Проклятие ненависти клана Учиха

Глава 3.2

Едва занятия закончились, Саске исчез, словно растворился в воздухе. Конечно, я знала, где его искать. Где ещё, если не на полигоне клана, он стал бы проводить свободное время? Тренироваться на заднем дворе дома он перестал давно, как только мы смогли находиться вне поля зрения друг друга. Но идти туда нельзя. Саске ненавидит, когда кто-то мешает его тренировкам.

- Какие у тебя планы? – спросила я у Хинаты, когда мы обе покинули здание Академии.

- Через пару часов у меня тренировка в клане, - тихо ответила она.

- Мы можем немного погулять? Не хочу идти домой.

- Конечно! – откликнулась Хината с пониманием.

Болтая об экзаменах, мы неспешно брели по улицам деревни, не имея определённой цели. Вернее, цель у меня была, но она не имела привязки ни ко времени, ни к месту на карте Конохи. Я хотела только не возвращаться подольше в пустой холодный дом и не возвращаться к нахлынувшим вновь воспоминаниям.

У нас остался всего один экзамен: практика по технике клонирования. Плёвое, в сущности, дело. Нас с Саске ещё лет в шесть научили делать клонов, да и остальные однокурсники давно справились с этой техникой. Ну, кроме Наруто, наверное. Экзамен завтра, и завтра же должны быть готовы результаты вчерашнего письменного экзамена по тактике. Значит, мы узнаем все результаты. А там и до объявления состава команд рукой подать.

- В команду с кем ты бы хотела попасть?

Мы с Хинатой сидели на скамейке в парке и долгое время молчали, глядя то на редких прохожих, то на голубое небо с редкими островками белых облаков. Услышав мой вопрос, Хината немедленно покраснела и робко кивнула.

- Да, с тобой. - тихо сказала она и ещё тише добавила. – И с Наруто…

Девять из десяти девушек Академии в ответ на мой вопрос без промедлений бы выпалили: «Саске!» К счастью, я дружу с десятой.

- Из нас бы вышла интересная команда, - кивнула я. Безрассудная отвага Наруто и робкая скромность Хинаты могут отлично друг друга уравновесить. – Он бы научил тебя уверенности в себе.

Она снова порозовела и неопределённо повела плечами.

- А ты?

- С тобой, конечно. Наши глаза бы отлично друг друга дополнили. А насчёт третьего… Если в одну команду с братом мне не попасть, - пробормотала грустно, - то… Даже не знаю. Часть меня всё ещё не может поверить, что вот-вот будет выпуск из Академии. В голове иногда звучит голос отца. Он был уверен, что меня сочтут непригодной в первый же год.

- Мой тоже, - вздохнула Хината.

Мы снова надолго замолчали.

Отчасти, поэтому мы и сошлись. Неудавшаяся наследница Хьюга и бракованная представительница Учиха. Нас обеих не очень жаловали в собственных семьях, от нас обеих ждали больше, чем мы могли дать, и мы обе сильно уступали в способностях другим детям в семье. А ещё мы обе не любили насилия и предпочитали как только возможно уклоняться от открытой драки.

И мы обе за это подвергались неоднократным осмеяниям одноклассников.

Ещё, конечно, мы обе имели необычные глаза – клановые додзюцу, которые также считались военным достоянием деревни. Вот только Хината свои бьякуганы могла использовать в любой момент, в то время как мне мои сяринганы пока были недоступны.

И, тем не менее, вопреки мнениям наших отцов, мы обе почти прошли первый этап обучения. Уже завтра нам выдадут протекторы с символом Листа и назовут синоби.

Когда Хината ушла, я ещё какое-то время сидела на скамейке, наблюдая, как медленно темнеет небо. Возвращаться домой не хотелось. Здесь, в парке посреди деревни, где иногда проходят люди, особенно чувствуется принадлежность к селению и его жителям. В пустом и тёмном особняке клана этого ощущения нет. Те, кому я могла принадлежать там, давно покоятся в земле или не хотят обо мне слышать.

Я бы с удовольствием бродила по деревне и её окрестностям хоть до самого утра, но стоило спуститься сумеркам, как по коже пробежала знакомая острая дрожь. Ниндзя глупо бояться темноты, даже опасно, но я так и не смогла ничего с этим сделать. С той самой ночи недостаток света приводит меня в ужас.

«…Синоби не должен проявлять слабости. Синоби не должен чувствовать страх. Синоби не должен испытывать эмоции…»

Я со всех ног бежала домой, надеясь обогнать закат, и повторяла про себя правила синоби. Они помогали отвлечься от страха, хотя с каждым повторением в голове отдалённой болью отзывалась другая мысль: я совсем не соответствую.

В доме первым делом везде зажгла свет и только тогда позволила себе обессиленно рухнуть на пол на кухне. Сердце не спешило замедлять свой бешеный бег, и минут десять я просидела на месте, уставившись в потолок закрытыми веками. Стояла тяжёлая, душная тишина. Саске ещё занят. Он вернётся, когда станет совсем темно и когда я больше не смогу выносить его отсутствие рядом. Он может не разговаривать со мной, но никогда не оставляет одну посреди темноты.

За окном ещё не слишком темно, значит, в ближайший час его дома можно не ждать Интересно, он всё ещё на меня злится? Я не смогла удержать любопытство и, сосредоточившись, аккуратно заглянула в чувства брата. И тут же с облегчением выдохнула: больше ни глухой стены, ни раздражения, только ясная сосредоточенность и усталость.

Готовится к серьёзным миссиям в составе команды, тренируется, чтобы стать сильнейшим. Главное – не думать, зачем ему становиться сильнейшим.

Уверена, что именно Саске станет лучшим студентом нашего выпуска, все экзамены он уже сдал на высший балл. Потом он сделает лучшей свою команду, потом одним из первых наших ровесников получит звание тюнина, а потом и дзёнина. Затем будет одним из величайших синоби в истории Конохагакуре и возродит клан.

А я?

А я провалила половину экзаменов, и ранг генина – мой потолок. Саске расстраивают мои вечные провалы. Наверное, он бы хотел, чтобы его близнец был его отражением, таким же могущественным и талантливым, как он, а получил только меня. Неудивительно, что он так мной недоволен… Я ведь даже рассмешить его не могу.