Проклятие Эгиды

Глава 23

- Ты что устроила? – Взорвался Гончий, как только за троицей захлопнулась дверь с обратной стороны.

- Я? Заметь, из нас двоих именно ты ходишь по тонкому льду! – Не отставала Катарина, - ты хочешь лишиться головы? Совсем спятил?! Уже весь двор гудит о том, как ты остановил жрецов Порядка. Преступил через слово короля ради какого-то мальчишки! Говорят, у тебя две книги, зачем они тебе? Держать у себя – верная смерть, Квен!

- Так вот почему ты рылась в моей комнате? Книги искала?

- Я хотела тебе хоть как-то помочь, ты становишься одержимым! Здесь тебе не спокойная обитель в пригороде, в этом змеином гнезде тебя могут подставить в любой момент.

- Раз ты так разбираешься в делах дворцовых, почему не предусмотрела, как три козы тебя будут грязью поливать?

Катарина фыркнула:

- Больше чем уверена, пока они здесь развлекались, их служанки обшаривали твои покои в поисках той самой кошки, которую, судя по слухам, ты таскаешь с собой.

- Это. Не их. Дело.

- Ой ли? Даже король не сможет тебя прикрыть в этот раз, остальным же лордам отказал. Защитив тебя, он потеряет те крохи остатков власти, которые у него остались. Одумайся, наконец!

- Знаешь, - Гончий, распалившись еще больше, сделал шаг к Катарина, а она рефлекторно отступила. Не то что бы мы обе ждали от него удара, но мужчина он немного нервный.

Я выскочила из-под кровати и, встав между ними, зашипела на Гончего.

- Ой, брось! – Скривился он, - даже если бы я собирался ударить свою сестру, твой хвостатый зад вряд ли мог бы меня остановить.

- Ты не в себе, -выдохнула Катарина, - избавься от кошки и заляг на дно, что бы тебе ни поручил король. Свою позицию он может и не сохранит, а тебя казнят.

- Это не просто кошка, Катарина.

- Конечно, не просто! Они запрещены.

- Она переводит Книги Древних.

Катарина застыла ненадолго, а потом, после печального вздоха, невесело засмеялась, поднимая меня на руки:

- Я понимаю, сейчас жестокие времена. Все говорят, Хаос возвращается: несколько деревень уже выкосила болезнь, как это и предсказывалось. Поля сгорают, дичь покинула леса. В полную луну видели облики Богов. Только жрецы Порядка сдерживают их от возвращения сюда. Не надо их злить, они – наша надежда. Ты хочешь найти способ это изменить из-за верности королю, но верить в то, что кошка может читать и уж тем более переводить? Это слишком.

- Женек помогает, - вылетел наконец ворон, - Женек переводит.

- Я говорю правду. Мы почти завершили перевод Первой Книги, и, - Гончий запустил пятерню себе в волосы, - кажется, Порядок нам врал. Или сам заблуждался.

- Что?

- Возможно, в Третьей Книге окажется, что предсказание совсем не так звучит.

- Откуда эта кошка взялась? Кстати, а что за такая леди Бартел, которая живет у тебя?

- Эта кошка – и есть леди Бартел. Идея Фаркаса.

- Ты дал титул животному?

- Ну, исходя из того, что я здесь наблюдаю, он уже есть у многих.

Жизнь во дворце мало чем отличалась от жизни в особняке – такая же изоляция. Правда, дома были Пьетро и добрый Фаркас, здесь же я «переехала» в покои Катарины.

За Гончим дворцовые интриганы устроили тотальную слежку. В принципе, их можно было понять: все вокруг становилось хуже. Некоторые лорды в попытках защитить своих людей лишились титулов и земель. Они отошли Храму Порядка.

Даже небо стало каким-то свинцовым. Возможно, все дело в вере людей, которые не сомневались, что грядет конец света, а надежда только на Храм и ту, что исполнит пророчество.

Ту, до которой я так и не смогла добраться. Даже при хорошем раскладе, если бы Зарину оставили одну, пойти к ней – это пересечь весь дворец, наполненный людьми, пройти все северное крыло замка, напичканное жрецами Порядка, и при этом остаться незамеченной.

Женек радостно предложил «долететь» меня туда, но идея так себе. По многим причинам.

Гончий перекинул ношу в виде меня на свою сестру, которой параллельно не только приходилось отбиваться от еще большего количество местного серпентария, а еще и прятать Книги, которые мы с Женьком продолжали переводить.

Гончий лишь каждую ночь утаскивал к себе, чтобы я гасила разбушевавшуюся метку. Я не знаю, было ли ему больно, но чем больше я слышала звон, который мне удавалось гасить, тем хуже выглядел Гончий.

Он и так не был первым красавцем, но сейчас стал каким-то совсем жутким: скулы заострились, серые глаза стали под цвет штормового неба. А еще эти политические игрища давали о себе знать: если его раньше лорды просто уважали либо терпели, то сейчас лагерь вельмож разделился на два фронта: тех, кто его открыто ненавидит, и тех, кто готов есть с руки Гончего.

То, что я устроила в деревеньке под столицей, не прошло бесследно. Некоторые подняли головы, узнав, что можно все-таки дать отпор Храму Порядка, который начал совсем «берега путать».

И все с подачи Гончего.