Проклятое благословение

Глава 20. Бунтовщики.

— Вы это слышите?

Лани остановилась, и всем друзьям пришлось также притормозить на краю лестницы. Они только что вошли в замок и направлялись в свои комнаты, желая сменить промокшие верхние одежды. Девушка подняла палец наверх, призывая всех вслушаться. Рэдсон нахмурился, в действительности улавливая какой-то гам, доносящийся сверху. Чем дольше он слушал, тем отчетливее становились звуки. Это была огромная толпа, которая кричала где-то сильно вдалеке от них.

— Что ни день, то сущий бред, — пробормотала Дафна, первой вступая на ступени и отряхивая снег с плаща. Видимо, в комнаты попасть было уже не самым важным делом.

Все устремились наверх, по пути ускоряя темп, и по одному из главных коридоров Академии они уже бежали. Рэдсон догадался почти сразу, куда приведет их шум, но путь до места назначения был все же не таким длительным, чтобы сокращать через проходы. Тем более, было неизвестно, что их там ждет. Лучше заходить издалека, и по-тихому.

Дафна притормозила, увидев первых студентов, что кучками стояли у арки, ведущий на второй этаж Главного зала. Лани, для экономии времени, сразу растворилась в толпе, пытаясь узнать информацию. Ей это удастся лучше, чем любому из остальных. Рэдсон же пошел впереди Дафны, поскольку сразу за проходом через распахнутые двери начиналась сущая давка, а Террин прикрывал их тройку сзади, не позволяя всем потеряться.

Постоянно оглядываясь, они пробивались к перилам или просто — к центру, желая получить визуальное объяснение такому скоплению. Рэдсон никогда не видел подобного события, если не считать Посвящения или открытых балов, которые иногда проходили на территории Замка. Сейчас же ни на ком из студентов не было и намека на парадную одежду, а их лица выражали злость, недовольство и страх. Парень услышал и гневные крики:

— Так не может больше продолжаться!

— Да, ответьте нам!

— Мы хотим знать правду.

Внутренне холодея, Рэдсон всё же старался не сбавлять темпа и пробираться сквозь толпу, выбирая наиболее широкие или слабые места. Скрипя зубами, он готовился увидеть то, что увидит. И понятия не имел, что ему делать в такой ситуации.

Август Роктедер, директор Академии, был фактически зажат тисками разъяренных студентов в неширокой анфиладе второго этажа. Это тебе не сам Главный зал, где есть место для целого леса. Это узкий коридор, и если толпа из нескольких сотен учеников решила выбить ответы, у нее может получится.

Его отец стоял один, позади него была стена, а вокруг совсем немного свободного пространства. На него не совершались атаки, но ближайшие пару кругов студентов были явно готовы защищаться и не скрывали магической готовности. Ох, дело было и плохо, и хорошо одновременно. Рэдсон еще сильнее сжал зубы и почувствовал тихий скрип. Да, что поделаешь, иногда и терпению тихих масс приходит конец. Интересно, как они с ребятами были слепы, что не увидели и не услышали намеков на этот готовящийся бунт. Их собственные проблемы позволили отвлечься и не заметить, что загнанный в угол зверь приготовился атаковать. Весь тот страх, что изо дня в день беспокоил учеников подстегнул их пойти на крайние меры. Зажать директора под каким-то предлогом чтобы…чтобы что?

Перед Августом стоял один из четверокурсников, Рэдсон слабо его помнил, лишь цвет пояса выдавал статус. Вроде бы способный ученик, но не знаменитый, вот и не запомнился. По правую руку же, к большому удивлению парня, стоял Матиасс. Его однокурсник не молчал, выпаливая подготовленную речь. Рэдсон застал ее примерно с половины, и срочно посторонился, пытаясь дать обзор и Дафне, и Террину.

— И теперь, мы требуем объяснений по поводу тех смертей, которым стали свидетелями за это учебное полугодие. Мы не намерены больше оставаться в опасном заведении, даже не смотря на заведения правительства Академии, что всё в порядке.

После направления официального обращения в столицу, к Главе Учебного Совета мы получили также ответ, который сочли неудовлетворительным. Мы призываем Вас ответить за то, что происходит на территории вашей Академии.

Четверокурсник одобрительно покачал головой, а толпа взорвалась еще громче, поддакивая и угрожая. Рэдсон потупился, пытаясь сообразить, в какую же грозу они попали. Что делать Августу?

Не то, чтобы парень действительно волновался за отца, последние видения вымыли те остатки любви, что еще могли находится в сердце, но эта ситуация ставила определенные проблемы перед Рэдсоном и его друзьями. Как минимум, выжигала часы полезной работы, а как максимум…что может быть? Отец посмеет закрыть заведение? Невозможно, это не в его власти, да и не в его желаниях. Проигнорирует? Рэдсону не нужно было и возвращаться из своих мыслей, чтобы слышать шум недовольных голосов. Нет, в этот раз отмолчаться не выйдет. Может, попробовать свергнуть его, как директора? Судя по побелевшим от гнева губам Дафны, именно такие мысли блуждали в голове девушки, когда она щурилась, разглядывая картину предполагаемого боя. Не выйдет, с сожалением осознал Рэдсон. Все-таки, их жизнь была куда шире одной постройки на краю света. Сразу приедет весь Совет, городские министры, волшебники из управления. А еще, студенты пропадали не только у них. Всё это контролировалось сверху. Не время войну развязывать, да и не с учениками с первого по пятый курс. Директор наконец откашлялся, собираясь ответить. Рэдсон взглянул на отца и чуть согнул ноги, пытаясь не выделяться из общей толпы.

— Я могу лишь повторить вам официальные сведения. Не передающаяся по воздуху или при контакте с кожей болезнь уносит жизни студентов. Она не обитает ни в стенах, ни в воздухе нашей Академии. При нашем заведении постоянно дежурят врачи и всем оказывается первая помощь. И! Если вы не забыли, мы смогли добиться успеха однажды — ведь мой сын, пятикурсник, спустя длительное время, был вылечен и теперь находится среди нас.