Проклятие ведьмы. Свет в ее сердце

Пролог

...Сад. Солнечный, светлый и манящий сад, в котором царствовал Свет. В нем находились дорожки, которые были вымощены каменными плитами - они извивались среди пышных кустарников роз, жасмина и сирени. Лепестки этих растений, напоминающие шёлковые крылья бабочек, изящно колебались под воздействием ветра.
В центральной части сада располагался монументальный фонтан, утончёнными скульптурами. Водные струи, ниспадающие с высоты, создавали гармоничное музыкальное сопровождение, обладающее успокаивающим и умиротворяющим эффектом. Вокруг фонтана находились клумбы: роскошные пионы, нежные ромашки и яркие бархатцы.

На расстоянии просматривалась небольшая беседка, обвитая зелёными побегами плюща.
Я направилась к ней. Приближалась, пока не заметила в беседке женщину в изысканном платье. Легкие светлые волнистые волосы женщины плавно развевались на ветру, создавая вокруг нее ауру почти мистического свечения. Ее изумрудные глаза, глубокие и выразительные, как будто хранили в себе какие-то тайны. Лицо женщины было идеально, каждая черта гармонировала с другой. В нём чувствовалась внутренняя сила и душевное спокойствие.

С помощью волшебства она ухаживала за цветами. Ее руки двигались грациозно, как в танце, а магия розового цвета извивалась в такт, словно лента.

Но было в лице этой женщины какая-то бесконечная грусть.. чувство вины. И за нее мне почему-то стало очень больно.

Я остановилась в нескольких метрах от женщины. Через некоторое время она заметила меня и вздрогнула, словно не ожидала увидеть. А затем позвала ближе.

Отчего-то она мне показалась до боли знакомой. Я не испытывала к ней какое-то отторжение и неприязнь - я тянулась к этой женщине, и я всей душой доверилась ей. И подошла.

Она взяла меня за руку. Её ладонь была такой тёплой, нежной, мягкой, даже родной - мне хотелось, чтобы она никогда не отпускала меня. И.. она произнесла:

— Свету нельзя соприкасаться с тьмой, как и тьме со светом - знала об этом? — тихо сказала она. — Нельзя впускать тьму в ребенка, который обладает светом. Иначе тот будет обречен на вечные страдания. Он будет проклят, потому и сойдет с ума. Тьмой, как и Светом, нельзя будет управлять, потому что твоя же сила обернется против тебя.

Она поникла, прикусив губу. Я осторожно спросила:

— И.. что это значит?

— Я помогу тебе, — ничего не ответив, сказала женщина. — Возьми.

Она протянула мне красивую золотую подвеску с белым амулетом в виде сердца; я осторожно надела ее на шею и не без помощи этой прекрасной женщины застегнула ее.

— Что бы тебе ни говорили, никогда, слышишь? Никогда подвеску не снимай. Это твой оберег, твое спасение и твой маятник. А коли снимешь.. будет очень плохо.

— Хорошо, — вздохнула я.

— Ступай. Мы еще встретимся, — она улыбнулась мне и потеряла интерес, начав снова заниматься цветами, словно меня здесь никогда и не было.

Все погрузилось во тьму.

И, на удивление, кошмары мне больше не снились.

* * *

Утро встретило меня нежными лучами солнца на моём лице. Они пробивались в окно, нежно и ласково освещая комнату. Скользив по полу, оставляли на нём золотистые дорожки, и поднимались всё выше, к стенам и мебели. Утренний свет придавал предметам новый, свежий вид, словно раскрашивая их в яркие цвета после ночи.

Атмосфера в комнате была наполнена спокойствием и уютом. Тишина раннего утра, едва нарушаемая тихим шелестом листьев за окном, создавала особую атмосферу умиротворения. В воздухе витал лёгкий аромат цветов и свежести, наполняя лёгкие.

Солнечные зайчики играли на поверхностях, словно маленькие весёлые существа, а утренний свет придавал всему вокруг ощущение новизны и надежды. На хороший день...

Но вся этакая хорошая атмосфера срывается почти сразу, словно Палач* врывается в обитель моего дома.

Острая, невыносимая боль пронизывает мою спину, словно раскалённый нож безжалостно режет каждый позвонок. Любое движение отзывается мучительным взрывом в каждой клеточке моего тела. Мышцы сковывает напряжение, превращая их в тугие узлы.

Я отчаянно ищу удобное положение, но каждая попытка приносит лишь временное облегчение, быстро сменяющееся новыми волнами боли. Каждая клеточка моего тела вопит от мучений.

Темнеет в глазах. Боль становится такой невыносимой, что кажется, она поглощает меня целиком, не оставляя ни шанса на спасение.

Слезы бессилия текут по моим щекам, но боль не стихает.

Дрожащими руками я ищу на тунмбочке мамин отвар, который всегда помогает мне при болях в спине. Нащупав бутылочку, я едва не роняю её. Осторожно беру флакончик, немного отливаю на ладонь и, насколько могу дотянуться, мажу спину. Затем ложусь на живот, стараясь выровнять дыхание. Слезы текут из глаз нескончаемым потоком; настолько боль была сильна.

Слышу, как открывается дверь.

— Элинка, вставай, — заходит в комнату мама. — Скоро в академию идти, а ты еще даже не позавтракала. Давай, собирайся, еще через двадцать минут к тебе Таня зайдет..

Таня - моя подруга детства. Мы познакомились с ней... при очень необычных обстоятельствах.

* * *
9 лет назад. 25 сентября..

Учебный год в Чаровне начинается только в октябре. С давних времён сентябрь считался одним из самых опасных месяцев года и продолжением лета, поэтому мы всё ещё наслаждаемся отдыхом, но только..дома. В прямом смысле.

На улицу выходить категорически запрещено.
Сентябрьские дни в Чаровне особенно тёплые и солнечные. Когда выходишь на улицу, первое, что замечаешь, — палящее солнце, которое настойчиво светит тебе в лицо. То ли оно хочет поскорее согреть, то ли нагло прогоняет с улицы, словно говоря, что здесь не на что смотреть. И ты, вздыхая, прикрываешь глаза рукой, чтобы защитить их от яркого света. Мы с Танькой даже отправлялись на землю за солнцезащитными очками, но об этом я расскажу позже.

Солнце, в отличие от Луны, всегда было добрым и приветливым. Оно не скрывало от тебя никаких тайн, хотя для него самого, наверное, такого понятия, как тайна, не существует. Оно освещает тебе путь, который становится невидимым в ночи, согревает твоё тело, словно обнимая его, и не даёт замёрзнуть.