«Как же холодно... Что я тут делаю? Где я?»
Мысли переполняют. Стою на вершине какой-то скалы, где ни разу не была...
«Боже, как же высоко. Как я сюда попала?»
Во тьме виден силуэт, что движется ко мне.
— Кто здесь? — кричу в даль...
— Элизабет, здравствуй! Я тебя давно уже жду. — приятный женский голос обратился ко мне.
— Здравствуйте. Откуда вы знаете моё имя? Где я?
— Я знаю о тебе всё, дитя. Ты здесь не случайно. — страх уверенно пробирается в подсознание, но её голос как противовес — успокаивает. Я немного расслабилась.
— Кто вы? Почему я здесь? — с моих губ срывается самый главный вопрос.
— Тебе ещё многое предстоит узнать. Ты — смерть! Твоё рождение это проклятие для мира всего. Но выбор за тобой.
— Что?
— То, что написано судьбой, — словно заклинание начала она говорить: — мы не вправе изменить. Тебе же, жизнь дарована для зла, а значит — такова твоя судьба. Ты обретёшь лишь мир тогда, когда исчезнет из-под ног скала. И жизнь твоя, как нить, оборвётся в один миг. Ты проклята за то, что было сделано давно. Пойми дитя: ты плата, за высшую награду. Жизнь свою ты погубить должна и страдать не будет мир тогда. А если силу обретёшь — назад уже не повернёшь. Судьбой тебе предсказано: разрушить мир, не безнаказанно. Печать на тебе стоит, она тобой руководит. В тот день, что родилась ты, демон высший обрёл мечты. Когда семнадцать лет пройдёт, армию сюда он приведёт. Ты дитя —оружие его. Сжечь мир до тла — предназначение твоё. Но если ты умрёшь, то этот мир спасёшь.
— Что за бред вы несёте? Вы сумасшедшая. — не выдержав крикнула ей в ответ.
— Это твоя судьба, таково пророчество твоё. Тебе суждено сжечь этот мир. Твоя сила черная, словно ворон. Спасти этот мир ты можешь лишь умерев. В твой семнадцатый день рождения тебе суждено обрести полную силу. Когда луна на небе достигнет своего пика — Демоны ада поднимутся и встанут пред тобою на колени. Мир будет гореть в огне по твоему приказу. Печать тобой руководит, а Демон — судьбу твою вершит. Я же, даю тебе выбор.
— Да вы больная. — с уверенностью заявила я.
«Нужно закрыть глаза и успокоиться. Представить что я лежу в своей кровати и открывать глаза. Это просто сон.»
— А-а-а. За что? — кричу я, падая с обрыва.
Мои глаза резко раскрылись. Я дома, живая. Значит это был и правда сон. С осознанием этого смогла спокойно выдохнуть.
— Милая, вставай. Пора собираться. — в дверь комнаты постучала мама.
— Да, сейчас иду, мам. — встала с кровати и распахнув шторы открыла окно.
На улице лето, светит солнце, это так прекрасно. Сонная иду в ванную комнату.
— Чёрт, какой кошмар. — ужаснулась я, увидев себя в зеркале.
Я, Катарина Элизабет Гроус, похожа на ужас, что вышел из-под земли. Мои зелёные глаза, что в обычной жизни схожи с кошачьими из-за их разреза, сейчас похожи на две узкие полосочки. С трудом поднимаю веки, открывая глаза, я продолжаю осматривать эту сонную особу в зеркале. Рыжие, чуть волнистые волосы по утрам как всегда запутанные и торчат во все стороны. Плеснув холодной воды в лицо, открыла шкафчик над зеркалом пытаясь достать зубную пасту и щётку, в очередной раз проклиная всех за свой низкий рост, которому не хватаем как минимум шесть сантиметров до нормальных метра и семидесяти сантиметров.
Почистив зубы вернулась в свою комнату —переодеваться. Я живу со своим братом Александром и любимой мамой.
Алекс у меня очень красивый, ему девятнадцать. Блондин, а глаза у него разного цвета. Это так красиво: один глаз голубой, а другой зелёный, таких людей называют альбиносами.
Мама у меня тоже блондинка. Красивая, высокая, стройная и очень умная. У неё очень красивые голубые глаза. А вот я рыжая и совсем не похожа на маму. Она говорит что волосы и внешность мне достались от бабушки моего отца, которую я никогда не видела. Отца, к сожалению, я уже почти и не помню. Он умер, когда мне было всего шесть лет. До сих пор не знаю всех подробностей его гибели. И не смотря на то, что мы живём в небольшом городке — Миддлтон, о моём отце никто и ничего не знает.
— Доброе утро, мам! — спускаясь на кухню поздоровалась я и поцеловала её в щёку.
— Доброе утро, милая. — она мне улыбнулась и продолжила делать тосты.
— Алекс ещё спит? — спросила я.
— Иди и разбуди его. — тихонько попросила меня мама.
— Хорошо. — встав из-за стола, направилась в комнату Александра.
Подойдя к двери, я несколько раз постучала.
— Что надо? — послышался сонный и возмущённый голос брата.
— Алекс, вставай, завтрак уже готов.
— Отвали от меня, я спать хочу.
«Да, вот такой он у меня. Утром его лучше не трогать, но ведь я люблю его позлить.»
— Если ты сейчас же не встанешь, тогда я зайду в комнату.
«Ну как можно быть таким безответственным?»
— Если зайдёшь — я тебя прибью. — начал он рычать на меня.
— Раз, два, три. Всё, я вхожу. — открываю дверь в его комнату и, схватив графин с водой, что стоит всегда на столе, выливаю на него.
— Твою мать... Кати, что ты творишь? — он вскакивает с кровати и хватает меня за руку.
— Ай, больно, отпусти... Ну ты же не хотел вставать. Если мы задержимся, тогда дедушка будет волноваться. — я надула свои губы.
— Да ты больная, если так нарываешься. — Алекс начал меня щекотать, а я заливаться смехом и кричать.
— Алекс, ну отпусти меня, давай собираться.
— Ладно, иди из моей комнаты. Ещё раз вот так зайдёшь, я тебя закопаю, на заднем дворе. Ясно?
— Угу. Злой ты. — показав ему язык, быстро вышла из комнаты.
— Зато умный, в отличии от тебя, сестрёнка. — крикнул он вслед.
— Он скоро будет готов. — вернувшись на кухню, сообщила маме.
— Это хорошо. Ты же знаешь, что дедушка не любит опозданий. Ты вещи собрала?
— Да, конечно собрала.
Отредактировано: 15.04.2019