Проклятый браслет: одержимый тобой

Глава 4

Выплывать из сна было невероятно тяжело. Ощущение, как будто карабкалась сквозь что-то очень густое. Когда я наконец открыла глаза, то сразу увидела белый потолок. До ушей донесся странный пищащий звук. Повернула голову и обнаружила, что это сигналит аппарат, считывающий ауру и внутреннее состояние пациента – графобор. Но почему я была к нему подключена? Я в больнице?

В голове был полный кавардак. Не могла вспомнить, что происходило вчера вечером. Воспоминания обрывались на моменте, когда Себастиан что-то говорил про нас. А дальше абсолютная чернота.

Дверь в палату открылась и внутрь вошел хорошо знакомый мне кардиохирург. Нонна Форт. Я не могу сказать, что мы с этой девушкой были близкими подругами. Но все же могли раз в дне недели в кафетерии больницы выпить чашку кофе. А пару раз даже выбирались в кафе, где феи готовили любимые нами пирожные. Мы уставились друг на друга в немом изумлении. Я — потому что как-то нечаянно оказалась ее пациенткой. А Нонна и сама не могла в это поверить.

— Дэла, скажи мне, как тебя угораздило оказаться на больничной койке? Из всех моих знакомых, мне казалось, тебя сложнее всего свалиться. А уж тем более подумать не могла, что у тебя проблемы с сердцем. Что произошло, помнишь?

— Не поверишь, до этой минуты я тоже так думала. Но пролить свет, увы, не могу. Я ничего не помню.

Врач опустила голову в мою больничную карту. И для меня это казалось таким странным, что я, не удержавшись, нервно хихикнула.

— Тебя что-то развеселило? — врач с интересом на меня посмотрела.

— Да так. — Неоднозначно ответила я. — Просто никогда не представляла себя на месте пациентов.

— Все мы живые существа, Адэль. Рано или поздно, но и наш организм дает сбой. Главное вовремя понять, какой именно орган подводит, чтобы помочь ему и не позволить усугубить состояние.

— Ну коли, я лежу здесь, то смею надеяться, ты успешно найдешь «ошибку» в программе моего организма, — разговаривать с Нонной всегда было достаточно легко. При всей своей сосредоточенности, она никогда не задирала нос. Была требовательно, да. Но это распространялось не только на тех, кто ее окружал. К себе у подруги были весьма завышенные требования.

— У тебя воспаление миокарда. Отсюда потеря сознания. Когда тебя привезли, сердце работало, как заведенное. Но с перебоями. Словно тебя кто-то сильно напугал. — Странно. На свое сердце я никогда не жаловалась. У меня было в норме давление. Внезапная слабость не посещала. Откуда тогда такой диагноз?

— Откуда меня привезли? — Если сознание что-то прятало от меня, то окружающие могли помочь восстановить картинку произошедшего. Хотя бы отчасти.

— Из дома, — в палате повисла тишина. И снова тишина в голове. Я не помню ровным счетом ничего. — У тебя настежь были открыты все двери и окна. А на улице уже не лето. Ты как будто проветривала комнаты? — В голосе девушки звучала вопросительная нотка. Но ответить я не успела. В палату, после короткого стука, вошли люди в форме. За ними шел Себастиан Мар собственной персоной. Все трое выглядели необычайно серьезными.

— Доктор Форт, мы просим прощения, что прерываем ваш обход, но представители правоохранительных органов хотели бы задать пару вопросов доктору Галеано. — На этих словах Себастиан подошел ко мне, сел на край постели и переплел наши пальцы. Что здесь происходит? Этот жест был таким собственническим. Как будто давал понять окружающим — «она под моей защитой». Естественно, это не осталось незамеченным от мужчин в черных костюмах. Они переглянулись между собой. Один из них даже сделал какую-то пометку в стареньком кожаном блокноте.

— Мы здесь ради защиты доктора Галеано, господин Мар. — Голос полицейского звучал спокойно.

— Разве я вас в чем-то обвиняю, Эдвард? — как и ожидала, ответа не последовало. Вместо этого следователь обратил свое внимание на мою знакомую. Нонна стояла напротив окна. Белокурые волосы создавали вокруг нее ореол таинственного свечения. У девушки были ярко голубые глаза, чуть вздернутые носик и ярко алые губы, которые она никогда не красила. Цвет был дарован ей самой природой. Гены мамы-эльфийки давали о себе знать. Не понять чувства мужчины было невозможно. Сложно было устоять против такой красавицы.

- Мы будем в гляделки играть или вы все-таки займетесь тем, для чего пришли господин …? - подруга сознательно сделала вопросительную паузу, чтобы правоохранитель мог полностью представиться.

- Эдвард Нортелиус, следователь, - прокашлявшись несколько смущенно ответил тот.

- Так вот, господин Нортелиус. Пациентка только пришла в себя. С ее заболеванием нервничать ей не положено. Надеюсь, вы мою мысль улавливаете? – Нонна гордо прошла мимо мужчины и, остановившись около выхода, закончила. – Настоятельно рекомендую не задерживаться в палате дольше необходимого. И выбирать фразы, чтобы не ухудшить состояние этой девушки. Доктор Галеано, - обратилась девушка ко мне, - сохраняйте спокойствие, пожалуйста. Сердце очень чувствительный орган. И сейчас он получил слишком сильную дозу адреналина. Повторный приступ неисключен. Если что, то тревожная кнопка прямо над вами. Смело нажимайте ее, если…, - она вновь посмотрела на следователя, - гости вас утомят.

Дверь за Нонной закрыла с тихим щелчком. Я, тихо посмеивалась, глядя на абсолютно ошарашенного мужчину. Он еще какое-то время просто пялился на дверь. Этим решил воспользоваться и Себастиан, наклонившись к моему уху, он прошептал:

- Что с твоим сердцем? Почему ты не позвонила мне? Что происходит, Дэла?

Неоднозначно пожав плечами, я решила сейчас не вдаваться в подробности. А насчет звонка ему даже думать не хотела. К тому же у меня и номера его не было. Услышав деликатное покашливание, обратила взгляд на второго мужчину.

— Позвольте представиться. Меня зовут Майкл Стонз. Помощник следователя. Мисс Галеано, позволите задать вам пару вопросов? – это был молодой парень с приятной внешностью. Среднего роста, коренастый. Умные карие глаза, обрамленные густыми ресницами, смотрели на меня с любопытством. Чем был обусловлен такой интерес я не понимала? То ли это было дело, в которое я невольно ввязалась? То ли сама моя личность?