Проклятое королевство. Личная тайрэ Его Величества

Глава 6.1 Джейксар Девятый

Ветер становился все холоднее, но едва ли остужал жар, раскаливший мое тело.

— Лже-король подался в бега. Однако, несмотря на совершенные преступления, здесь, в Винтерлице, у него остались союзники. Выведите их на площадь, — обратился Джейксар к миортанским солдатам, что перешли на его сторону.

Передний ряд бойцов расступился.

На площадь перед подиумом вывели около двадцати человек. По расшитым золотом плащам и мантиям сразу было понятно, что это представители знати: служители Святоликого храма, министры, главы семи правительственных орденов, лорды-канцлеры… Я аккуратно пробралась через толпу, всматриваясь в лица.

Даже не знала, что хуже: увидеть там мать с отчимом или нет.

— У остальных благородных домов Винтерлица все еще есть шанс искупить свою вину. Те же, кто откажется признать ошибки прошлого и строить будущее Миортана под моим руководством, будет пожизненно заключен под стражу либо отправлен на смертную казнь исходя из тяжести своих преступлений перед законами Святых прародителей. Решайте сейчас. Другой такой возможности не будет.

Сановники переглянулись, не до конца понимая, верить ли столь щедрому жесту. Миортанские солдаты, оцепившие непокорных, в знак того, что никакой угрозы действительно нет, воткнули мечи острием в пол.

Верхнюю половину лица закрывала рыцарская маска, но я узнала бы Киана даже со спины: по позе, по тому, как он держал спину и сжимал рукоятку меча.

От него исходила странная энергия. Не такая, как от остальный солдат, которых раздирали в основном низменные чувства: желание набить желудок, а затем как следует напиться, чтобы в конце концов уснуть в объятиях раскрепощенной девки, а может и не одной. Душа Киана же была полна… удовлетворения. Ожидания. Даже триумфа.

Первым из сановников шаг вперед сделал Лоу Парвирас, один из сильнейших магов-преобразователей королевства, а за ним беспрекословно последовали супруга и сыновья. Киан и еще несколько солдат подвели их к Джейксару. Каждому проткнули ладонь продолговатой иглой с золотой шапочкой. Когда кровь окрасила острие, аристократы произнесли клятву верности, поклонились королю и присоединились к своим более удачливым коллегам.

Ряды «неверных» тут же начали стремительно редеть — перед лицом смерти и пожизненного заточения выбирать не приходилось. Тем более, клятва была скорее данью традициям, чем имеющим юридическую силу договором.

Почти против воли я почувствовала к Джейксару некоторое уважение. Стремление сохранить жизнь как можно большему количеству людей, несмотря на то, что он не мог им по-настоящему доверять, мне импонировало. А ведь именно благодаря содействию знати его отца свергли двадцать лет назад.

Я снова взглянула на молодого короля и осторожно, словно просила взаймы, прислушалась к шуму из левой половины сознания. Нет, никаких голосов. Только лёгкое гудение, сонливость и странное ощущение, словно тебя щекочут между лопаток.

— Ты загубишь эту страну, мальчишка. Так же, как чуть не загубил твой предок.

Зычный голос генерала Дачелли разнес по площади страшное эхо, выдергивая меня из моих мыслей.

Перед мужчиной расступилось несколько человек. Высокий, изрядно избитый, с растрепанными волосами с проседью, он смотрел на Джейксара исподлобья — прямо и вызывающе.

— Мы отвернулись от короля Седрика не просто так. Давай, спроси у своих подданных, что произошло на самом деле!

И без того тихая площадь погрузилась в гробовую тишину.

— Я прекрасно знаю, что произошло, генерал, — ответил Джейксар холодно, — и не собираюсь повторять путь отца.

— Щенок, — зло рассмеялся тот, — ты станешь таким же, как он, и ничего не сможешь с этим поделать. В твоих глазах уже теплится его жадность и безумие. Хочешь, чтобы я признал свою ошибку? Да я горжусь тем, что участвовал в свержении твоего старика! И сделал бы это еще раз ради блага своего народа!

Кадык Джейксара дернулся, костяшки пальцев побелели. В моей собственной грудной клетке разлилось вязкое ядовитое жжение. Какое-то время мужчины не сводили друг с друга взгляды, и несмотря на то, что Джейксар находился в позиции сильного, он очевидно не чувствовал себя таковым.

Я невольно сжала зубы.

— Мне жаль это слышать, — ответил король почти безразлично и бросил своим солдатам, отводя взгляд, — увести его.

Толкнув генерала в спину, несколько человек отделили его от толпы и завели куда-то за шпиль.

Жалеть Дачелли было бы странно, учитывая, сколько солдат сложили головы в последние годы под его чутким руководством. Из некоторых реплик Фрэда я сделала вывод, что его решениям на посту генерала недовольны были многие, не только прежний король. Дачелли слишком старался сохранить свое положение в иерархии, и вместо того, чтобы награждать лучших бойцов и повышать квалификацию новобранцев, делал лишь то, что позволяло ему выгодно обрасти связями.

Однако стоило ему встать перед выбором, он не предал своих идеалов. Может, еще надеялся, что король Рэндис попытается вытащить его отсюда?

Интересно, что чувствовал Киан, видя, как его генерала, скрутив, словно преступника, ведут в неизвестном направлении. Генерала, которого он уважал и часто ставил в пример как человека чести. Видимо, исключительно на словах.

Стоило подумать об этом, в моей голове снова загудело, но я приказала себе не вслушиваться.

Нельзя отвлекаться.

Часть меня еще надеялась увидеть где-нибудь Фрэда, убедиться, что он жив, но его лица среди лиц окружающих не было. Погиб ли он? Бежал? В плену?

— Жители Великого Миортана, — вновь сказал Джейксар, — прошу вас подумать, стал бы истинный король посылать своих людей, едва стоящих на ногах после жестокой битвы с демонами, на бой, которого можно было избежать? Стал бы он ставить жажду власти выше благополучия своих подопечных? Стал бы убивать своего брата так же жестоко и кроваво, как сделал это двадцать лет назад? Мой отец был не безгрешен и наделал много ошибок, но заслуживал ли он такой смерти?