Проклятие Солнечного короля - 1

ЧАСТЬ ВТОРАЯ ГЛАВА 2

Без оберега что-то случилось с королевой. Казалось, силы разом оставили ее. Кроули, как мог, поддерживал в ней жизнь, под неусыпным контролем Сороса и короля, но королева угасала так стремительно, что даже он не в силах был помочь. Он даже начал подумывать, чтобы вернуть злополучный платок, но побоялся гнева Ровенны, однако счел нужным предупредить безрассудную женщину.

— Что бы вы ни делали, прекратите! Иначе вас раскроют.

— Не о чем тут беспокоиться, — ответила леди Ровенна, поморщившись от приказного тона, прозвучавшего в словах зарвавшегося любовника. — Свое проклятье я давно сняла.

— Тогда почему я не могу ее вылечить? — удивился Кроули.

— Кто знает? Может это ее судьба. Или кто-то другой наложил проклятие. Кстати, ты вполне можешь сообщить об этом его величеству и намекнуть заодно, что в цирковом балагане работает одна ведьма, почерк которой очень схож с тем, что ты увидел.

— Ты собралась идти против Зилы? — несказанно удивился он. — Не боишься, что король послушает и захочет ее допросить?

— И пусть. Бедняжку совсем недавно постиг тот же недуг, что и мадам Картуж, да хранит Пресветлая ее душу.

— Не вашими ли ручками, миледи, это произошло?

— Мадам забыла свои собственные уроки. Нельзя переходить дорогу тому, кто сильнее тебя. И ты, мой дорогой, не забывай, — с намеком ответила женщина, причесывая свои все еще красивые, мягкие, шелковистые волосы. Годы почти не тронули ее, и в свои тридцать с небольшим, она по-прежнему была свежей, ослепительно притягательной и желанной для многих. Жаль только, что не для короля. Александр все еще предпочитал общество этой больной малолетки, ужину с ней и повзрослевшим и возмужавшим сыном.

Счастье, что мальчишка стал меньше докучать ей своим присутствием, не то, что раньше.

Его надолго забирал отец. Обучал чему-то. Она не мешала, наоборот, поощряла их близость, ведь, если не любовью, то через сына она все еще могла контролировать Тень короля.

— Не забуду, — пробормотал Кроули, возвращая к себе внимание Ровенны.

«Трусливый слизняк», — брезгливо подумала она, глядя на его отражение в зеркале. Он давно уже ей надоел и как любовник, и как сообщник. Но он нужен был ей пока, и к ее сожалению, Кроули тоже прекрасно это осознавал, как и то, что могущественная любовница избавится от него при первой же возможности, как избавилась от мадам Картуж, не вовремя осознавшей, какую ядовитую змею она взрастила, от балаганной ведьмы Зилы, что на заре своей жизни начала раскаиваться в совершенных ею злодеяниях и даже подумывала поведать принцу Дэйтону, какого дара мать его лишила, а заодно вернуть его. Не успела. Ровенна научилась за эти годы не только быть изворотливой, жестокой и лживой, но и предугадывать это в других, особенно в тех, кто подумывал ее предать.

Несколько дней Кроули не решался признаться себе в том, что подозревал уже давно — союзники и враги леди Ровенны Элиран неизменно кончают одинаково. А чутье уже не шептало, оно вопило, что он будет следующей ее жертвой.

         Потому, когда могущественная любовница оставила пристальную слежку за ним, переключившись на наблюдение за королевой, он покидал самое необходимое в дорожную сумку и исчез под покровом ночи, стремясь убраться как можно дальше от страшных дел, что творились в Эссире. Кроме того, он боялся гнева короля, когда тот поймет, что все его лекарские усилия бесполезны. Что не говори, а жизнь для пройдохи целителя была куда ценнее сомнительной ласки леди Ровенны Элиран и всех ее богатств.

Весть о трагической смерти третьей королевы застигла его на границе, заставив забиться в самый дальний угол комнаты, которую снимал, и протрястись от ужаса почти всю ночь. А утром, едва небо просветлело, целитель нашел пограничного стражника, и отдал ему чуть ли не все, собранные в Эссире солы, чтобы только убраться с территории Арвитана, чтобы ни Элиран, ни король, ни его приспешники его не нашли.

Но даже в свободной и погрязшей в увеселениях и распутстве короля Жерома столице Тарнаса, он не мог до конца чувствовать себя в безопасности. Ему все мерещились убийцы, подосланные его венценосными врагами, а в преследующих его вечерних тенях виделись загубленные с его помощью жертвы безжалостной Элиран. И тогда он брал украденный платок, касался его дрожащими пальцами, прижимал к лицу, и страхи отступали, а он забывался долгожданным, глубоким спокойным сном, куда теням путь был заказан. 

* * *

Александр стоял у окна, смотрел на восторженную толпу его подданных, на тех, кто был там внизу с единственной целью, узнать, что у Арвитана появился наконец долгожданный законный наследник, и восславить великого Солнечного короля, королеву и их чудесное продолжение, и отчаянно хотел напиться, так, чтобы до беспамятства. Забыться, забыться хоть ненадолго, не ощущать этого невыносимого чувства обреченности. Глорис умерла вместе с их не рожденным ребенком, похоронив все его надежды на личное счастье. Сколько уже было этих потерь, сломленных надежд, отчаяния? Казалось, этому не было конца. А теперь не осталось даже веры. Все кончено. Кровавая королева постаралась на славу, чтобы уничтожить весь род Солнечных королей.

— Александр…

Король не стал оборачиваться. Сорос — его Тень, советник, ближайший друг, предавший однажды и гложимый этим предательством, бесшумно вошел в кабинет и позвал его.