Проклятие Ведьмы

Глава 4

   Вдох, крик, смех, плач, запах пота, вина, свежеиспеченного хлеба. Запахи боли, смерти, сладострастия, вины, сожаления, радости, печали, любви, похоти, мести - мое сознание терзали все эти ощущения, поток мыслей и чувств всего города вливались в мое тело и разум, словно стихийное бедствие.  Мамочка прости(плач ребенка)... Смотри какая сладкая девица... Будь проклята война, она забрала у меня.. Я люблю тебя(скользящий шепот губ)... Ты тупая баба, совсем забыла кто здесь главный (звук удара)... Как ты мог? Я тебе верила (хруст сжатых в кулак рук)..Моя дочь (всхлип), где же ты моя милая.. Говорят ведьма в городе... Дети, они исчезли.. Я резко села, пытаясь унять колотящееся сердце. 

  - Не спится волчица - Лукард сидел прислонившись спиной к одной из колонн храма Луны, и скрестив руки на груди.

  - Как и тебе.

  - Вижу тебе теперь совсем не холодно - он лениво распахнул свои прикрытые веки, глядя на меня. Луна светила достаточно ярко и  красные глаза демона особенно выделялись и пугали. Я провела рукой по своей шее. Он прав. Мне не холодно. Я вся горю и мне это не нравится, но такому надменному типу я ни за что в этом не признаюсь. 

  Устало проведя руками по лицу и шее, я стерла капельки пота. Холодные каменные плиты храма не помогали остудить мой жар. Мне казалось, что моя кровь превратилась в расплавленное золото и теперь течет по венам, опаляя меня. Но хуже всего были звуки. Сонный с виду город сводил меня с ума, оставляя на языке соленый вязкий привкус.

  - К моему стыду признаюсь, что ни разу не видел трансформации. Говорят это отвратительное зрелище. - Лукард с любопытством наблюдал за мной, словно ученый за подопытной мышью. 

  - Что происходит? - еле сдерживая порыв вцепиться ему в глотку и разорвать на части, я проследила за его взглядом. 

 Темные облачка проплыли в небе, открывая серебряный лунный лик, придавая деревьям жуткую форму скрюченных пальцев. Я завороженно уставилась на луну, впитывая ее загадочный свет и ощущая тягучую, ноющую боль в груди.

  - Лунная богиня Аника некогда прокляла древнего демона, который бесчинствовал на этих землях, поднеся в дар младенца от человеческой женщины. Ребёнок был ненавистен и матери и отцу. Смертный имевший силу и наводивший страх. Позднее и отец и мать пали от его силы, а существо названное оборотнем размножилось на землях Элизиума и за его пределами.

  - Ты говорил демоны бесмертны.

  - Так и есть. Бессмертны для всех. Оборотни имеют дурную грязную кровь, что разрушает магию и лишает бессмертия.

  - Понятно. Значит причина твоей ненависти к ним, всего лишь страх - я насмешливо взглянула на него.

  - Не забывайся. Я могу разорвать тебя  на части не приложив усилий, поэтому страх тут не причём.

  - Если не страх, тогда что это?

  - Вручить силу демона человеку и превратить его в чудовище. Отвратительно.

  - А как же ведьмы, они ведь тоже люди - мой язык распух, говорить и следить за ответами Лукарда мне становилось все сложнее.

  - Ведьмы рождаются с силой. Ее дарует им природа и Боги, а бессмертием наделяем их мы, дабы те служили нам. 

  Со стоном я повалилась на пол и прижалась пылающим лбом к каменным плитам. Закрыв глаза, я пыталась сосредоточиться и заглушить шум в голове. Среди неясных голосов и шепота, пробился баюкающий звук реки, которая текла где - то там. Постепенно мое дыхание выровнялось и я провалилась в беспокойное забытье.

  Мне снился сон. Странный, красочный. Я бегу по лесу, мои ноги несут меня почти не касаясь мягкой листвы и травы под ногами. Ощущение восторга и пьянящей свободы, заставляет меня набрать скорость. Запахи леса, влажной почвы и живой плоти ускоряют выброс адреналина в сердце. Раздается грозный рык, а за ним протяжный вой. Мои глаза устремлены к небу. С микроскопической точностью мои глаза отмечают впадины и неровности голубой луны. Шорох. Я мгновенно разворачиваюсь по направлению к звуку, мягко ступая меж деревьев. Журчание реки совсем близко. На поляне склонившись к речке стоит олень. Его ветвистые рога освещает лунный свет. Он безмятежно пьет воду из реки. Мое тело натянута, как струна и готово к прыжку. Глядя на животное со рта потекла струйка слюны. Внезапно олень поднимает голову, почуяв неладное, а мое сердце замирает. Перебирая ногами, сначала медленно, олень вприпрыжку убегает.

   Словно лук выпущенный из стрелы, я гонюсь следом, так быстро, разве только деревья мелькают пред глазами. Азарт погони и жажда крови подгоняют меня все сильнее. Свободная. Сильная. Быстрая. Горячая. Мысли и чувства захлестывают. Страх животного, которое мое существо смакует, словно выдержанное вино пьянит голову. Наконец я вонзаясь зубами в теплую, упругую плоть и валю оленя на землю. Сопротивляться нет смысла. Испивая еще теплую кровь и поедая мясо, мое тело вбирает в себя чувства, ощущения, мысли и воспоминания. 

  Он родился в роще и пытается встать на ноги. Вот он ходит меж своего стада с матерью.  Его мать убил охотник. Он отбился от стада. Подходит к ручью, поднимает голову и видит  огромного волка. Челюсть раскрыта, с нее капает слюна, желтые глаза горят словно фонари, темно-серая шерсть стоит дыбом. Он бежит изо всех сил. Сердце трепещет от страха, его гонит тяжелое и грозное рычание зверя. В какой - то момент он понимает что обречен, сердце пропускает удар и боль со смирением словно одеяло окутывают с ног до головы. А затем пришла боль и агония. А после темнота. 

  Поедая плоть, я ощущала сладкую боль и вселенскую грусть. Только остановиться я уже не могла. Голод был сильнее жалости и милосердия. Насытившись меня отвлекло дивное пение, из за глубины темного леса. Бросив добычу, я пошла на звук.