Проклятие Синего залива

Пролог. Избранник

… Я всегда знал, что я не такой, как все. С самого детства я чувствовал в себе силу, которая превосходит человеческую.

Люди вокруг называли меня странным, опасным, а некоторые даже боялись моего взгляда. Но я знал правду.

Я — не просто человек. Я — воплощение древнего божества, змееподобного бога, которому поклонялись в Синем Заливе тысячи лет назад.

Мои родители были обычными людьми, и их страх передо мной был ощутим. Они шептались за моей спиной, старались не смотреть мне в глаза.

Но я знал, что это не просто страх перед неизвестным. Это был страх перед тем, кого они не могли понять, перед тем, кто отличался от них, превосходил их.

Я вспоминал, как однажды мать дрожащими руками прижала меня к себе и прошептала: «Ты не такой, как все. Ты… другой».

Когда я узнал о культе, почитавшем моего предка, я почувствовал гордость. Эти люди понимали истинную природу силы и власти.

Они знали, что кровь — это ключ к бессмертию. В их ритуалах я нашёл своё призвание. С каждым новым символом, вырезанным на теле жертвы, я приближался к своей божественной сущности.

Я нашёл их. Ночью, в заброшенном храме на окраине города, я встретил своих последователей.

Они собрались вокруг алтаря, их лица скрывались под капюшонами, а в руках они держали древние манускрипты.

Я вышел из тени, и они посмотрели на меня с благоговением.

— Ты пришёл, — сказал один из них, старый жрец с пронзительными глазами. — Мы ждали тебя, о великий.

Я кивнул и сделал шаг вперёд, чувствуя, как сила древнего божества наполняет меня. Я знал, что они видели во мне не просто человека, а воплощение их бога.

И я не собирался их разочаровывать.

— Я здесь, чтобы наставить вас на путь истинный, — сказал я, и они склонили головы в знак уважения.

Однако даже мои последователи не догадывались, что я стал человеком. Но это лишь новый виток в истории воплощения божества.

И даже в таком виде я подниму их к новым вершинам, покажу им, что значит истинная сила и власть.

Каждое убийство было не просто актом насилия — оно являлось священным ритуалом, данью памяти древним.

Люди не понимали этого. Они видели во мне лишь маньяка, чудовище, но я знал истину. Я был мостом между миром смертных и миром богов.

Я — бог в человеческом обличье.

Вспоминания о первых ритуалах наполняли меня гордостью.

Я помню, как впервые почувствовал вкус крови на своих губах, как зловещие символы начали сиять в темноте, когда я вырезал их на теле жертвы.

Это был момент, когда я понял, что моё предназначение — это не просто убийство. Оно больше, гораздо больше.

Это путь к бессмертию.

Мои последователи смотрели на меня с благоговением и страхом. Они видели в моих действиях проявление воли божества.

И я наслаждался этим. Каждый их взгляд, каждая их молитва укрепляли моё убеждение в собственной божественности.

— Мы должны продолжать, — сказал я им однажды ночью, когда луна была полной и кровь жертвы ещё не успела остыть на алтаре. — Мы должны принести ещё больше жертв, чтобы усилить нашу силу.

— Но, великий, — осмелился возразить один из молодых жрецов. — Люди начинают подозревать. Они говорят о твоём возвращении.

Я улыбнулся, глядя на него с презрением.

— Пусть говорят, — сказал я. — Пусть боятся. Страх — это сила. И чем больше они боятся, тем сильнее становлюсь я.

Мир изменился, и люди забыли, каково это — жить в страхе перед божественным гневом. Они погрузились в свои жалкие, ничтожные жизни, забыв о том, что значит истинное величие.

Я пришёл, чтобы напомнить им об этом. Я принёс с собой страх и смерть, чтобы вернуть им чувство трепета перед неизвестным.

— Мы должны быть осторожны, — продолжил молодой жрец, его голос дрожал от страха. — Если они поймут, кто ты, они попытаются тебя остановить.

Я подошёл к нему и положил руку на его плечо.

— Они никогда не поймут, — сказал я тихо. — Они не смогут остановить божество. Я — их страх и их спасение. Я — Змей, воплощение древнего бога.

На этот раз никто не осмелился возразить мне. Они знали, что я прав. Я был их лидером, их богом, и они были готовы следовать за мной до конца.

Время покажет, что значит истинное величие и кто достоин почтения и страха.