Проклятие семи жизней

Глава 30 - Когда сердце падает  

Атмосфера в клубе стояла тяжелая. Будто сам воздух был пропитан мрачным духом. Элайджа сидел возле ног Рене, держа ее за руку. Тристан прислонился к панорамным окнам комнаты, и внимательно наблюдал за этой парочкой. На губах его играла едва заметная улыбка, которую выдавала ямочка на щеках. Рунар сидел на диване придерживая Эмму, чтобы она не сорвалась с места. Удивительно, он был трезв. Тристан давно этого не видел.

• Это была она, — Элайджа опустил голову, глядя в пустой бокал. — Лилит.
• Ты же сказал, «она умерла» — голос Рунара дрогнул, будто ему было трудно смириться с реальностью без алкоголя в венах.
• Я не говорил, что она умерла. Я сказал, что она исчезла. Я не видел ее после того, как сблизился с Евой.
• Расслабься Эл, — Тристан звучал холодно и спокойно. Даже слишком холодно, будто он проглотил лёд и отказывался разжимать челюсть. —мы знали, что Лилит вернулась. Сначала в воспоминаниях Рене, теперь же в кафе. Осталось понять, чего она хочет.

Двери комнаты эффектно распахнулись, впуская Люсьена О'Клера.

Он, как всегда, входил так, будто сцена принадлежит ему. Белоснежная рубашка была небрежно заправлена, волосы цвета закатного золота чуть взъерошены ветром, а в светло-карих глазах с серым отливом плясала насмешка.

• Простите за опоздание — произнёс он с ленивым сарказмом, оглядывая собравшихся — дороги нынче забиты страданиями и предчувствиями катастроф.

Он шагнул внутрь, а затем, чуть прищурившись, как будто услышал вопрос Тристана бросил:

• Конечно же — убить её. Чего ещё может хотеть эта ведьма?
• Скажи, Люси, ты всегда стоишь за дверью и ждешь как бы эффектно зайти? — голос Неона хоть и звучал тихо, но был отчетливо слышен в данной гнетущей тишине.
• Напомни мне, пожалуйста, — протянул с подчеркнутой вежливостью, — сколько лет прошло? Сто? Сто пятьдесят? А я всё никак не запомню…

Он прищурился издевательски.

• У тебя ударение на Не́он или Нео́н? А то, понимаешь, с этими перерождениями — никогда не знаешь, как кого теперь звать.
• Люсьен, Неон, сейчас речь о другом. Ваши столетние перепалки никому не интересны. Я предлагаю, пойти домой. Всем. И быть начеку.

Все взгляды были устремлены на Элайджу, у некоторых читалось непонимание, у других же полное доверие. Но никто не осмелился перечить. Комната медленно опустела на глазах. Лишь Рене сидела, взобравшись ногами на кресло, и тихо грызя ногти на большом пальце.

• Ну-ка, прекрасный принц. Оставь нас наедине с душой моей матери.
• Сав, я не думаю…
• Ты никогда не думаешь, а теперь оставь нас.

Спорить с Саванной было равносильно тому, что, спорить с ветром дуть в обратном направлении. Элайджа это знал.

• Итак, девочка моя. Посмотри на меня. Я не знаю ответов на всё, но что-то мне подсказывает, что тебе нужно вспомнить все жизни.
• Но,…
• Без, но. Ты знаешь с кого всё началось?
• Ева и Элайджа.
• Затем?
• Скарлетт и Люсьен, Агата и Неон, Эмилия и Рунар, Тристан и Мари-Жозефина.
• Только 5?
• Да.
• Кто тебе помог вспомнить?
• Ева. Мы тогда встретились с ней у меня в сознании, и она провела меня по жизням.
• Ты знаешь, что мой ритуал не сработал. И стоит тебе войти с ней в контакт снова, ты потеряешь контроль над телом. Когда я поняла, что всё идёт не так, я связала вас так что, вы не можете контактировать пока. Но, тебе надо вспомнить.
• Как же я это сделаю?
• Для этого я здесь. Я буду рядом с тобой и проведу через воспоминания твои, и буду сдерживать сумасшедшую душу моей матери от контроля над твоим телом. Но, это будет трудно и больно.

Саванна достала из внутреннего кармана травы названия, которых Рене было неизвестно. Каждое движение Саванны было точным и выверенным. Соединив все составляющие вместе, Саванна попросила зажечь травы и дыхнуть их аромат.

• Прежде чем мы начнём, как ты можешь провести к этим жизням? Ты и к другим могла?
• Нет. К остальным жизням у меня нет доступа. К этим я могу добраться лишь потому, что я там была.

Саванна поднесла травы ближе к лицу Рене и мягко велела:

• Дыши глубже. Только не сопротивляйся. Что бы ты ни увидела — я рядом.

Рене послушалась. Едкий, но сладковатый аромат вскоре наполнил лёгкие, растёкся по телу, как лёгкий огонь. Веки отяжелели. Комната вокруг поплыла, как в акварели. Последнее, что она услышала, — это дыхание Саванны, уверенное, ровное… будто она не просто была рядом, а держала границы между мирами.

Она очнулась в знакомом месте — это была квартира Саванны. Только всё было по-другому. Комната казалась чуть моложе, свежее. Цветы в вазе не были засохшими. Воздух не пах ладаном и пеплом. И сама Саванна — не пожилая, с побелевшими дредами, а молодая женщина, с сияющими тёмными глазами, в лёгкой светлой одежде. Она была зрячей, и взгляд её был острым и живым.

• Сав?.. — неуверенно произнесла Рене.
• Здесь, — отозвалась девушка и улыбнулась. — Не бойся, это Порог. Место, где я всё ещё могу быть собой… до того, как потеряла многое. Я привела тебя сюда, чтобы ты могла вспомнить. Пойдём.

Она протянула руку, и Рене вложила в неё свою. В следующий миг всё исчезло.

***

Была жара. Липкий воздух юга. Шум улицы. Они стояли вдвоём — Рене и Саванна. Теперь Рене уже не была внутри воспоминания, как Анна. Она смотрела на происходящее со стороны, будто сквозь прозрачную вуаль времени.

• Это твоя жизнь— прошептала Саванна, — но и моя тоже. Я была частью её.

Внизу улицы по асфальту шагала Анна — молодая, в белом выпускном платье, уже немного потускневшем от пыли дороги. Пыльные кеды. Волосы склеены дождём. Её сердце стучало неуверенно, уставшее, сбивчивое.

Анна вытерла мокрое лицо ладонью. Она только что прибыла в Новый Орлеан с друзьями, но, заговорившись, опоздала на свой автобус. И теперь — одна. Без денег, без связи. Дождь лил как из ведра. Девушка брела по улице, обхватив себя руками.