Проклятие драконьего амулета

Мамин дневник

Обратно мы шли, беспокойно оглядываясь по сторонам. Я старалась как можно тщательней прятать свою ауру, чтобы меня было сложнее засечь. Очень не хотелось попасть вот так быстро в лапы к вурдалакам и получить возмездие за смерть их собрата. К счастью, путь обратно показался короче. Минут через пятнадцать мы с облегченным вздохом закрыли за собой тяжелую дверь.

Не думала, что буду так рада снова очутиться в квартире колдуна. Наспех разувшись и оставив чемодан у входа, я с Ночкой на груди прошлась по комнатам, задвигая шторы на окнах. Только после этого включила везде свет. Гришка протопал на кухню прямо в ботинках и там затих. Я удержалась от замечания, чувствуя его страх. Еще бы! Мне тоже было страшно.

Хотелось забыть то, что произошло вчера. Хотелось, чтобы это было просто сном. Нет, я не жалею о том, что убила этого кровопийцу. Многие на моем месте, зная, кто он на самом деле, сделали бы то же самое. Но я привлекла к себе внимание целого семейства вурдалаков, если не больше. Меня видел Рашит и мог передать своим товарищам. Конечно, он не сразу понял, почему я дала деру, поэтому и не стал преследовать до конца. Но наверняка после моего побега он обнаружил тело Соуфита. Теперь на меня идет охота. И разор в моей квартире — этому подтверждение. Чем дольше я буду прятаться, тем желанней для них будет добыча. Теперь моя жизнь обречена. Силенки ох как не равные. Даже если считать, что на моей стороне колдун. Но и это до той поры, пока на мне браслет дракона. Да и черт носит его незнамо где. А Гришку я вообще за защитника не считаю. Он первым сбежит в кусты при виде вурдалаков.

Усадив кошку на колени, я устроилась на диване и, чтобы хоть немного успокоиться, начала пролистывать мамин дневник. Благодаря ему я поняла, кто я такая и как мне с этим жить. Узнала, что в мире полно разных существ, которые прячут свою сущность среди людей.

Я перешагнула свой четырнадцатилетний рубеж, когда мне вручили запечатанную толстую тетрадь. К ней была приложена записка о том, что эту тетрадь мне должны были отдать на мое десятилетие. Но, видимо, либо забыли, либо кое-кто специально не отдал мне дневник матери.

С самого рождения я жила в детском доме. Я была замкнутым ребенком, отставала в развитии от сверстников и часто болела. Среди воспитанников детдома друзей у меня не было, как и не была я любимчиком у взрослых. Больше всего меня терпеть не могла директриса Лариса Васильевна или, как ее называли дети, да и взрослые за спиной, Крыска-Лариска. Женщина действительно напоминала это животное — такая же тощая, невзрачная, с хищным взглядом. Она всегда старалась унизить, оскорбить или опозорить меня при всех. Не позволяла воспитательницам и нянечкам жалеть и заботиться обо мне, особенно когда мне нездоровилось.

Ей, конечно, от меня тоже доставалось. Мстила я настолько, насколько было возможно ребенку. Однажды, после того, как она потребовала выпороть меня за разбитый стакан с компотом, я налила ей в графин воды прямо из унитаза. Потом с нескрываемым удовольствием смотрела, как она пьет холодную воду маленькими глоточками.

В другой раз я, пребывая в лазарете, понатаскала слабительных таблеток. А когда было мое дежурство на кухне, ссыпала толченые таблетки в тарелку с супом и картофельным пюре. Правда, эти тарелки достались не Крыске-Лариске, а вполне добродушной нянечке и одной из воспитательниц. Тем не менее после этого случая в детдоме провели санитарную проверку, и по некоторым пунктам директрисе досталось. К моему счастью, никто не заподозрил меня в «попытке отравления».

Но моя месть не всегда была ненаказуемой. Например, за испачканное мелом пальто директрисы на самом пикантном месте отдуваться пришлось всей моей группе — мы драили стены во всем здании детдома, даже в подвале. После этого меня возненавидели все сверстники.

Мои черные дни закончились, когда Крыска-Лариска ушла на повышение в министерство опеки и попечительства. Тогда-то мне одна из воспитательниц почти тайком отдала мамин дневник. И только прочитав его, я поняла, что являюсь энергетическим вампиром, коим являлась и директриса. Та специально ослабляла меня, пытаясь довести до полной потери энергии, чтобы выжить, а то и уничтожить меня. Ибо нечего двум вампирам делать на одной территории.

Мамин дневник очень помог мне понять себя, понять мир вокруг. Она начала вести записи лет с десяти, когда впервые почувствовала энергетический голод и ее мама, моя бабушка, стала делиться с ней тайнами мира, далекого и чуждого для простых людей. Изучив мамин дневник от корки до корки, я поняла свою сущность. Я научилась тянуть из людей жизненную энергию, накапливать ее. Здоровье, да и в целом моя жизнь пошли на лад. Я догнала по росту и развитию своих сверстников. У меня появилась даже пара подружек, с которыми мы не расставались до самого выпуска.

Но тайну маминого дневника я не раскрыла никому. Мог ли кто-нибудь поверить мне? Если я бы рассказала хоть одной живой душе о мире, который сплетается с обычным человеческим, меня бы приняли за чокнутую и упрятали бы в желтых стенах.

Мамин дневник был целой энциклопедией о существах нечеловеческого рода с их характеристиками и особенностями. Были сделаны даже карандашные наброски.

Сейчас, сидя с ногами на диване, я переворачивала страницы, поглаживая затертую бумагу и вчитываясь в слова, написанные маминой рукой. Ага, вот, нашла. «Вурдалак — человекоподобное существо, свою жизненную силу поддерживает исключительно человеческой кровью, добывая ее всеми мыслимыми и немыслимыми способами, в том числе убийствами. Обладает силой, ловкостью и хорошим чутьем. Вурдалаки рождаются только мужского пола. Человеческие женщины могут быть обращены только путем переливания части крови вурдалака в определенные лунные дни. Ради крови своего донора такие женщины могут сделать все, что угодно. Очень неуравновешенны и истеричны. Также являются матерями новых вурдалаков». Хм, вот от чего я, оказывается, отказалась. Ладно, читаем дальше. «Очень развито чувство семьи, за своих будут стоять горой».