Проклятые судьбой

За маской карнавала

— Закон судьбы гласит: то, что предначертано судьбой, нельзя изменить. Искажению поддается лишь мгновение, — прошептала я строчку из когда-то прочитанной книги.

За окном машины последние лучи заката пронизывали высотки и поблескивали в стеклах. Я вышла из такси и направилась к темному, не огороженному забором и не охраняемому зданию. Внутри мои документы проверили вместо пропуска.

Внимание привлекло быстро ставшее знакомым постукивание каблуков. Из-за угла вышел знакомый мужчина — директор информационного отдела.

— Здравствуйте, Арэйра. Я хотел встретить вас, но, как вижу, в этом не было необходимости. — Он развел руками и широко улыбнулся.

Его черные, коротко стриженные волосы были аккуратно расчесаны, но по-прежнему вздымались над головой, как бы он их ни укладывал. Он, как всегда, не отступал от своего правила носить деловой костюм.

— Здравствуйте, — ответила я. В плечах возникло непонятное напряжение. Я оглядела директора, пытаясь понять, что меня насторожило… Но осознать не успела: мы вошли в темное помещение.

Щелчок выключателя залил комнату теплым золотистым светом. Директор сел за стол посередине. Мрачные черные шторы нарушали уютную атмосферу. На столе рядом с ним документы были аккуратно сложены.

— Завтра начинается ваше первое расследование. Простите, что пришлось прервать обучение так неожиданно. Теперь я должен ознакомить вас с аспектами, которые не озвучивают при подготовке к этой профессии, — сказал мужчина и указал на свободный стул. — Присаживайтесь.

Я кивнула, села и продолжила слушать.

— Ваша команда не приписана к конкретному отделу, поэтому пока я поручаю вам свободную миссию, — продолжил говорить мужчина, пытаясь отыскать какие-то, как мне казалось, документы в стопке листов. — Вот список участников команды.

Директор легким движением руки достал лист и протянул его мне. Я быстро пробежала глазами по именам и ролям, игнорируя фамилии и отчества: Макия — целитель, Илтрэй — око и информатор, Тиронаев — военный служащий. У последнего была указана только фамилия, а имя стояло инициалами. «Возможно, ошибка», — подумала я, не акцентируя на этом внимания.

— Какова моя роль в команде? — я подняла глаза на директора.

— Вы лидер и полностью отвечаете за действия команды и их последствия.

— Значит, по совместительству я веду расследование?

— Да.

— К какому тогда отделу я отношусь?

— К тому же, что и вся команда. Но есть разделение: группа имеет одну задачу, а участники — другие, при этом они расследуют дела в рамках полномочий команды.

— Могу ли я работать одна?

— В вашем случае — нет. Одиночки редки. Думаю, объяснять причину излишне: мы не можем допустить эффект бабочки. Вам нужна малая группа, которая не привлекает лишнего внимания. Есть и большие команды, но они занимаются делами иного характера.

— Поняла.

— Я уже отправил вам на почту билет на поезд и адрес проживания. Команда сейчас расформирована, остальные участники присоединятся к заданию позже.

— Почему расформирована?

— Во главе каждой команды — лидер. В данном случае произошла задержка с его подбором, и свободных сотрудников пришлось отправить на миссии с другими командами, где не хватало участников. Когда отряд сформируется полностью, его больше не будут разделять.

Он сделал паузу и достал из-под стола черную папку.

— Ваше расследование начнется с недавнего убийства девушки расы Амилар[1]. Думаю, дело будет вам знакомо, ведь вы относитесь к той же расе. Цель — определить причину геноцида и остановить его распространение. Влезать в политические конфликты у вас нет полномочий.

Я открыла папку и стала изучать информацию, пока мне рассказывали о требованиях. На первой странице — данные об убийстве девушки. На приложенных фотографиях не было видно ни следов крови, ни тела. Об уликах в записях — ни слова. В папке были и другие жертвы, но я просмотрела их беглым взглядом.

— Почему нет улик?

— Местная полиция скрыла следы, чтобы не привлекать внимание: преступление совершено в публичном месте. Тело похоронено, материалы дела — у государственной полиции, не у нас.

— И как мне тогда расследовать?

— К сожалению, наша организация — тайное мировое формирование. Вы не можете открыто заявлять о своей профессии, но можете заявить о своих правах.

— Понимаю.

— Вам сделали новый паспорт. Он дает больше свободы в отношении законов всех стран, в том числе право запрашивать необходимую информацию у государственной полиции.

— Что для этого нужно?

— Показать паспорт. Только доверенные лица высокого статуса и правители знают, кто вы на самом деле. Скрывать принадлежность к межвременной полиции нужно только в обычных обстоятельствах.

Директор передал мне новый паспорт.

— Ваш старый паспорт больше недействителен.

— Значит, я не могу вести открытый образ жизни?

— Нет, это исключено. Вам ведь уже говорили об этом. Все исполнители в межвременной полиции ведут тихую жизнь. Надеюсь, вопросов больше нет. Можете быть свободны.