Проклятое призвание

15. ДЕРЕВЯШКИ

Проснись, крошка – ты продаёшься,

Ты продаешься, ты продаешься

Монеточка

Чтобы отвлечься от тяжелых мыслей о родственниках и своей несчастливой судьбе, я, как обычно, окунулась в творчество. Привычный способ ухода от действительности. Ведь когда ты рисуешь, ты там, в рисунке. Или когда играешь на гитаре, поешь песню, ты там, в песне. А внешнего как бы совсем не существует.

Да, повезло все-таки творческим людям, повезло! Что есть у обычного человека для того, чтобы забыться? Алкоголь, наркотики, психотерапия. Все дорого, сложно, небезопасно (психотерапия – для кошелька).

А творческому что надо? Дайте карандаши, бумагу, инструмент – вот и решение всех проблем.

Ни окружающих не беспокоит, ни для самого себя не опасен.

Сидит рисует, мычит себе что-то под нос.

Зла никому не делает.

Очень удобно.

По большому счету не столь и важно, чего он там малюет, как Леонардо да Винчи или так, на уровне выпускника художки. Главное при деле и другим не мешает.

У меня уже несколько месяцев лежали заготовки – круглые дощечки, когда-то бывшие веткой березы. На них мне предстояло масляными красками написать что-то патриотическое, местечковое. Такие поделки я отдавала в магазин, специализирующийся на продукции для туристов.

Из дальней поездки все равно вроде как нужно что-то привезти. Деревяшка с картинкой достопримечательности дороже, но интереснее магнитика. К тому же она уникальна.

Взявшись поначалу с некоторой внутренней неохотой и преодолевая обычное нежелание работать, я вскоре увлеклась и провела за делом шесть часов подряд. Очнулась уже глубокой ночью. Все-таки электричество играет со мной дурную шутку: хронически сбивается график…

Передо мной лежал десяток сувениров – нарисованных на дереве изображений местных храмов и часовен.

Я любила мой город.

Особенно его старую часть, где было много красивых, уникальных зданий, любила его парки и скверы, узкие улочки и торговую площадь, купеческие ряды и сумасшедшей красоты закаты на набережной…

И хорошо, что любила его не я одна.

Поток туристов давал возможность хорошо заработать.

Не только экскурсоводам и занятым в гостиничном бизнесе, но и бедным художникам.

Художник должен быть голодным, говорите?

Но все-таки не умирающим с голоду.

Чуть-чуть денег и нам нужно.

Приняв эту мысль, я со спокойной совестью легла спать. И мне ничего не снилось – как всегда, когда удается полноценно поработать.

Если какой-то проект в процессе, ты видишь сны о нем, они могут терзать, мучить… Особенно когда не удается сделать так, как хочется. Незавершенная картина может стать навязчивой идеей, несчастьем… Возвращаясь к ней снова и снова, не в силах думать ни о чем другом, художник проклинает тот день, когда взял карандаш в руки, проклинает час, когда решил избрать рисование делом своей жизни.

Никто не гарантирует удачу. Сколько проектов остается незаконченными, сколько картин – ненаписанными…

А сколько испорчено! Начали за здравие, кончили за упокой.

Задумали одно, получилось другое.

Вечная надежда создать что-то этакое. Шедевр. То, что останется. То, что переживет создателя.

Творчество – как наркотик. И, конечно, оно тоже деформирует… Деформирует деформированное… Изначально странное, «не такое», не похожее на большинство.

Творческое начало есть у многих. Не у всех, но у многих все же. Однако профессиональная творческая реализация – дело особое. Если долго-долго черпать из колодца, иной может и опустеть…

Если вытягивать дерево, оно может и сломаться.

Так и с творческим началом. Легко надорваться. Возьмешь на себя больше, чем сможешь вывезти, начнешь гнать халтуру. Такое происходит с массой художников, авторов, композиторов… Большие, мастеровитые, опытные на одних профессиональных навыках умудряются создавать что-то крутое. Не шедевральное, но такое, что будут покупать и за что точно не стыдно. Но это удел крупных художников. Те, кто помельче, не выдержав ритма, обязательств, почти неизбежно перейдут на халтуру…

А это уже – серьезный удар и по самолюбию, и в принципе по возможности творить.

Беда ведь в том, что халтура-то никому не нужна. За нее даже могут платить деньги, в какой-то период определенной аудитории она может быть востребована (если это не государственная заказуха), она может найти свое место в коммерческом сегменте, но… Время всегда все расставляет по своим местам. Такое не останется, его сметет информационным потоком.

Халтура унижает создателя в его собственных глазах.

Кто как не автор знает цену своему творению?

Да, безусловно, мнение других очень важно… Только все-таки каждый человек, способный отличать право от лево, в силах и оценить свои поступки как правильные или неправильные, хорошие или плохие… Так и художник знает, работал он на совесть, выложился ли, сделал ли все что было в его силах, или в его руках просто поделка, выполненная по принципу «тяп-ляп».