Проклятый граф. Том Iv. Идеально безумный мир

11

- Он хочет остаться пиратом! – Татьяна всплеснула руками, расхаживая по каюте, которую занимал Винсент, - Кулон и браслет в руках Альберта, Тиона тоже, а Чарли хочет остаться пиратом! Как это возможно? Что нам делать?

- Уважать его решение, видимо, - сумрачно отозвался хранитель памяти и, тяжело вздохнув, схватил девушку за плечи, останавливая ее, - Я не понимаю – зачем ты вообще все ему рассказала? Не удивительно, что он подумал, что ты бредишь – кто вот так вдруг поверит, что есть другой мир, где он совсем другой человек? Ладно… - он осторожно выпустил собеседницу и ободряюще улыбнулся, - Когда вернем мир на свое место, у него просто не будет выбора. Он снова станет самим собой, доктором… может быть, даже забудет, что гонял по морям.

- Как по мне, так это нечестно, - Людовик, стоящий со скрещенными руками, прислонившись к двери каюты, нахмурился, - Если откровенно, этот Чарли мне нравится значительно больше, чем тот, из нашего мира – он отважен, он бесстрашен, на него вполне можно положится. Вы видели, как он вел бой? Будь он доктором, нас бы пустили ко дну, но он сумел отбиться! Клянусь, я смотрел и восхищался им - Бешенный действительно впечатляющ… А мы хотим отобрать у него это, опять засунуть его в шкуру докторишки и заставить вести прием больных? Но ведь он счастлив!

- В нашем мире он тоже был счастлив! – отрезала девушка, - Не говори глупостей, Луи, Чарли не может остаться пиратом! В нашем мире просто… просто нет для этого места. К тому же, сейчас речь идет не только о нем, но и о силе Альберта – если кулон и браслет в его руках, разве мы сумеем одолеть его?

- А у нас нет выбора, - Роман, тоже присутствующий на этом военном совете, легко пожал плечами, делая шаг вперед, - Или что, ты предлагаешь прибыть в Англию, вежливо извиниться перед дядей за то, что побеспокоили и, если он не пожелает культурно сдаться, спокойно положить головы на плаху?

- Этого я не предлагаю, - Татьяна глубоко вздохнула, силясь взять себя в руки и найти в сознании хоть какое-нибудь конструктивное решение, - Я просто не знаю, что нам делать. Если Альберт, этот великий мастер, даже сильнее, чем мы думали…

- Погоди-ка, - Луи, хмурясь, задумчиво куснул себя за губу, - А что это Роман говорил мне насчет твоей беседы с Анхелем? Вроде он рекомендовал пытать Тьери, чтобы добиться результатов?

Винсент, от которого эта часть событий как-то ускользнула, изумленно приподнял брови, тотчас же сдвинул их и, замотав головой, останавливающе вытянул руки.

- Стоп-стоп-стоп, какой беседы с Анхелем? Откуда он здесь взялся, когда ты успела?..

Девушка поморщилась, без особенной охоты начиная каяться.

- Откуда взялся – он не сказал. Но он все помнит о том, нашем мире, дал недвусмысленно понять, что здесь он не на стороне Альберта, и… - она на секунду сжала губы, и как-то смущенно добавила, будто беря на себя вину за слова и действия вораса, - И сказал, что в нормальном мире он тоже не совсем на его стороне. А потом добавил, что нам помогать все равно не будет и посоветовал обратиться к Тьери, который проживает где-то в Англии, недалеко от мастера.

- Чистосердечная помощь врага – что может быть лучше? – хранитель памяти тяжело вздохнул и, мотнув головой, хлопнул себя по бедрам, - Хорошо! Будем искать Тьери, в конце концов, штурмовать замок без дополнительной магической помощи в любом случае было бы глупо. Вот только… мы же не знаем, каков он в этом мире. Луи, ты сумеешь при случае противостоять старому магу?

- Тьери? – молодой маг весело ухмыльнулся и уверенно кивнул, - В то время, когда Альберт обучал его, я уже немало знал и умел, и до сих пор мои умения превосходят его. Честно сказать, у дяди было не так много учеников – лишь я, да он, но я учился дольше и всегда был сильнее. И способнее.

- Хвастун, - виконт хмыкнул и, махнув в сторону брата рукой, кивнул, - Значит, будем штурмовать Тьери. Вообще, даже любопытно, где он живет – во дворце Альберта или, как в наши дни, в зачуханной деревеньке? А еще интересно, насколько изменился здесь Лондон… - он задумчиво покусал губу и, погрузившись в ностальгию, примолк.

- Говорят, города, как такового уже практически нет, - Людовик, как человек, на протяжении нескольких дней старательно собиравший информацию о дядюшке, дернул раненым, все еще перевязанным плечом. Он вообще выглядел сейчас довольно необычно, этот парень, поскольку запасной рубашки, отправляясь в путешествие, с собой не взял, создать ее даже не подумал, и теперь щеголял в старой, один рукав которой был, по совету Чарльза, отрезан, а на обнаженной руке белел, хотя точнее было бы сказать «грязнел», бинт.

- В Кале шептали, что мастер, подмяв под себя мир, уничтожил Лондон, - продолжал он, - От города остались какие-то ошметки, а подавляющую часть пространства занимает дворец. Альберт живет на широкую ногу – его дом по сути представляет собой целый город.

- Надеюсь, хоть причалить-то есть куда? – Винсент поморщился и, глянув наверх, на потолок каюты, задумчиво прибавил, - Капитан сказал, что завтра к полудню мы уже будем на месте. Надеюсь, нас не встретят канонадой прямо в голову.

- Ну, ты, я и Влад только порадуемся этому, - пожал плечами Роман, - Закопаем Татьяну и Луи и отправимся на поиски сокровищ… Слушайте, а давайте ограбим мастера?

- А я думала, пираты только на Винса плохо повлияли, - сумрачно отозвалась девушка и, присев на кровать, хлопнула себя по коленям, - Значит, решено. Завтра мы причаливаем, и всеми правдами и неправдами разыскиваем Тьери. А потом…

- Берем его штурмом, связываем и заставляем помочь нам обокрасть дядю! – весело подхватил виконт, - Отличный план, так и поступим!

…

Вечерело.

Татьяна сидела на большой бочке, куда ее усадил Чеслав, заметив, что гостья капитана никак не может забраться и безрадостно созерцала матросов. Они смеялись, они радовались, они стучали кружками по палубе и кричали о своей победе над «британскими свиньями». Сидеть в каюте сейчас было бы бессмысленно – уснуть эти крики ей бы все равно не позволили, а участвовать в попойке не хотелось. Людовик и Роман, стоя у борта, весело смеялись, обмениваясь какими-то комментариями, не обращая внимания ни на пиратов, ни на свою спутницу. Владислав, которому рана уже позволяла покидать каюту, сидел на бухте каната с кружкой рома в руке, и потихоньку попивал его, скромно улыбаясь в ответ на соленые шутки матросов. Ему, человеку нежной души, художнику, они претили, но вместе с тем и нравились. Иногда художнику для вдохновения нужна фактура, и Владислав, глядя на бесчинствующих пиратов, уже прикидывал сюжет для очередной картины.