Проклятие фиолетовой лисицы, или Перерождение в новом мире

Пролог

Никогда не теряй веру, всегда храни в себе любовь к окружающему миру, не сдавайся и стремись стать только лучше, чтобы этот мир менялся вместе с тобой.

Лиса Фрейлина

Рождение – это удивительное явление, тонкая грань между небытием и существованием. Это момент, когда искра жизни вспыхивает, знаменуя начало пути, полного возможностей, тайн и неизведанных горизонтов. Это не просто физиологический процесс, это чудо, повторяющееся миллиарды раз, но каждый раз уникальное, неповторимое и сакральное. Явление, которое напоминает нам о вечном цикле жизни, о связи поколений и бесконечных возможностях, которые таит в себе каждый новый день. Это повод для радости, благодарности и надежды на лучшее будущее.

В этом мире родилась маленькая девочка. Шёпот ветра, подобный колыбели, пел ей свою песнь, пытаясь утешить и успокоить. Она лежала закутанной белой и потрёпанной тканью прямо на скамейке детской площадки. Девочка хоть и была маленькой, но понимала, что осталась одна, что рядом никого не было. Она горько плакала, пока её не услышала женщина, проходившая мимо. Подошла к скамейке и увидела малютку. Её сердце так и разрывалось на части при виде такого несчастья. Что же за мать могла оставить ребёнка здесь одного, словно специально искала смерть для него?

Добрая женщина не могла её так оставить, она подобрала малыша и позвонила в «Малютку». Её забрали в детский дом, где жило множество потерянных детских душ, как она. Девочке дали имя Роза – поскольку оно было написано на белой ткани. Это было удивительно. Может, всё-таки её оставили не на верную гибель? Какова вероятность, что мать Розы знала: девочку подберут и отнесут сюда? Но тогда почему она не сделала это сама…

Прошла буквально неделя. В стенах приюта появилась молодая пара, которая хотела завести ребёнка. Их выбор остановился на Розе. Однако они так и не удочерили её – забрали заявление. Кто же знает причину отказа, так толком и не обосновали. Но всё не было так плохо, поскольку вскоре пришла другая пара – немолодая, правда. Люди были положительными и вполне добропорядочными. Она им нужна была, как глоток воды в этой жизни. Пройдя весь процесс, они забрали Розу к себе.

У пары уже был сын – взрослый, 25 лет, женатый. Все его достижения ограничивались этим, ведь по жизни он оказался непутёвым, да и характер будь здоров. На работе долго не задерживался – лодырь и лоботряс ещё тот.

Алексей не мог понять, чего это его родителям вдруг захотелось удочерять кого-то.

– Зачем вам этот ребёнок? Вы с ума сошли!

– Чтобы любить, заботиться и воспитывать её, как собственную дочь.

Спокойно отвечал ему отец. Алексею этого не дано было понять, ведь он никогда ни о ком не заботился. Жене-то должного внимания не уделял – та от него в итоге и ушла, оставив совсем одного.

Годы шли. Роза росла весёлой и жизнелюбивой девочкой. Анна Петровна и Иван Сергеевич стали любящими родителями для неё. Роза не знала, что она им не родная, да и важно ли это? Главное, что ребёнку с ними хорошо, она получала всю любовь и нежность. Роза расцветала под их заботой.

В школьные годы девочка нашла страсть в театральном кружке, а также в хоре и танцах. Роза была неугомонной и гиперактивной, но при этом творческой. В ней горел огонь жизни, который нельзя было потушить. Она жила полной жизнью, наполненной смехом, музыкой и любовью приёмных родителей.

Алексей наведывался редко, но каждый его визит оставлял привкус горечи. Деньги были неизменной причиной его появления: сначала просил робко, потом умолял униженно, и в конце концов требовал с озлоблением. Жизнь его, словно загнанный зверь, свернулась в тесный, кровоточащий клубок: брак рассыпался в прах, работа испарилась, оставив лишь пустоту.

Когда он увидел Розу – хрупкую, сияющую, окружённую заботой и светом, – что-то внутри него сломалось, обнажив гнойную рану зависти.

– Она даже неродная… А они пылинки с неё сдувают. А для меня – ничего.

Шипел Алексей под нос. Он стал её тенью. Сперва – мимолётный интерес, затем – неумолимая, систематическая слежка. Он растворялся в полумраке театрального зала, наблюдая за её выступлениями, робко оставлял букеты у её двери, не решаясь показаться.

Ненависть клокотала в нём, отравляя каждый вдох. Но в бессонные ночи, утопая в одиночестве своей пустой, убогой квартиры, он тайком слушал записи её песен, и по его щекам текли слёзы.

– Как же ты поёшь…

Шептал он, содрогаясь от ужаса. В ней пульсировал талант, искра божья, а это означало лишь одно: он – ничто, пыль под её ногами.

В один день он перехватил её у выхода из театра. В его глазах плясали черти – не только ненависть, но и мучительная боль, почти граничащая с мольбой.

– Ты отняла у меня всё! Я никогда тебе этого не прощу!

Прорычал он, сжимая её руку. Она попыталась вырваться.

– Отпусти! Что я тебе сделала?

В её голосе звенел неподдельный страх.

– Ты просто… существуешь! Уже этого достаточно!

Он толкнул её в спину и растворился в ночной мгле. Затем последовали гневные сообщения в соцсетях.

– Ты думаешь, я не вижу, как ты в глаза им заглядываешь? Как в дочку играешь? Лживая маска! Я знаю правду!

Извергался он ядовитыми строками. Роза блокировала его везде, где могла, но Алексей находил обходные пути, посылая сообщения с фейковых аккаунтов. Роза ничего не говорила родителям, не желая их расстраивать.

Однажды, в канун своего 22-го дня рождения, Роза возвращалась домой после выступления. Погода была дождливой и ветреной. Она стояла на остановке, ожидая автобус, который, как назло, не ехал. Вдруг остановилась машина, из неё вышел Алексей.

– Садись в машину, я довезу тебя.

Глухо бросил он. Роза нерешительно застыла. Она не желала ехать куда-либо с ним, но на телефоне появилось сообщение от отца: «Алексей вызвался подвезти, не жди автобус. Ждём дома».

Роза тяжело вздохнула и, взяв волю в кулак, всё же села на заднее сиденье. Алексей молча завёл двигатель, и они тронулись. Дождь не стихал, лишь усиливался, барабаня по крыше. В салоне повисла давящая тишина, нарушаемая лишь монотонным шумом дворников. Роза украдкой поглядывала на Алексея, пытаясь разгадать его мысли. Он был слишком молчалив, не сыпал гадостями. Очень странно и так на него не похоже.