Проклятый капитан. Колдовской знак

Глава 8. Тринадцать

Эрик не сдержался и саданул ногой в основание колонны. Тысяча тупых акул! Зря только потратили время, чтобы притащиться сюда. Время, которое уходило, как воздух у нырнувшего на глубину.

Голод грыз изнутри хищным зверем, изматывающе ныла голова. Надо что-то делать, пока их не обнаружили по следам. Наверняка за староверами теперь тоже охота, и они запросто ткнут, в какой стороне скрылись трое преступников.

Алекс вдруг отвлёкся от разглядывания очередных руин, взял Эрика за руку и развернул её к себе, изучая плетение линий на предплечье. Потом скрылся в доме, от которого остались разве что полторы стены да часть потолка.

Эрик с опаской зашёл следом. Казалось, тронь — и стены из белого камня рухнут прямо на голову. Алекс рылся среди разбросанных обломков и вещей, но без видимого успеха.

— Что ты ищешь? — спросил Эрик. — Может, пойдём уже? Здесь нет живых, какой толк? Напрасно сюда тащились. Я жутко голоден.

— Ты хочешь просто пузо набить или всё-таки спасти свою жизнь? — сощурился Алекс.

— Хороший вопрос! — Эрик раздражённо зашагал по комнате. — Сейчас я даже затрудняюсь на него ответить.

— Проклятье. Всё забрали. Ещё бы… теперь ясно, откуда у Эвана такие сокровища.

— Какие такие сокровища?

— Книги, — снисходительно объяснил бывший капитан, обрушив очередной завал. — Древние книги и дневники дарханов.

Понятно. Здесь точно нечего больше делать. Эрик выбрался на улицу, оставив Алекса одного. Куда делась Джейна?

Ноги сами привели к площади, которой меньше всего коснулись разрушения. Да там и нечему было рушиться. Дома расступились, открывая круглую площадку. Камни под ногами были расчерчены, словно кто-то рисовал по ним как веткой на песчаном пляже. Расходились из центра в четыре стороны изогнутые линии.

Эрик проследил за одной из них взглядом и уткнулся в стену ближайшего к площади дома, прямо перед которой стоял высокий каменный идол. Снова это лицо! Но на сей раз старец был в гораздо лучшем состоянии. Забавно. В заброшенном городе, пережившем, судя по всему, ожесточённую бойню, статуя сохранилась, а в обжитом и мирном Дакарисе была истёрта и почти разрушена, словно по ней били кувалдами.

На другом конце площади спиной к нему застыла высокая и хрупкая фигура Джейны, зачарованно разглядывающей идола. Эрик подошёл ближе.

— Пугает, да?

Джейна вздрогнула и обернулась. Мокрые глазищи на пол-лица, покрасневший кончик носа, по щекам подсохшие полоски от слёз, но всё равно она показалась хорошенькой. Трогательная крошка, во что только ввязалась... с его-то подачи.

— Немного, — Джейна обхватила плечи руками и как-то судорожно то ли вздохнула, то ли всхлипнула.

— Ты-то чего... — Эрик стиснул Джейну за плечи и легонько потрепал по макушке.

И тут же почувствовал боль, затопившую Джейну целиком. Что-то её явно добило. Ох, иногда бы не ощущать всего этого. Хорошо, потока слёз не случилось — в этот раз рубашка, теперь уже от ивварского мундира, осталась сухой.

Джейна закусила губу и безжизненно забормотала:

— Она была здесь. Мама. Погибла здесь. Я видела всё это. Не знаю как. Я зря шла, всё было зря.

— Эй! А я думал, ты тут по мою душу плачешь. — Эрик фыркнул и добавил серьёзней: — Зато сама ещё жива и в себе, не то одурманили бы как Тиану. И молилась бы несуществующему Покровителю...

Воспоминания о Тиане неожиданно кольнули где-то под сердцем. Слишком ярко возникли, как раньше не бывало. Ночь перед рассветом, тихий шёпот, медовые кудри, рассыпанные по серому плащу, — на миг они затмили собой руины белого города. Эрик тряхнул головой. Да что с ним происходит?

Он осмотрелся кругом и рассмотрел остальных богов, к каждому из которых вела одна из линий. Идолы были разного роста. Ойгон, если он верно запомнил, — самый маленький. За ним Кими и Метта.

— Наши духи не такие, — зачем-то заговорил про них Эрик, изучая лица Четырёх. — Не все, конечно, из них добрые, некоторые опасные и злые, но эти всё равно не такие… непреклонные, как эти. Человечнее, что ли. Мой отец частенько молился духам дождя и земли, просил хороших урожаев. А мать когда-то заклинала духа леса хранить и защищать меня… — Эрик помрачнел. — Но думаю, то, что я ещё жив, это только моя заслуга.

Джейна помолчала, но потом спросила, искоса глянув ему в лицо:

— Ты ни в кого и ни во что не веришь?

— Почему? Верю. В себя. Пока другие тратят время на молитвы и просьбы, я действую.

— А ты… не боишься смерти? Не боишься уйти в вечность… вот так? И если правда...

— Боюсь, — просто ответил Эрик, задумчиво посмотрев поверх горных вершин. — Боюсь, Джейни.

Тринадцать дней. Тринадцать проклятых дней, и он узнает, что там — по другую сторону жизни.

Неподалёку раздался глухой шум.

— Где Алекс? — Джейна вывернулась из-под руки Эрика и оглянулась.

— Обыскивает очередной дом. Я больше не могу ковыряться в пыли. Здесь ничего не осталось.

— Я не думала, что здесь всё будет так, — в её голосе прозвучала вина. Джейна отвернулась. — Думала, Алекс приведёт нас к тем, кто поможет. Прости.

— Что, разочарована бравым капитаном? — Эрик слегка дёрнул уголком губ. — Да ладно, брось...

Алекс в это время выбрался из ближайшего дома и, перешагнув через упавшую колонну, подошёл к ним. Он тащил в руках что-то тяжёлое и большое, его потрёпанный камзол был весь усыпан белой крошкой. Подойдя ближе, Алекс с усилием опустил большой обломок на землю и стряхнул пыль с одежды.

— Что это? — спросила Джейна.

— Что-то не похожее на книгу, — Эрик осмотрел находку.

— Видел здесь символы как у тебя. — Алекс присел и принялся аккуратно счищать с поверхности пыль. Закорючки стали выглядеть чётче, но они были такие мелкие, что не разобрать толком. Хотя вдруг?

Алекс ушёл в изучение добытого трофея и на них внимание обращать перестал.

Эрик плюхнулся рядом и начал следить за священнодействием с небольшой надеждой. Может не напрасно он тащился в тюрьму за этим типом, который теперь, заросший и ободранный, больше походил на пирата. Единственный, кого Эрик так и не мог ощутить, словно Алекс внутри сам весь как тёмное море, которому принадлежит. Впрочем, так оно и к лучшему. Знать, что тревожит бывшего капитана Эрику и не хотелось.