Проклятое призвание

13. ИМЕНИНЫ АГРИППИНЫ

У нас такая заводная семья,

Простая-простая

Нормальная семья.

«Агата Кристи»

Вечером того дня, как я ушла от Митьки, мне написала жена отца. Я называла ее тетей Лидой. Родители давно были в разводе, оба создали другие семьи, но я поддерживала отношения с ними обоими. Причем, что характерно, отношения с супругом матери и супругой отца у меня были лучше, чем с ними самими. Возможно, дело было в том, что они являлись для меня чужими людьми, с которыми мне никогда не приходилось жить под одной крышей и с которыми меня по сути ничего не связывало. Между нами не было ни обид, ни неоправданных ожиданий.

«Анечка, как у тебя дела? Ждем тебя завтра на дне рожденья Агриппины Павловны».

Агриппина Павловна – теща отца, колоритная, острая на язык старуха восьмидесяти лет, испытывающая ко мне некоторую симпатию. Мне она тоже нравилась, своей энергичностью, обаянием, хлесткими выражениями, не все из которых были парламентскими.

Отца она едва терпит (и я понимаю почему). «Зять – не фиг взять» – это было самое мягкое, что я слышала от нее в его адрес. Отец периодически с ней ругается, но все-таки морально продавить тещу не в силах. Они регулярно пересекаются на ее даче, в которую отец не очень-то хочет вкладываться, но куда тем не менее продолжает ездить.

Со стороны мне хорошо видно это состояние «ни мира, ни войны». Я, со своей едва маскируемой злобой на отца, сохраняю нейтралитет. Издевки в его адрес вызывают у меня какое-то внутреннее злорадство, мне есть за что на него обижаться. Во время затяжного развода родитель неоднократно срывал на мне злость, сливая в детские уши тонны словесной грязи. Конечно, маман в тот период жизни вела себя, мягко выражаясь, не идеально, но к ней у меня нет претензий – меня она никогда не обижала, более того, я прекрасно понимала, что она меня любит. Родитель же меня всегда в лучшем случае игнорировал, в худшем мне приходилось выслушивать кучу гадостей про мать (а заодно почему-то и про меня). Никаких алиментов он никогда не платил и финансово меня не поддерживал. Были периоды, когда я не общалась с ним по году и больше, но в определенный момент он почему-то все равно прорезался. Особенно меня поразило, когда, придя к ним с женой домой, я увидела на «стенке» три фотографии – дочери и сына его жены от первого брака и мою, распечатанную из интернета. Такой своего рода иконостас. Видимо, моя фотография там оказалась, чтобы отцу не было обидно.

Общих детей у них не было. Могли бы быть, но отец не захотел. Как он сам признавался, испугался ответственности.

Никаких планов на следующий день у меня не имелось, так что на приглашение я ответила положительно.

День рожденья Агриппина Павловна празднует в своей квартире. Это уютная, ухоженная «двушка», где царит идеальный порядок и пахнет вкусной едой. Кроме меня, отца и его жены приглашены еще младшая дочь Агриппины Павловны Юля с мужем и их единственный сын Саша, парень на пять лет меня младше. В компании родственников он явно мается и, видно, что думает только о том, как бы побыстрее свалить.

Агриппина Павловна – царица вечера. На ней праздничная кофточка с люрексом, юбка с нарядными оборками. Зубы сверкают искусственной белизной, на голове – аккуратный куколь. Это плотная, старая, но все еще очень сильная женщина. Мне приходилось видеть, как она работает в огороде – кто бы мог подумать, что в ее возрасте еще можно сохранять столько энергии. Энергии и интереса к жизни. Не беда, что этот интерес ограничивается в основном семьей, дачей да сплетнями о знакомых – у многих людей нет и этого.

К тому же я подозреваю, что и в молодые годы кругозор Агриппины Павловны был не намного шире.

Всю свою жизнь она много работала. Как она хвастается, заработала на квартиру («Мам, вы работали на государство, а мы на дядю», – с возмущением замечает на эти заявления жена отца, имея в виду, что им получить жилье «от работы» было невозможно), на хорошую пенсию. Развелась в тридцать пять лет и с тех пор не выходила замуж.

«Был у меня любовник, да, – с гордостью вспоминает Агрипина Павловна. – Так благодаря ему девки и выросли. А лучше быть матерью-одиночкой. Приятно ведь, когда любимый человек придет, подарков принесет? Пришел, палку кинул и сиську набок. И не стирать, и не варить».

Было понятно, что муж Агриппине Павловне не очень-то и нужен. Для таких женщин он как розочка на тортике. Они прекрасно могут прожить и без него. Сил, энергии хватает…

Муж – обуза. На него надо готовить, за ним надо ухаживать, уделять ему внимание. Трата времени и сил.

Когда ты самодостаточна и финансово обеспечена, особой необходимости в мужчине нет. Любовь же, секс можно найти и без нудных обязательств.

Тем временем празднество идет своим чередом. На столе в «большой комнате» угощение: майонезные салаты («оливье», «шуба», «цезарь»), непременный холодец, нарезка из сыра и колбас, маринованные огурцы и помидоры, дары леса – соленые грибы, на кухне ждут своего часа картофельное пюре и котлеты, в холодильнике – домашний торт (разрезанная на части и пропитанная вареньем «шарлотка»). Есть и конфеты, и покупные фрукты: виноград, мандарины, киви (роскошь). Я знаю, что покупать фрукты в сознании Агриппины Павловны, как и вообще людей ее поколения, верх расточительства. Из алкоголя – водка, красное и белое вино (для дам). Впрочем, виновница торжества к вину не притрагивается, предпочитая «водичку».