Проклятые за любовь

Глава 12-1

Каждый день, каждый час ты будешь себя уверять, что твое сопротивление непреодолимо, будешь следить за своими манерами, за каждым своим словом, однако желание его присутствия окажется сильнее наркотика.

Марк Леви «Семь дней творения»

Эта мысль окатила ледяной водой, и Виола поспешно отстранилась, отталкивая от себя Деймона. Виконт не стал сопротивляться, послушно выпуская ее из объятий. В синих глазах полыхало пламя яростного желания. Оба все еще тяжело дышали, а губы ее саднили от поцелуя. Наверняка распухли, промелькнула мысль.

Виола отвернулась, нервно пытаясь поправить безнадежно испорченную прическу, разгладить юбку платья. Но она продолжала ощущать его взгляд на себе. И там, где он касался ее, кожа словно вспыхивала от жара.

Это невозможно! Разве можно полюбить за такое короткое время? Того, кого и не знаешь совсем? Она всегда считала себя рациональной, а не теряющей голову от эмоций легкомысленной девчонкой. Но все произошедшее сейчас говорило об обратном. Еще немного, и Виола сама бы подтолкнула Деймона в сторону кровати. Настолько желание принадлежать этому мужчине затмило разум.

– Виола? – тихо позвал виконт. Голос его звучал глухо. И она поняла, что он тоже не знает, как себя вести сейчас. – Виола, девочка моя…

– Я не ваша девочка, милорд, – резко ответила, наконец, оставляя в покое многострадальное платье. Гнать, гнать от себя опасные мысли! Дома ее ждут родители, привычная жизнь, Ленка! Она найдет способ заставить зеркало вернуть ее в родной мир. И никакая дурацкая влюбленность ей не помешает!

– Тебе не кажется, что после того, как ты позволила мне дважды поцеловать себя, уместнее будет обращаться ко мне по имени? Меня зовут Деймон, – четко очерченные губы изогнулись в усмешке.

– Не кажется, – не поддалась на провокацию Виола. – Это совсем не уместно. Вы выше меня по положению в обществе. И гораздо старше.

На самом деле ей было плевать на положение в обществе и принятую форму общения. Если бы они находились в 21 веке, она давно бы общалась с ним на равных. Но согласиться сейчас означало признать свое поражение. Нельзя сближаться с виконтом больше положенного. Они из разных миров.

– Всего на семь лет, – устало вздохнул мужчина, испепеляя ее взглядом. – Ты считаешь это большой разницей в возрасте?

– Достаточной, чтобы относиться к вам с уважением, милорд, – выделила последнее слово. И помолчав, решилась спросить: – Зачем вы поцеловали меня? Если снова обвиняете в чем-то?

– Ты притягиваешь меня, Виола, – чуть хриплый бархатный голос обволакивал, призывал забыть обо всем и поддаться. – Ни одна женщина не вызывала у меня такого дикого желания. Тем неприятнее мысль, что ты можешь обманывать меня. Я не верю в предвидение и колдовство. Но я вижу, что ты что-то скрываешь, недоговариваешь. Я не терплю лжи, малышка.

– Если я и скрываю что-то, то это касается только меня, – оглушенная его признанием, решила не обращать внимание на то, как он снова назвал ее. Но как быть с теплом, разливающимся в груди от ласкового обращения? – Можете не верите в мой дар предвидения, но я, действительно, знаю о многих событиях, которые произойдут в будущем. Возможно, скоро я расскажу вам, откуда. Но не сейчас. Пока я не готова. Единственное, что вы должны знать, – я не обманываю вас и ни на кого не работаю. Даже понятия не имею, кому могло понадобиться шпионить за вами!

– Хорошо, если так, – Деймон примиряюще улыбнулся. Но в словах его ей слышалась угроза. – Мне очень хочется верить тебе, Виола. Не разрушай мое доверие.

Дверь за его спиной снова распахнулась, и в комнату влетела Берта. Вскрикнула, заметив виконта и присела в небрежном, но грациозном реверансе:

– Милорд, прошу прошения! Я не знала, что вы здесь!

– Я уже ухожу, – Деймон бросил на горничную мимолетный взгляд. – Берта, верно? Помоги мисс переодеться к ужину. Обед она благополучно проспала.

– Конечно, милорд, – кивнула девушка.

Как только за виконтом закрылась дверь, Берта обернулась, улыбаясь. И Виола почувствовала, как щеки покрываются ярким румянцем. Она была уверена, что служанка не могла не заметить растрепанную прическу и недвусмысленно припухшие губы.

– Не стоит смущаться, – мягко произнесла Берта, заново укладывая волосы Виолы. – В проявлениях любви нет ничего постыдного.

– Думаю, миссис Уайт не согласилась бы с тобой! Да и любви никакой нет, – Виола нервно передернула плечами.

– Да-да, – горничная покивала, ухмыляясь. – Именно поэтому твои глаза так блестят, а щеки краснеют. Милорд тебе нравится!

– Это так заметно? – Виола прижала пальцы к горящим щекам. – Ладно, ты угадала, он мне нравится! Он симпатичный мужчина, помог мне в трудной ситуации. Но о любви и речи идти не может! Мы из разных миров.

Сердце в груди болезненно заныло, отвергая ее слова. Разумеется, она врала. Она влюбилась, как глупая наивная девчонка. Но ведь влюбленность – еще не любовь? Виола сможет подавить в себе этот росток, пока он не запустил корни слишком глубоко в душу.

– Это любовь, милая, – голос Берты прошелестел над ухом так ласково и тихо, с нотками таинственности, отдаваясь мелодичным эхом в голове, что Виола засомневалась, не послышалось ли ей. – Самая настоящая и вечная.