Проклятое Дитя

Пробуждение Люмиры

Время вернулось рывком — словно мир резко вдохнул после долгой задержки дыхания.

Анрия рухнула на колени рядом с Сайраной. Серебристое сияние всё ещё тянулось между ними тонкой, дрожащей линией, связь, живая, пульсирующая, будто в ней билось общее сердце.

Рана на боку Сайраны больше не кровоточила. Края разрыва медленно стягивались, не так, как при исцеляющих заклинаниях. Плоть сшивалась, словно сама реальность вспоминала, какой она должна быть. На коже оставалась тонкая серебристая нить, будто шрам, нарисованный светом.

Анрия стояла на коленях, не выпуская руку Сайраны. Пальцы всё ещё были липкими от крови — тёплой, живой. Слишком живой для той, кто несколько минут назад уже уходил.

Она смотрела на Сайрану и не позволяла себе моргнуть.

Если я отпущу взгляд — она исчезнет.

Мысль была нелепой, детской… и абсолютно неоспоримой.

Где-то рядом шевельнулся Риан. Его шаги были осторожными, словно он боялся нарушить равновесие мира.

— Анрия… — тихо, почти шёпотом.

Она не ответила.

Её плечи дрожали, но она упрямо держалась прямо, будто любое движение могло разрушить то, что она только что вырвала у самой смерти.

Ирсэя сидела по другую сторону, опустив голову. Несколько секунд она просто дышала — медленно, через боль, как после долгого бега.

— Я слышала, как хрустнула кость, — глухо сказала она. — Видела, как потух взгляд. — Пауза.— Это не лечится.

Анрия наконец подняла глаза.

В них не было слёз. Только глухая, выжженная пустота.

— Я знаю, — сказала она хрипло. — Поэтому я не лечила.

Риан вздрогнул.

— Тогда что ты сделала?..

Анрия сжала пальцы Сайраны чуть сильнее. Та едва заметно вздохнула — слишком тихо, чтобы это можно было назвать движением, но достаточно, чтобы сердце Анрии болезненно дёрнулось.

— Я напомнила ей, — прошептала она. — Кто она.

Серебряный свет медленно оседал, словно пепел после пожара. Линия на руке Сайраны теперь была отчётливой — тонкий узор, будто выжженный под кожей. Не исчезающий. Не временный.

Ирсэя подняла взгляд, её глаза были мокрыми.

— Ты связала себя с ней, — сказала она. — Не заклинанием. Не клятвой.
Почти неслышно:

— Кровью.

Анрия кивнула.

— Я уже делала это однажды. — Пауза. — И поклялась больше никогда.

Риан резко отвернулся, вдохнул слишком глубоко и выдохнул с надрывом.

— Тогда почему сейчас?

Ответ прозвучал не сразу.

— Потому что я устала хоронить тех, кого люблю, — сказала Анрия. — И делать вид, что это делает меня сильнее.

Тишина снова сомкнулась вокруг них.

Ветер прошёлся по поляне, шевельнул траву, унося запах крови и пепла. Мир медленно возвращался в движение — как будто ничего не произошло.

Но для них троих он уже никогда не станет прежним.

Сайрана вздрогнула. Не резко — скорее так, будто её вынырнули из глубины, где слишком долго не было воздуха.

Грудь судорожно поднялась, вдох вышел рваным, с хрипом. Пальцы дёрнулись — сначала один, потом второй, будто она заново вспоминала, как управлять телом.

Анрия заметила это первой.

— Тише… — выдохнула она, почти не осознавая, что говорит вслух. — Я здесь.

Сайрана открыла глаза.

Взгляд был мутным, расфокусированным. Она смотрела сквозь Анрию, будто та была лишь тенью, наложенной на что-то другое — далёкое, яркое, слишком настоящее.

— Не… — сорвалось с её губ. — Опять?..

Голос был слабым, но в нём звучал страх. Не страх смерти — страх узнавания.

Анрия замерла.

Сайрана резко вдохнула снова, сильнее, глубже — и в следующий миг её глаза расширились. Зрачки дрогнули, будто отражая не поляну, не лица рядом, а другой мир.

— Я… — она закашлялась, потом вдруг схватила Анрию за запястье. — Ты… ты снова это сделала.

Серебристый узор на её руке вспыхнул — не светом, а откликом. Такой же, как у Анрии. Связанный. Узнанный.

— Прости, — прошептала Анрия, и это слово далось ей тяжелее любого заклинания. — Я не хотела… я правда не хотела возвращать тебе всё. Я просто… не смогла тебя отпустить.

Сайрана смотрела на неё долго. Слишком долго для той, кто только что вернулась с края.

— Люмира, — сказала она вдруг.

Имя прозвучало тихо, но воздух вокруг будто сжался.

Анрия вздрогнула. Это имя не звучало вслух тысячи лет.

— Ты вспомнила, — выдохнула она. Не вопрос — констатация.

Сайрана закрыла глаза, и по её лицу пробежала тень — боль, скорбь, тепло, вина… всё сразу.

— Не всё, — медленно сказала она. — Но достаточно.
Пауза.
— Достаточно, чтобы помнить, как ты кричала, когда мы падали. И как ты осталась одна.

Анрия опустила голову. Плечи дрогнули.

— Я не имела права, — сказала она глухо. — Ты могла быть счастлива. Жить… просто жить. Без войны. Без Хаоса. Без меня.

Сайрана слабо усмехнулась — слишком знакомо.

— Ты всегда решаешь за всех, — прошептала она. — Даже тогда.

Она попыталась приподняться, но силы подвели. Анрия тут же подхватила её, прижимая к себе — осторожно, будто держала не человека, а хрупкий осколок прошлого.

— Ты злишься? — тихо спросила Анрия. — На меня.

Сайрана прижалась лбом к её плечу.

— Я злюсь, — честно сказала она. — Я боюсь. Я не просила помнить.
Пауза.
— Но я рада, что это снова ты.

Рядом Риан и Ирсэя молчали. Они не вмешивались. Оба понимали — это не их разговор. Не их история.

Сайрана чуть отстранилась и посмотрела Анрии прямо в глаза.

— Если ты снова идёшь туда, куда нельзя… — сказала она. — В этот раз ты не одна.

Анрия закрыла глаза.

Серебристая линия на её руке отозвалась тёплой болью.

Именно этого она боялась больше всего.