Проклятое правое дело

Эпилог

Здания, входящие в университетский комплекс, выглядели ухоженно. Фактически Университет – это небольшой городок с кучей деревень и посадок к востоку, югу и северу от его стен. Живущие там крестьяне обеспечивают Университет продовольствием. Северная же часть земель огорожена и закрыта для свободного посещения – там располагаются испытательные полигоны. Хотя во многом и поля местных крестьян выступают местом для регулярных экспериментов – студиозусы и наставники Университета оттачивают на них свои аграрные навыки. Как в магическом, так в обычном смысле. Студиозусы помогают крестьянам с посадкой, уходом и сбором урожая. Это важная часть пребывания в Университете, от которой не освобождаются даже ученики из знатных родов. Хочешь учиться – соблюдай правила.

О намерении посетить Университет принято сообщать заранее. Тогда вам будет оказан соответствующий прием. Бланш не отказался бы от торжественного обеда в свою честь, но Далсон и Бойер не хотели привлекать лишнего внимания до того, как исполнят свою миссию.

— Доктор Далсон! Мистер Бойер! — к путникам стремительно приближался Валант Асманол – худощавый, высокий мужчина с бегающим взглядом, в котором мелькала крысиная хитрость.

— И доктор Бланш с вами! Какая честь! — подойдя ближе Асманол протянул руку для приветственного рукопожатия, но все трое его проигнорировали. В попытке избежать конфуза он неловко спрятал руку в широкие карманы своего одеяния, будто так и было задумано.

— Что привело вас в храм науки, господа? — продолжил он.

— Ты – последний, кто узнает об этом, Валант, — довольно резко ответил Далсон. — Архимаг Канелла у себя?

— Чем я заслужил столь грубое отношение, Грэгори? — Асманол картинно оскорбился, его губы изогнулись в театральной гримасе. — Архимаг у себя. Я сейчас же доложу ему о вашем прибытии.

— Стоять! — Далсон схватил уже развернувшегося Асманола за локоть. — Знаю я, куда ты доложишь. С нами пойдешь.

— Что за необоснованные обвинения? — Асманол снова состроил оскорбленный вид, его голос деланно дрожал от возмущения. — Хорошо, пойдемте вместе.

…

Фульгур – помещение, которое присутствует в каждом Университете и в каждой Библиотеке. Круглосуточно в нем дежурят по двое студиозусов старших курсов – ждут сообщений. Фульгур сам по себе является артефактом – это помещение, построенное по особым расчетам, с использованием сложносоставных материалов. Фульгур соединяет магическим информационным каналом все Университеты и Библиотеки в единую сеть. Дежурные здесь нужны не только для того, чтобы принимать сообщения, но и для того, чтобы питать комнату…

Сейчас дежурных выставили за дверь, а в комнате остались лишь архимаг Канелла и Мортимер Бойер.

— Ты уверен, что хочешь это сделать, Мортимер? — слова архимага разорвали тишину, словно камень, брошенный в тихий пруд.

— У нас нет выбора.

— Не снимай с себя ответственность, выбор есть всегда.

— Действительно… и наш выбор сделан, архимаг. Мы готовы поделиться своим открытием с миром. В том числе для того, чтобы сохранить его.

Архимаг кивнул.

Они с Бойером сели за небольшой стол друг напротив друга. Стол и два сидения представляли собой монолитную конструкцию из черного металла.

— Фульгур натолкнул вас на идею? — архимаг кивнул на квадратик белой руды, что играл отблесками света в середине столешницы.

Бойер покачал головой.

— Нет, Паучья сеть. Нам не нужно было усиливать поток, напротив – мы пытались удержать энергию.

…

Кабинет архимага Канеллы был на удивление аскетичным. Никаких тебе волшебных шаров, амулетов и ритуальных свечей. Даже таинственный полумрак отсутствовал. Архимаг предпочитал свет.

Попади сюда жадный до экстравагантных магических чудачеств деревенщина, он никогда бы не поверил, что это и есть пристанище главы Единого ордена магов.

Но искушенный взгляд обязательно оценит мебельный ансамбль, в котором каждая деталь работает на общую цель. Вдоль стен от пола до потолка – книжные стеллажи, по центру кабинета – большой, но изящный стол неведомого материала. Архимажье кресло – не вычурный трон, а удобный рабочий инструмент. Два кресла для посетителей – не унизительно низкие, твердые или неудобные, как в допросных домах, а, напротив, – равные архимажьему. В глубине кабинета – небольшая тумба, на которой покоится несколько изящных бокалов и напитки. Больше в кабинете ничего и нет.

— Далсон с Бойером поступили благородно. Это в духе Компании – менять мир знаниями, а не войнами, — архимаг подошел к тумбе, чтобы налить собеседнику вина. — Но я удивлен, что ты допустил такое развитие событий, Бенедикт. Как же интересы Союза?

— Они меня переиграли, — развел руками Бланш. — До территории Университета я плелся под присмотром стонеров, с ног до головы обмотанный Паучьей сетью.

Архимаг весело крякнул.

— Недооценил противника? — с улыбкой на старческом лице он протянул Бланшу бокал.

— Скорее недооценил союзника… — неопределенно протянул Бланш. — А вас все также веселят мои промахи?

— Когда фаворит плюхается на задницу – это всегда забавно. Обычно за этим следуют интересные события. Не обижайся, Бенедикт. Мне просто нравится наблюдать за вашим соперничеством.

Бланш поднял бокал и чуть кивнул, показывая, что не обижается.

— Еще не вечер!

— Твоя правда, Бенедикт. Но, кажется, я наблюдаю тревожные признаки заката, — негромко ответил архимаг.

— Что вы имеете в виду, — посерьезнел Бланш.

— Я снова чувствую колебания тьмы. Пока слабые, но настойчивые. Кажется, она близка к тому, чтобы вернуться, Бенедикт. И если это правда, то мы довольно скоро забудем о вашей детской возне с переносными источниками.

— Сколько у нас времени? Я пока не чувствую изменений, — ответил Бланш.

— Ты не чувствуешь, потому что уже много лет безразличен. А безразличный слаб духом и слеп.