Проклятое королевство. Личная тайрэ Его Величества

Глава 20.1 Демоны Великого Миортана

Я аж вздрогнула.

— Я?

— Да.

Мавьин с господином Хейзой переглянулись. Они оба предпочли бы перенести мероприятие, но остерегались перечить дальше, а я… а что я?

— Вам лучше знать, Ваше Величество…

Джейксар кивнул, как будто только этого и ожидал услышать.

— Вот именно, — закончив приводить стол в порядок, он сделал шаг в мою сторону. Между нами легко поместился бы еще один человек, но даже от такой близости в груди мучительно-сладко заныло, ладони вспотели. Я подумала, что брежу, когда его рука уверенно, но бережно дотронулась до моей. — Спасибо, что спасли мне жизнь, Саммер. Поверьте, я этого не забуду.

— Д-да. Конечно.

Джейксар улыбнулся еще шире, но мне было не до смеха. Если всего двадцать минут назад я никак не могла заставить себя уйти отсюда, то сейчас хотелось бежать, пока не сказала какую-нибудь глупость. Я не могла ни вдохнуть, ни выдохнуть, раздираемая противоречивыми чувствами, часть из которых, очевидно, принадлежала человеку напротив. Плещущаяся в его глазах теплота заставляла мое сердце биться чаще.

Погладив большим пальцем костяшки моих, он сжал их и нехотя отпустил. Я чуть не застонала, когда мочки ушей предательски загорелись.

— Тот, кто ввел вам иглу… чего он хотел добиться? — спросила я сдавленно, возвращая себя в реальность, и на секунду покосилась на книгу, которую он до недавнего времени не выпускал из рук. В горле пересохло, и последнее слова я почти прошептала.

— Искал моими глазами заклинание, полагаю, — ответил он, — у меня есть кое-что, что принадлежит… принадлежало дяде. Очень могущественная вещь, которая не подчиняется кому попало. Кто бы ни был наш загадочный недоброжелатель, он хотел найти способ обеспечить себе ее верность.

— Значит, это не Рэндис? — вмешалась Мавьин.

Он перевел взгляд на нее, и дышать стало чуть легче.

— Полагаю, что нет. Но этот человек знает достаточно, чтобы искать то, что искал, и явно ведет свою игру.

— Есть идеи, кто это может быть?

— Ни одной.

— И ты все равно собрался выходить к народу? Джейк, подумай хорошенько. Учитывая все вышесказанное, так рисковать…

— Она невероятно упрямая, не находите? — спросил он у меня, снова улыбнувшись.

Я опустила глаза, глотая вязкую слюну. Это начинало злить. Как прикажете реагировать на эти его приступы доброжелательности? Будто мы старые друзья, а не… кто мы вообще друг другу?

Не желая более меня смущать, хоть это и доставляло ему удовольствие, Джейксар все-таки вернулся к делу. Четким, уверенным тоном, пусть и слегка хрипло, он отдал советнику и невесте приказ организовать выступление состоится во что бы то ни стало. Покушение раззадорило его: руки чесались поставить своего нового противника на место. Не только потому, что это было стратегически верно, но и для того, чтобы почувствовать себя победителем. Вернуть ощущение контроля над ситуацией, которое, несмотря на показную непринужденность, было безвозвратно утеряно.

Враги дышали ему в спину. Я чувствовала это так же отчетливо, как если бы мне самой приставили нож между лопаток.

Когда Джейксар, наконец, отошел на почтительное расстояние, все внутри рухнуло, как игральные кубики. Только после того, как Хейза с Мавьин покинули кабинет, Джейксар взял с вешалки у одного из шкафов непримечательный плащ и направился к выходу. Я стояла на месте неподвижно, наблюдая за ним одними глазами.

Казалось бы, что могло быть проще: залезть к нему сейчас в голову и узнать ответы на любые свои вопросы. Что он собирался говорить миортанцам на площади? Намеревался ли казнить сегодня дядю? Вспоминал ли за время своего отсутствия хоть раз обо мне?

— Вы должны быть на площади через три часа, — сказал он перед уходом, оборачиваясь на меня, — сегодня очень важный день, для меня лично и для всего королевства. Я хочу вас там видеть.

Не успела я даже рот открыть, как осталась в кабинете одна.

В голове загудело, и я приложила ладони к горячим щекам. Только бы не подумать ни о чем… запретном.

«Я хочу вас там видеть».

Я спасла Джейксара, выполнила свой долг. Все. Не анализировать взгляды, не вспоминать тепло его кожи, все еще обволакивающее мои пальцы, не прокручивать в голове непривычно ласковые интонации.

«Я хочу вас там видеть».

Три часа, как ни странно, прошли незаметно. Я вообразила себя предметом мебели, который ни о чем не размышляет, ничего не ждет, и существует только тогда, когда приходит время им пользоваться. Мое вот должно было наступить за девяносто минут до Темнейшего часа. До тех пор я — торшер. Или диванная подушка. А может графин с водой. Я просто есть и ни о чем не думаю.

Из оцепенения меня вывела Риша, спросив, собираюсь ли я идти на Центральную площадь. Я кивнула и встала с кресла возле окна. Должно быть, выглядела я и правда чересчур странно, раз она нарушила молчание. После того разговора нам обеим было немного неловко долго находиться в одной комнате.

Окончательно я встряхнулась, увидев Киана. Он меня не заметил, хвала Святым Прародителям, слишком поглощенный своими обязанностями, но я все равно накинула капюшон и невольно стала чуть бдительнее. Разбираться с ним сегодня в мои планы не входило.

***

Столько мыслей, чувств, подозрений, рассуждений и тревог разом ударили по вискам, что я почувствовала легкое головокружение и выходила из дилижанса, держась за поручни.

Площадь была заполнена до отказа. Миортанцы и тахарцы смешались между собой, хотя последние вели себя чуть сдержаннее и внимательнее, как и полагается стражникам на посту.

Нашей небольшой компании служанок удалось подобраться довольно близко к подиуму. Мавьин и Хейза уже стояли там, окруженные вооруженной охраной. Охраняли, правда, не их: скованный цепями, в испачканной в крови и грязи хлопковой рубашке и штанах, мужчина стоял на коленях перед взволнованной толпой.