Проклятие лунного союза

Глава 1

Тишина в реставрационной лаборатории после полуночи была особого свойства. Густая, звенящая, будто наполненная не звуками, а их призраками. Алиса провела пальцами в белых хлопковых перчатках по виску, оставив легкий мазок вековой пыли. Перед ней на мягком войлочном коврике лежала причина ее бессонных ночей — кинжал.

Не просто кинжал, а «Коготь Лунного Зверя», как значилось в инвентарной карточке. Стилизованная рукоять из черненого серебра была выполнена в виде двух сплетенных волчьих голов, в глазах которых застыли крошечные гранаты, мерцающие тусклым алым светом. Клинок, обагренный темными разводами патины, испещряли сложные руны, которые она тщетно пыталась идентифицировать всю прошлую неделю. Заказ был срочный, анонимный и щедро оплаченный. Слишком щедро, что поначалу заставило ее насторожиться, но любопытство, этот вечный двигатель археологов, в итоге победило.

Сейчас же ей хотелось его придушить.

— Ну что же ты от меня хочешь? — прошептала она, склонившись над ним так близко, что дыхание запотевало на холодном металле.

В ответ — лишь молчание. Она взяла в руки скальпель с тончайшим лезвием, чтобы аккуратно, под увеличением лампы, очистить забившуюся в узор грязь. Работа требовала ювелирной точности и полного погружения. Мир сузился до острия скальпеля, причудливых линий на стали и ее собственного дыхания.

Именно поэтому она так резко вздрогнула, когда кончик скальпеля соскользнул и вонзился ей в подушечку указательного пальца левой руки, прямо через тонкую перчатку.

— Черт! — вырвалось у нее, и она судорожно отдернула руку.

Капля алой, почти бордовой в тусклом свете крови, выступила на белой ткани. Это было досадно и глупо. Алиса сняла перчатку, чтобы осмотреть ранку. Она была крошечной, но глубокой. Прежде чем она успела что-либо предпринять, еще одна капля сорвалась с пальца и упала.

Прямо на рукоять кинжала, между двумя волчьими головами.

Все произошло в одно мгновение. Гранаты в глазах волков вспыхнули ослепительным багровым светом, будто в них вдохнули жизнь. По комнате пронесся ледяной ветер, которого не могло быть в герметично закрытом помещении, задув единственную горящую свечу в дальнем углу. Воздух сгустился, наполнился запахом озона, влажной земли и дикой полыни.

Алиса отпрянула, ударившись спиной о стеллаж с инструментами. В ушах стоял оглушительный звон, а перед глазами проплывали видения: два огромных волка, черный как смоль и серебристый как лунный свет, сцепились в яростной схватке. Клыки, когти, клочья шерсти, летящие в кромешной тьме. Глухой рык, полный такой первобытной ненависти и боли, что у нее перехватило дыхание. И сквозь это — чувство двойного притяжения, жгучего и неотвратимого, будто к ее внутренностям привязали два каната и дернули в разные стороны.

Видение исчезло так же внезапно, как и появилось. Свет в глазах волков погас. В лаборатории снова было тихо. Только сердце колотилось где-то в горле, а все тело пронзила странная, ползучая дрожь — не от страха, а от какого-то дикого, незнакомого возбуждения. Воздух словно вибрировал, и каждая клеточка ее тела отзывалась на эту вибрацию.

Она с силой провела рукой по лицу. «Галлюцинация. Переутомление. Сотрясение мозга от падения со стула?» — лихорадочно соображала она. Но крошечная ранка на пальце пульсировала, а в ноздрях все еще витал призрачный, но отчетливый запах дикого зверя.

Дрожащими руками она наспех замотала палец пластырем, сунула кинжал в сейф, защелкнула его на все замки и, не глядя по сторонам, почти выбежала из лаборатории.

Ночной воздух не принес облегчения. Напротив, он ударил в лицо обжигающей свежестью, и она почувствовала себя дикаркой, впервые вышедшей из пещеры. Город, обычно привычный и шумный, будто натянулся, как струна. Она слышала не просто отдаленный гул машин, а различала звук отдельных моторов за несколько кварталов. Видела каждую трещинку на асфальте в свете тусклых фонарей. Чувствовала запах жареного лука из закусочной через дорогу, перегара от прохожего, духов женщины, прошедшей мимо пять минут назад, и… чего-то еще.

Чего-то острого, звериного.

Алиса ускорила шаг, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Ей казалось, что за ней следят. Не просто смотрят, а чуют. Этот животный инстинкт, дремавший где-то в подкорке, теперь проснулся и вопил во всю силу.

Она свернула в темный переулок, привычный ей короткий путь к дому. И тут ее ноги вдруг приросли к земле.

Из тени, отбрасываемой глухой стеной склада, отделилась фигура. Огромная, на голову выше ее. Мужчина. Он вышел под уличный фонарь, и свет упал на него, заставив Алису невольно сглотнуть ком в горле.

Он был не просто высок. Он был сложен, как боевая машина. Широкие плечи, мощная грудная клетка, обтянутая черной футболкой, руки с рельефными мышцами, покрытые темными татуировками, угадывающимися даже в полумраке. Но дело было не в его силе, которая исходила от него почти физическими волнами. Дело было в его лице. Резкие, словно высеченные из гранита черты. Тяжелый, волевой подбородок. И глаза. Глаза цвета старого золота, горящие таким немым, необузданным пламенем, что от них невозможно было оторваться. В них читалась ярость, любопытство и… голод.

— Ты, — его голос был низким, хриплым, будто горсть гравия, перекатывающаяся в груди. Он сделал шаг вперед.

Алиса инстинктивно отступила, наткнувшись спиной на холодную кирпичную стену. Пути к отступлению не было.

— Кто вы? — выдавила она, и ее собственный голос показался ей тонким и слабым.

— Каин, — отрывисто бросил он, как будто это имя должно было все объяснить. Он подошел ближе, сократив дистанцию до пары шагов. Его взгляд скользнул по ее лицу, шее, груди, будто он изучал свою собственность. — И ты теперь моя.

— Я… я ничья, — попыталась она возразить, но звук вышел неуверенным.

Он коротко усмехнулся, и в этом звуке не было ничего веселого. — Ошибаешься. Ты коснулась Клинка. Твоя кровь разбудила Союз. Теперь ты связана. Со мной.