Проклятие ненависти клана Учиха

Глава 4

Спалось плохо. Тревога так и норовила выбросить меня из сна в разбавленную тусклым светом ночника реальность. Сны не откладывались в памяти, но были наполнены, как и все мои кошмары, тёмными углами и металлическим звоном сталкивающихся кунаев. Проснувшись в очередной раз, я вытерла мокрые щёки и увидела занимающуюся на горизонте полоску рассвета. Пытаться уснуть снова было бессмысленно, а вставать – рано, и я осталась лежать под одеялом.

В какой-то момент в коридоре раздались шаги Саске, но я заставила себя лежать на месте. Не могло быть и речи о том, чтобы вернуться к идее совместного завтрака. Не сегодня, не после того, что произошло вчера. И я не имела ни малейшего представления о том, как после этого смотреть ему в глаза. Только убедившись, что брат ушёл, я вышла из своей комнаты.

В зеркале так и зияли две дыры с широкой паутинкой трещин вокруг каждой. В местах, где две сети пересекались, не хватало множества мелких осколков. Часть из них серебряной крошкой лежала в раковине, часть рассыпалась на полу. Ещё одна дырка нашлась в самой стене, в сантиметре от зеркала. А вот сюрикенов нигде видно не было. Видимо, Саске забрал свои игрушки с собой.

Чуть в стороне от дверей в ванную лежал небольшой бумажный свёрток. Вечером я его не заметила. Наверное, Саске принёс это с собой и выронил от неожиданности, когда увидел Итачи. Ну, то есть, когда увидел меня. Несколько секунд я сомневалась, но потом любопытство всё же победило. В конце концов, Саске очень редко приносил что-то в дом. И, будь это секретом, он бы вряд ли оставил это так просто лежать на полу, да?

В общем, мне удалось приглушить голос совести.

А в бумажном свёртке оказались… мои любимые пирожки с фасолью? Я недоумённо смотрела на четыре фигурных клубочка из теста. Холодные, уже не такие красивые – от удара об пол пара штук лопнули, явив миру начинку, однако, без сомнения, пирожки из моей любимой пекарни. Не в силах удержаться, я выбрала из месива целый пирожок и откусила приличный кусок. Ками, как это вкусно! Саске ведь к ним равнодушен, тогда почему?..

Что, если он принёс их для меня, проникнувшись моими словами? Хотел проявить заботу, а я причинила ему такую боль.

Долго думать над этим времени не было – стоило поторопиться, если я не хотела опоздать на последний экзамен в Академию. Последний. Второй пирожок ела уже на бегу. Может, Саске согласится выслушать мои объяснения до начала?

Но, едва войдя в аудиторию, я поняла, что, нет, Саске не согласится выслушать мои объяснения. Он сидел в своей любимой позе, с переплетёнными у подбородка пальцами, а за столом рядом с ним сидели Сакура и Шикамару. И не повернул головы, когда я вошла, хотя точно заметил моё появление: тревога, которую я ощущала, наверняка отзывалась и в его голове. С секунду я потопталась на пороге класса, оглядывая свободные места, пока с облегчением не выдохнула.

- Вы снова поругались? – тихо спросила Хината, когда я опустилась на пустую сторону скамейки рядом с ней, и тут же порозовела. – Прости, это не моё дело.

- Я всё испортила, - вздохнула я, но не стала вдаваться в подробности.

Хината выглядела искренне сопереживающей. Она с пониманием кивнула и не стала продолжать расспросы.

Вскоре появились преподаватели – сэнсеи Ирука и Мизуки. Как и в предыдущие разы, они вызывали учеников по одному, и те должны были продемонстрировать владение техникой клонирования. Как я и говорила, ничего сложного. Но пальцы сложенных на парте рук всё равно нервно барабанили по предплечьям. Получится ли хорошо сконцентрироваться сегодня, когда все мысли так, или иначе норовят перетечь на тему моих братьев?

Чтобы не сравнивать результаты других со своими и не нервничать ещё больше, я не поднимала взгляд и смотрела только на свои руки или деревянные узоры стола. Один за другим одноклассники сдавали свой последний экзамен. Пока, судя по звукам, у всех получались вполне приличные клоны. Интересно, сколько из них выходил из класса генинами, ещё не зная об этом? Надеюсь, что все.

- Кирин, твоя очередь, - мягко зовёт сэнсей Мизуки.

Я встала напротив их стола, несколько раз сжала и разжала кулаки, чтобы унять дрожь. Это просто. Это просто. Всего-навсего обычный клон, даже не теневой и не стихийный. Уж с этим-то я в состоянии справится, да?

- Сколько клонов нужно? – спросила я, поднимая руки для складывания печатей.

- Столько, сколько сможешь, - ответил сэнсей Ирука. – Только не переоцени себя: лучше всего один, зато полноценный и жизнеспособный.

Я узнала это выражение лица: пусть он и хорошо ко мне относился, но тоже не верил, что я смогу хорошо сдать.

Если бы я вчера практиковалась с этой техникой, вместо того, чтобы делать глупости, я бы нервничала меньше? Наверное. Или, по крайней мере, точно знала бы максимальное количество клонов, на которое способна. Я ведь никогда не делала из этого соревнование с самой собой.

На столе перед преподавателями лежало с два десятка налобных повязок с символом Конохагакуре на каждой, а в самом углу притаилась стопка бумаг. О, это же наши тесты по тактике! Единственный пройденный экзамен, результаты которого нам ещё не известны. Ну, точнее, я догадывалась, что может ждать меня в моём листе…

В итоге решила остановиться на четырёх клонах. Мельком оглядела их – все четыре целые, с полным набором конечностей, абсолютно одинаковые во всём, вплоть до последнего волоска в низком чёрном хвосте – и отправила пройтись до окна и обратно.

- Молодец, Кирин! – тепло улыбнулся Ирука. – Можешь идти.

Выходя за дверь класса, чтобы вместе с уже сдавшими одноклассниками ждать последних и объявлений результата, я почувствовала такое облегчение, будто до этой минуты на моих плечах лежал весь монумент Хокаге. Всё! Теперь от меня больше ничего не зависит! Всё, что можно было сделать, сделано.

Саске опирался о стену плечами и подошвой правой ноги, в стороне от всех остальных, и по обыкновению сверлил противоположную стену хмурым взглядом. Вроде бы никаких сильных эмоций от него не ощущается. Помешкав, я всё же решилась подойти к нему.