшее», куда входили ребята с девятых, десятых и одиннадцатых классов. Все свои, есть перед кем выпендриваться, можно включать неприличную музыку, пока смотритель не пресечет, все на своей волне, а тут под ноги смотри, как бы не задавить малышку.

Обычно дискотеки для старших классов устраивали позже, часов до одиннадцати вечера, а теперь еле до девяти продлится. Возможно, потом малышек будут выгонять, но все прекрасно понимают, что это затянется еще на несколько часов, ведь учителя скажут что-то типа: «Музыка не включится, пока все пятиклассники не выйдут из зала», а они ведь не выйдут.

Девочки в классе выругались.

- Треш. Зачем нам эти сопляки, неужели нормальную тусу нельзя устроить?

- Ты и правда туда собиралась?

- Хотела, но после таких новостей точно нет.

Мы в полном составе сидели в классе в ожидании преподавателя, было время обсудить несправедливость жизни.

- Хорошо, что Филипп спас этот день и пригласил нас к себе, - я выпрямилась, понимая, что голос принадлежит Соне. Она непонятным образом оказалась за одной партой с Клементьевым, не боясь Натахи.

- Меня не приглашал, - повернулась к блондинке староста с первом парты.

- Потому что это частная вечеринка только для своих.

Пока обсуждали невероятно крутой поступок Филиппа, сам он молчал. Я не понимала, мы если не в официальных отношениях, то друзьями же точно являемся, а я про его вечеринку впервые слышу. Приглашение явно не затерялось где-то по дороге, только если Соня не перехватила его.

Филипп уже стоял у крыльца в компании Корнеева и Чернышева, когда я вышла из школы. Подходить к ним я не стала, пристроилась у стенки неподалеку, хотя во дворе больше никого не было. Филипп уже было шагнул в мою сторону, но один из парней грубо схватил его на запястье, говоря что-то с нехорошим выражением лица.

И они втроем смотрели на меня.

Расстояние между нами было не совсем большим, но отдельные слова различить невозможно, лишь невнятное шушуканье. Корнеев стал эмоциональнее, размахивал руками, пытаясь что-то донести до Филиппа. Новенький наклонился к ним, сказал то, что вызвало у парней улыбки, они даже одобрительно похлопали его по спине. Филипп отошел от них, не останавливаясь указав мне на выход с территории школы.

- О чем болтали? – невзначай спросила я, потянувшись к руке Филиппа, чтобы переплести пальцы, как с утра это сделала Соня.

Филипп смахнул мою руку, как навозную муху и убрал свою в карман.

- О баскетболе, скоро меня примут.

Клементьев даже не взглянул на меня. Атмосфера между нами больше напоминала прогулку двух одноклассников, которым просто домой в одну сторону. Возможно, он не хотел афишировать наши отношения вследствие недавних событий, связанных с моим поджогом. Вся школа меня презирает, девочки лишний раз ко мне не обращаются, а тут заявить, что со мной кто-то встречается означает закопать себя. С одной стороны, я прекрасно понимаю дилемму Филиппа, но с другой, разве тебе не все равно, что подумают другие, если речь идет о любви.

Любовь – слишком громкое слово. Симпатия, страсть, влюбленность – вот что подходило для описания отношений, длинной в три недели. Молодые люди слишком инфантильны и частенько дарят друг другу такое слово, как «любовь», не совсем понимая всю ответственность. Ведьма же произносит его только будучи уверенной в своих чувствах, это очень широкий жест, который скрывает за собой преданность и искренность. Как правило, ведьма влюбляется лишь раз, остальные похождения просто для развлечения. Но немало случаев, когда чувства ведьмы были безответны. Как итог, разбитое сердце и куча сказок про принцесс в беде, вроде той, что я рассказывала в начале.

Я надеялась, что Филипп объяснится наедине, пока вокруг нет одноклассников и хоть кого-то, кто может нас заметить вместе. Но этого не произошло, он также, как и всегда, беззаботно смотрел в учебник, писал что-то в тетрадке и погрызывал кончик ручки, на котором уже живого места не осталось.