Проклятие для Чудовища

Глава 21 ༊

- Кстати, куда ты направлялся? – спросила я, шмыгая носом, пока мы ходили между стеллажами в поисках конфет.

- Завел Чудище домой и решил немного проветриться, хотя и так весь вечер провел на улице. Мне просто казалось, что не хватает воздуха. А ты где была? Свет в твоей спальне не горел. Все-таки ходила в тот волшебный магазин или типа того?

- Да… Я была на свидании, - неуверенно сказала я, стоя сбоку от Филиппа, пока тот выбирал коробку конфет для моей мамы. Я специально сказала «свидание», чтобы посмотреть на реакцию, но не заметила никаких перемен в лице парня. – С Юри.

- М... – произнес Филипп, будто ему вообще не интересно.

Парень взял коробку в виде прямоугольника и двинулся дальше, пока я кралась за спиной.

- Он поцеловал меня.

Филипп слишком резко остановился. Я врезалась в его спину, рефлекторно махнув руками. По «счастливой» случайности рядом находился отдел алкогольных напитков, и моя везучая конечность задела одну из бутылок, стоящих на боковой полке с надписью «акция». Стекло с шумом разлетелось по светлой плитке, растеклась вишневая жидкость, отдавая запах спирта в воздух. Я закрыла лицо руками от неожиданности.

Не успели мы опомниться, как к нам подлетел охранник и работница магазина.

- Опять эти дети. Скачут по магазину, как по стадиону, глазами хлопают, - ворчала женщина в жилете с эмблемой сети магазинов.

- Я случайно, - пикнула я.

- Случайно! А платить кто будет? Так, Борь, вызывай полицию, разбираться будем.

- Мы заплатим, - спокойно сказал Филипп.

- Чем?

Мы вчетвером посмотрели на ценник, который был не таким уж и большим.

- Пара сотен найдется.

Ситуация не такая страшная, как могла бы быть, но работники магазина подняли такую шумиху, будто мы целый стенд разбомбили, причем нарочно. Женщина принесла швабру и заставила меня самой все убирать. Я заготовила про себя целую речь о своих правах, но решила не усугублять ситуацию. Охранник все это время стоял у нас над душой с таким взглядом, будто мы заключенные.

Нас привели на кассу, где заставили платить за разбитую бутылку.

- Паспорт, - потребовала зачем-то женщина за кассой.

- Но мы же не покупаем алкоголь, - не поняла я.

- Не покупаете, а оплачиваете. Что я потом руководству скажу. Что дети фактически водку у меня купили?

- Это было вино, - поправила я, хотя не улавливала логики в ее словах. – Я не ношу документы, - сказала я парню. Охранник все еще стоял за нашей спиной, буквально дыша нам в уши в этом тесном пространстве между двумя кассами.

К нашему спектаклю подключились новые зрители. В такое время покупателей было мало, вот все работницы и столпились, осуждающе нас осматривая.

Филипп достал из внутреннего кармана куртки паспорт и протянул его женщине. Та грубо схватила документ и отодвинула его на длину вытянутой руки от лица и прищурилась под очками. Остальные работницы, как коршуны, склонились к ее плечам, заглядывая в паспорт. Они ну очень долго его изучали, будто мы контроль на границе проходим.

- Подумать только, еще восемнадцать не успело исполниться, а они уже глаза наливают.

- Но мы не собирались алкоголь покупать, я случайно задела бутылку, - в сотый раз оправдывалась я.

- Такой симпатичный парень был. Ишь, что с собой сделал. Не узнать. Вот, что бутылка с людьми делает.

- Наркоман теперь еще точно.

- Ну знаете, - я вырвала паспорт из рук женщины. – Мы же молчим, что вам с таким характером только надзирателями в тюрьме работать. Лучше любой смертной казни действуете.

- Ах ты нахалка, посмотрите на нее. Да какое ты право имеешь так со взрослыми разговаривать?!

- Какая разница, какой у вас или у нас возраст? Я разговариваю с вами, как вы того заслуживаете. Какое ВЫ имеете право обсуждать чью-то внешность и ставить диагнозы?

- Борь, выкини их отсюда, и чтоб духу вашего здесь не было! Хамло малолетнее!

- Да чтоб у вас кассы зависли, méchants[1], - кинула я напоследок, пока охранник пузом подпирал нас идти вперед.

Нас выставили за дверь, грубо пихнув в спины прямо у лестницы из трех ступенек перед входом. Я уже повернулась, чтобы высказать охраннику все, что я о нем думаю, но Филипп остановил меня, сжав запястье.

- Оно того не стоит, пойдем.

- Пусти меня, я им всем запор наколдую, - от злости у меня в буквальном смысле дымились уши.

- Не надо, Лив, им и так из-за нас придется карволол пить, - Филипп обнял меня за плечи и повел вперед, чтобы я не оборачивалась.

Я остыла достаточно быстро, мы уже дошли до частного сектора. Я отдала Филиппу его паспорт, который выхватила из рук грубиянок.

- Ты всегда носишь его с собой?

- Приходится. Меня довольно часто останавливают сотрудники правопорядка.

- Но это абсурд! Ты же не вандал и не беглый заключенный.

- Ты же сама только что видела, что это никого не волнует.

Я сложила руки на груди и вздохнула.

- Я верну тебе за бутылку, когда домой придем.

- Не стоит. Считай, что я угостил девушку дорогим вином сегодня вечером.

- По акции, - рассмеялась я.

- Конфеты только жаль не купили, - в такой суматохе я и забыла, зачем мы вообще заходили в магазин.

- Не думаю, что мама расстроится. Ты ей только не рассказывай о произошедшем.

- Эх, а я так хотел рассказать, какая у нее дочь скандальная.

- Я не скандалистка! Они же сами напросились.

Филипп смеялся, ближе прижимая меня к себе.

- Да ну тебя, - притворно обиделась я, толкая парня.

Филипп не уступил и направил меня в сугроб в ответ. Так мы и шли до моего дома, толкая друг друга из стороны в сторону, как два барана, явно нарушая покой соседей своим громким смехом.

- Ты вроде сказала, что Юри тебя поцеловал? – внезапно прервал все веселье парень.

- Да. Не то, что поцеловал. Скорее чмокнул. В щеку.

- А-а, я уже подумал…

- Что?

- Что у вас уже все серьезно.