Проклятие пяти миров. Книга 1. Сын пятого мира

Глава 5. Прощение

На лугу роз, где дежурили Алфорд и его дядя Лоунс, ночь медленно опускалась на землю. Лунный свет освещал ярко-алые цветы, которые казались ещё более завораживающими под звездами. Великан храпел где-то вдалеке, а пьяный Лоунс, лежавший у костра, сонно ворочался, обнимая опустевшую флягу.
Алфорд стоял в одиночестве, размышляя о задании. Ему всё больше казалось, что отправляться на убийство принцессы и её спутников было неправильным решением. Он стиснул рукоятку меча, как будто пытаясь найти в себе силу принять это. Но вдруг его размышления прервал тихий, почти шепчущий звук, который, казалось, исходил из воздуха. Алфорд обернулся и увидел, как неподалёку начали клубиться золотисто-жёлтые облака тумана.
Туман медленно разрастался, образуя круг. Из его глубин стали проявляться фигуры. Первыми вышли Оливия и Оуэн. Девушка выглядела ослабленной, но решительной. За ними появился Джим, держа Сэма подмышкой, и оглядываясь по сторонам с выражением изумления.
Алфорд замер. Он впервые видел людей из другого мира. Но, когда его взгляд остановился на Оливии, он почувствовал что-то, чего не испытывал раньше. Её глаза выражали силу и решимость, и это разбудило в нём странное желание защитить её любой ценой.
Без колебаний он убрал меч в ножны и шагнул навстречу.
— Идёмте за мной. Вы должны убраться отсюда, пока мой пьяный дядюшка не испепелил вас, — прошептал он, призывая их к себе рукой.
Оливия хотела было что-то сказать, но Алфорд жестом попросил её помолчать.
Они двинулись за Алфордом, стараясь не шуметь. Луг роз простирался перед ними — красивый, но обманчиво коварный. Алфорд обернулся и тихо предупредил:
— Розы здесь не такие безобидные, как кажутся. Они колючие, неосторожное движение — и ваши ноги будут в крови. Идём медленно.
Джим скривился, глядя на кусты, но ничего не сказал. Сэм молча плелся за ним, полностью полагаясь на интуицию. Алфорд, оглядываясь на своих спутников, заметил, что Оливия выглядела задумчивой и даже несколько рассеянной. Она не могла перестать думать об Оуэне. Его молчание и избегание взгляда терзали её изнутри.
— Красивый, но опасный луг, — тихо произнёс Алфорд, будто пытаясь отвлечь её от мыслей.
Оливия слегка кивнула, но её внимание оставалось приковано к Оуэну, который, опустив глаза, медленно шёл позади группы.
Через полчаса, когда они наконец пересекли поле роз, их внезапно насторожил громкий топот. Джим прижался к земле, а Сэм зарычал, но Алфорд вскинул руку, жестом приказывая всем остановиться.
Из-за кустов показался огромный лев, ревущий и летящий прямо на них.
— Беги, Оливия! Я остановлю его! — раздался мощный голос Франца.
Прежде чем кто-либо успел что-то сделать, Оливия бросилась вперёд и, встав перед сыном Сардана, раскинула руки, закрывая его собой.
— Остановись! Кто бы ты ни был! — крикнула она с неподдельной уверенностью.
Лев замер. Его рев затих, а взгляд встретился с глазами принцессы. В этот момент, словно по команде, из-за горизонта показались всадники. Это были Симеон, Александр и рыцари. Франц обернулся и, увидев приближающегося короля магов, быстро превратился в человека.
— Франц! Что здесь происходит?! - спросил Симеон останавливая своего коня.
Алфорд, ошарашенный всем происходящим, взглянул на Симеона, потом на Франца.
— Король магов? — пробормотал он.
От топота коней, рыка льва и криков, разносившихся эхом по всему лугу, на другой стороне проснулся Лоунс. Он резко вскочил на ноги, оглядел темноту и, нахмурившись, приказал великану встать. Затем поднял правую руку и запустил линию огня в небо, освещая всё вокруг
Он заметил на другой стороне своего племянника, рядом с которым стояли человек, Оливия и другие.
— Ааа, предатель! — свирепо закричал Лоунс, но, понимая, что их всего двое против дюжины магов, предпринять ничего не мог.
— Ну что, Алфорд, у тебя есть три секунды вернуться, и тогда я прощу тебя, — прошипел он с явным вызовом.
Алфорд даже не двинулся, твёрдо стоя рядом с Оливией.
— Теперь я буду охотиться за твоей головой! — прокричал Лоунс, развернулся и, ухмыльнувшись, добавил себе под нос: — Отлично, теперь они сами уничтожат друг друга.
Он махнул великану, приказав следовать за ним, и удалился в ночной темноте.
— Давайте поймаем и убьём их! Нас больше! — предложил Франц, глядя на Симеона.
— Нет, — строго ответил король магов. — Я не могу позволить себе потерять людей. Война ещё впереди.
Александр же, не дожидаясь разрешения, резко крикнул своим рыцарям:
— Взять их! — и указал пальцем на Оуэна и Алфорда.
Но Оливия тут же встала между рыцарями и Алфордом:
— Остановитесь! Он спас меня! Вы сами это видели!
Симеон слез с коня, тяжело посмотрел на юношу и громко, чтобы все услышали, произнёс:
— Может, этот сынок нашего врага такой же предатель, как и его отец?
Оливия посмотрела ему в глаза с уверенностью:
— Нет, отец. Я прошу тебя дать ему шанс.
Симеон долго раздумывал, но в итоге кивнул:
— Хорошо. Юноша, я дам тебе шанс. Но если ты обманешь нас, ты поплатишься за это своей жизнью.
После этих слов он указал на Оуэна:
— А его взять под стражу.
Принцесса не возразила, и Оуэна связали, не дав ему возможности сопротивляться. Тот, как ни странно, даже не пытался вырываться.
Когда все собрались отправляться, Оливия села позади отца на коня, а Джим взял на руки Сэма, усадив его на спину лошади Александра. Передние лапы Сэма свисали с одной стороны, задние — с другой, а живот оказался прямо на седле. Двоюродный брат Симеона придерживал пса одной рукой, а другой держал уздечку.
Джим, тем временем, пытался взобраться на коня одного из рыцарей. Его первая попытка закончилась неудачей — он упал, громко стукнувшись о землю. Симеон молча взглянул на дочь и покачал головой. С третьего раза Джим всё-таки смог забраться на лошадь.
Алфорд тоже сел за рыцарем, а Оуэна, связанного, положили поперёк седла, как и Сэма.
Франц, уже находившийся в облике льва, первым побежал к королевству магов, не нуждаясь в лошади. Оказавшись там, он сразу отправился в свою комнату.
Все остальные проследовали за ним, направляясь в замок Симеона.
Прибыв во дворец, Симеон распорядился, чтобы все разошлись по своим палатам, и приказал разбудить всех с первым восходом солнца.
— Все устали, нам нужен отдых. Вам покажут ваши комнаты, — обратился он к Джиму и Алфорду.
Оливия, полностью обессиленная после перемещения из мира людей, еле дошла до своей комнаты и сразу рухнула на кровать. Оуэна же бросили в темницу. Александр отправился к своей жене, а Алфорду, Джиму и Сэму выделили две роскошные спальни.
Алфорд, привыкший к королевской жизни, не удивился величию и убранству покоев. Но Джим, оказавшись в своей комнате, вместе с Сэмом был явно ошеломлен размахом.
— Смотри, дружок, вот это мы заслужили! Хотя, честно сказать, хочется есть, — сказал он с довольной улыбкой, упав прямо в обуви на огромную кровать.
Однако тут же встал, чтобы осмотреть всё вокруг.
Комната действительно поражала размерами. Большое окно во всю стену прикрывали тяжёлые, тёмно-синие шторы из дорогой ткани. В центре стояла кровать, настолько просторная, что на ней могли свободно поместиться трое. Её четыре позолоченных столбика поддерживали балдахин, который можно было закрыть со всех сторон.
Рядом с кроватью на вешалке висела одежда, а внизу стояла обувь. Никто не знал точного размера Джима, поэтому ему предоставили пять пар одинаковых кожаных сапог разных размеров. На вешалке висели три рубашки и три пары чёрных брюк, тоже разных размеров.
Сэм, словно вновь став щенком, весело вилял хвостом, бегал по комнате и даже нашёл какой-то тубус, который тут же принёс хозяину.
— Эй, дружок, это, наверное, нельзя трогать. Давай сюда, — сказал Джим, забрав предмет из пасти собаки и положив его на резной комод из красного дерева с огромным зеркалом в золотой оправе.
Он усмехнулся, глядя на Сэма:
— Посмотри на себя, Сэм, принцесса Оливия была права, ты действительно будто помолодел. Но игры завтра, а пока ложись спать. Надеюсь, нас ждёт королевский завтрак.
Джим снял одежду, умылся в медном тазу с водой и, несмотря на урчащий живот, лёг на мягкую кровать. Рядом устроился Сэм, который тоже давно не ел, но терпеливо ждал вместе с хозяином.
Алфорд в это время находился в своей комнате, похожей на покои Джима, но без балдахина над кроватью. Заснуть он не мог. В его мыслях смешались образ Оливии и тяжёлые размышления о своих родителях. Он понимал, что их действия приносят только боль и разрушение, но всё равно в глубине души любил их.
Симеон тоже отправился в свои покои. Его спальня была идентична комнате Джима, за исключением того, что у короля была собственная ванна. Обычно он любил понежиться в ней перед сном, но сегодня обошёлся без этого.
Вместо ванны Симеон выполнил свой ежедневный ритуал: встав на колени у окна и глядя на звёзды, он обратился к своей покойной жене Джоанне.
— Джоанна, прошу тебя, сохрани нашу дочь. Она так молода и безрассудна... Пожалуйста, защити её и дай ей хорошего мужа. Убережи от бед, — шептал он, моля о помощи.
Затем он укрылся одеялом и, уставший, быстро уснул.
Александр, уже находясь в постели, разговаривал с женой о сыне Алиане. Он пытался убедить Елену, что их сын уже достаточно взрослый, чтобы сражаться бок о бок с отцом. Однако его супруга категорически возражала.
— Я никогда не отпущу его на кровопролитные войны! Сколько полегло в битве с Сарданом и Нагвалиусами! Ты хочешь, чтобы и наш сын стал одной из этих жертв? — резко прикрикнула она, прервав расчесывать свои длинные светлые волосы и обернувшись на мужа.
— Прости меня, ты права, — смягчился Александр. — Я защищу нашу семью во что бы то ни стало.
Елена легла на грудь мужа и он нежно обнял её. Александр поцеловал жену в макушку, и вскоре они оба уснули.