Проклятие древних. Любовь некроманта

Глава 5

Когда Марат пришёл в себя и медленно поднял тяжёлые, словно свинцовые, веки, то оказалось, что он находится в своей палатке. На это явно указывали тканевый потолок и стены. Осторожно повернул голову, справедливо опасаясь приступа боли, и чуть не зашипел, когда она последовала. Так было всегда, когда некромант перенапрягался, используя новые для него возможности. Ещё до конца не изученные, но такие мощные туманные заклятия, как окрестил их однажды ещё один друг Марата Райт фор Леард. И всё же боль была скоротечной, вскоре мужчина уже мог спокойно осмотреться. Каково же было его удивление, когда он заметил склонившуюся над небольшим походным столиком лесту Сонью. Она что-то увлечённо смешивала в деревянной чаше, тихо нашептывая мелодичным речитативом то ли стих, то ли заклинание.

Марат никогда не видел, как работают травники. И уж тем более ему не доводилось наблюдать за шептуньями. Особенно такими сильными, как княжна. А судя по мягкому свечению, поднимающемуся над чашей, леста Сонья была невероятно сильна. Мужчина так залюбовался её деловитыми отточенными движениями, что даже про слабость позабыл. Он впервые видел её за работой, и совсем не ожидал, что это может быть настолько увлекательно. Серебристые волосы, заплетённые в две косы, были подвязаны лентой. Видимо, чтобы не мешали. Длинные тонкие пальцы умело отмеряли нужное количество травок, а затем сминали их. Иногда княжна принюхивалась и добавляла недостающую травку. О таком способе Марат точно никогда не слышал и против воли улыбнулся. А когда понял это, тут же нахмурился.

— Что вы делаете? — просипел он, даже не удивившись звучанию своего голоса. Хорошо, что вообще говорить может.

Княжна прервала своё занятие и недоумённо посмотрела на некроманта. Словно не понимала, что он здесь делает. Но затем её взгляд прояснился, и она встала из-за стола. Подойдя к походной кровати, на которую и уложили Марата, приложила ладонь к его прохладному лбу. Мужчина настолько опешил, что мгновенно перехватил её руку. И откуда только силы взялись!

— Зачем? — просипел он, вкладывая в этот вопрос слишком много всего.

— Лест Марк сказал, что у вас может подняться жар, — спокойно ответила княжна, хотя по смятению, появившемуся в глазах, можно было понять, что она смущена. — Я просто проверила.

— А целитель где? — Марат медленно, словно не желая того, отпустил её руку и на мгновение прикрыл глаза. Всё же такое простое действие отняло много сил. И так будет до тех пор, пока он не восстановится.

— Он всё ещё занимается лестом Вореном, — ответила княжна, отступив от кровати. — Слишком тяжёлые ранения. А я пришла к вам, чтобы помочь.

— Неужели другого никого не нашлось? — произнес и сам поморщился от грубости своих слов.

Княжна промолчала, вернувшись к своему занятию. Но это молчание говорило громче всяких слов. Марат действительно был непозволительно груб, и сам это прекрасно понимал.

— Простите, я не хотел обидеть вас, — мужчина попытался приподняться, и травница тут же подскочила к нему.

— Лежите, вам ещё нельзя вставать, — распорядилась она, при этом избегая смотреть ему в лицо. — Я доделаю укрепляющее и…

Марат сжал её руку и прижал к своим губам. Сонья вздрогнула и уставилась на него широко открытыми глазами, полными недоумения и настороженности.

— Ну вот, теперь вы хотя бы смотрите на меня, — усмехнулся некромант и сильнее сжал её руку.

— Зачем вы это сделали? — укоризненно спросила княжна, но вырываться не стала.

— Чтобы вы не сбежали, — честно ответил Марат. — Хотя бы до тех пор, пока не простите меня. Я действительно ничего не имею против вас, просто не ожидал увидеть в роли своей сиделки.

— Лест Соклав…

— Вы можете звать меня по имени.

Простые слова вежливости, но Сонья окончательно смутилась. Почему-то ей казалось, что начни она звать его по имени, с приставкой лест, конечно же, и что-то необратимо изменится. Они словно станут ближе друг к другу… Глупость, конечно, несусветная, но Сонья не смогла себя пересилить.

— Пусть я и княжна, но всё же хорошая травница. И могу выступать в роли сиделки, кем бы ни был нуждающийся во мне человек.

— Я понимаю, и больше постараюсь не совершать таких ошибок.

Короткий разговор отнял у Марка последние силы, и он вновь закрыл глаза, ненавидя себя за эту слабость. Но это была справедливая кара за его самоуверенность. Слишком понадеялся на свои возможности. Посчитал, что раз уж последние полгода вполне успешно справлялся с туманными заклятиями, то и сейчас сможет. В прошлые разы откат был не таким сильным. Ну, кроме самого первого, когда Марат узнал из свитков древних о забытых возможностях и предназначении некромантов.

«Нет, об этом сейчас лучше не думать. Не самое удачное время!»

Пока он предавался меланхолии и корил себя за глупость, Сонья успела успокоиться и доделать укрепляющий настой. Конечно, было бы намного лучше, если бы он настоялся хотя бы сутки. Но выбора не было. Лест Марк предупредил, что ей достанется крайне вредный и нетерпеливый пациент. И если она быстро не вернёт ему силы, то с этого некроманта станется отправиться на обползание периметра, раз ноги держать отказываются. Вообще, когда они вернулись, княжна и вовсе решила, что лест Соклав мёртв. Настолько неестественно бледным он выглядел. Пока лест Марк, постоянно срываясь на шипение, не поведал, что этот «тавр» с особо крупными рогами вполне себе дышит. Только израсходовал слишком много сил. И как-то совершенно неожиданно Сонья оказалась в роли сиделки. Более того, ей пришлось обрабатывать мелкие ссадины на его лице и одну довольно большую царапину на груди.

Покосившись на мужчину, она подумала, что он, видимо, так ещё и не понял, в каком виде лежит перед ней. Зато благодаря снятой рубашке (исключительно в лечебных целях!), княжна наконец смогла подробно рассмотреть его татуировки. А заодно осознать, что эти чёрные линии каким-то непонятным образом буквально околдовывают её. При одном воспоминании о том, как Сонья не сдержалась и провела пальцем от самого запястья до предплечья, завороженно рассматривая мужскую руку, щёки обдавало жаром, а дыхание сбивалось. Если бы мама только узнала, как бесстыже вела себя её дочь… Да ещё по отношению к кому!