Проклятие королей

ЭПИЛОГ

Возглавляя немалую походную колонну и ритмично покачиваясь в седле, Эрик удовлетворённо оглянулся — за ним верхом или в пешем порядке неспешно двигалось почти шесть десятков бойцов, не считая нескольких доверху нагруженных повозок, влекомых медлительными, но сильными волами. Позади также следовал небольшой табун из сорока отборных лошадей, за которым присматривала пара степняков. Всё вокруг зеленело и цвело, приятно радуя глаз сочными красками просыпающейся природы, кружа голову ароматными запахами трав. Несмотря на климатическую катастрофу, прохладное лето вступало в свои права. Просохшая грунтовая дорога на север причудливыми изгибами змеилась среди лесов, равнин и холмов.

Задумчиво глядя на окружающий пейзаж, сын Адельгейды непроизвольно погрузился в воспоминания. И перед его мысленным взором вновь, невольно, замелькали яркие картины бурных событий из недавнего прошлого…

После успешной битвы с аварами никто судить его, естественно, больше не собирался. Ведь победителей, как известно, не судят. Выдвинутые против Эрика обвинения сами по себе сошли на нет. Казалось, о случившемся на королевском совете все благополучно позабыли. Франкская знать и воины Австразии были охвачены воодушевлением от лёгкой и прибыльной победы над врагом. Немалая добыча и громкая слава — кружили людям головы. Даже проявившиеся недавно противоречия и разногласия исчезли бесследно, словно вычеркнутые из памяти и полностью преданные забвению. Понесённые в сражении потери оказались незначительными. И после раздела трофеев среди войска воцарились чувства довольства и радости.

Воины по заслугам оценили вклад удачливого и любимого богами чужака в победу над врагом. Эрика щедро наделили добычей. Оружие, кони, сёдла, амуниция… ему достались в полной мере. Не говоря уже о широкой популярности и признании среди свободных франков. На часть полученного добра, юноша выменял себе крепкие повозки и неприхотливых ездовых быков. И, к удивлению окружающих, даже выкупил двух пленных степняков.

Более того, несколько десятков воинов (из освобождённых из неволи у обров, лишившихся родных или потерявших в последнем бою своих вождей), изъявили желание принести ему присягу и поступить на службу. И, побеседовав с этими добровольцами, у некоторых из них Эрик принял клятву верности.

Однако, несмотря на удачный исход битвы с аварами и благополучное окончание «суда», юный предводитель не обольщался. Сигиберт и его ближники ничего не забыли и никогда не простят ему испытанного унижения и страха перед непредсказуемым воинством. К тому же они были снедаемы завистью и ревностью к победителю авар. Впрочем, прилюдно король продемонстрировал самое приязненное отношение к главному герою успешной битвы. Он даже на глазах всего войска отметил хитроумный замысел Эрика, приведший к победе в сражении.

— Если хочешь, можешь стать моим вассалом, получишь земли и титул в Австразии, — приветливо и благосклонно говорил сын Хлотаря. — Я умею ценить умных и храбрых подданных.

Но холодные и колючие глаза короля совершенно не сочетались с его благожелательной и сердечной улыбкой, явно не соответствуя произнесённым дружеским и любезным словам.

Эрик учтиво поблагодарил внука Хлодвига за щедрое предложение, но вежливо отказался. А на вопрос короля, какое всё-таки вознаграждение он желает получить, юноша спокойно и с достоинством произнёс:

— Если Ваше Величество своей высочайшей волей выдаст нужный капитулярий, разрешающий моим торговым представителям свободно и беспошлинно передвигаться и торговать в ваших владениях, мне этого будет вполне достаточно. И ещё у меня есть одна небольшая просьба… Поскольку вы, государь, несомненно, после нынешней славной и убедительной победы немедленно отправитесь против Хильперика, чтобы вернуть свои временно утраченные города, то позвольте мне нынче же покинуть ваше доблестное войско. Не сомневаюсь, что вы легко восстановите справедливость, прогнав его гарнизоны и освободив свои земли. А затем победите в честном бою отряды своего брата.

Эрик сделал небольшую паузу, ненадолго прервав свою речь, а потом, тщательно подбирая слова, взвешенно продолжил:

— Надеюсь, вы понимаете причины, по которым я не могу дальше сопровождать ваше войско и принимать участие в этом походе. Ведь я подданный Хильперика, живу в его владениях и принадлежащем ему городе. Мой отец — вассал короля, граф и должностное лицо в Арденнском краю. Поэтому для меня нежелательно сражаться против своего суверена и бойцов моего королевства. Тем более что я уверен — вы без труда одержите над ним верх и успешно защитите свои права. Вдобавок впоследствии непременно нанесёте ответный визит в его земли, дабы получить достаточное удовлетворение и компенсацию за причинённый вам ущерб. И когда вы будете брать выкуп с городов Хильперика, могу я ходатайствовать об одном одолжении? В качестве благодарности за мой вклад в нынешнюю победу над аварами прошу вас не чинить вреда и не требовать откупа с Турне.

Сигиберт тогда согласился выполнить небольшие просьбы Эрика. Выписав ему необходимый капитулярий и уверив, что не станет трогать город, в котором проживал сын Адельгейды. Однако парень не обманывался смыслом его красивых слов. Эти внешние и совершенно необременительные обещания тщеславный король пока сдержит. Но в скором времени злопамятный властитель обязательно постарается отомстить за потерю лица перед знатью, пережитое унижение, испытанный страх и задетое самолюбие…

***

Разгар осени в окрестностях Пуатье ознаменовался холодными ливнями, засильем повсеместной сырости, наступлением непогоды, слякотью и непролазной грязью, делавшей пути совершенно непроходимыми. Поздние торговцы и дуксы (желавшие провести зиму в городе), пользуясь ещё сохранившимися в этой части Галлии и находящимися пока в приличном состоянии неплохими римскими дорогами, в начале октября добрались до Пуатье, принеся с собой последние вести из окружающего мира. Поскольку в холодный период года вследствие лютых морозов, глубоких снегов и неразвитого транспорта коммуникации и связь оказывались сильно затруднены.