Проклятый престол

Глава 9

Утро выдалось напряженным. Барбара отчаянно пыталась выстроить в своей голове план на день, чтобы ничего не упустить. А предстояло ей многое. В связи с приближающимся Днем единения Барбаре нужно наведать храмы Ратибора и Созидателя, чтобы проверить насколько служители и жрицы готовы к семидневной службе. Княгиню страшили мысли о предстоящем празднике. Все должно было пройти идеально, иначе она в первый же год станет посмешищем для своего народа. Этим утром Барбара даже не позавтракала. Она была сыта по горла своими страхами. И ее лишь немного успокаивала мысль о том, что Яромир будет рядом. И сегодня, и в День единения. Вокруг него всегда царила аура спокойствия. Будто этому парню все по плечу. Он даже глазом не моргнул, когда узнал, что в первый день, когда сама княгиня будет открывать праздник, у него тоже будут обязанности.

Яромир уже принял часть забот на себя. Ранним утром он распорядился о лошадях – ехать с целой процессией Барбаре не хотелось, к тому же это занимало много времени, а ей хотелось справиться как можно скорее. Он даже хотел помочь Барбаре разобрать последние отчеты великого подскарбия о финансовом состоянии княжества и мытника о новых налогах на иностранных купцов. Но княгиня отказала. Ей самой нужно было с особой тщательностью изучить их доклады, чтобы как можно аккуратнее внести в перечень государственных расходов создание приютов для беспризорников.

Барбара только перешла к чтению отчета о повышении налога на ввозимые вина из Вельтерна и соответствующую прибыль в казне, как в кабинет вошел канцлер Марек Лещинский. Он поклонился княгине, пытаясь сохранять спокойствие, но Барбара все равно заметила его взволнованность.

– Княгиня, случилось то, что требует Вашего личного присутствия, – сообщил Лещинский.

– Что случилось, канцлер? – Барбара отложила в сторону бумаги.

– Войтом Святограда мне было передано срочное дело, требующего Вашего суда, – произнес канлцер. – В черте города было совершено жестокое убийство. Был убит лавочник и его дочь.

– Такими делами обычно занимается городская администрация, – ответила Барбара, устало потирая переносицу, – зачем войту понадобилось мое присутствие?

– Дело в том, княгиня, что убийство было совершено магом. Суд над магами только в княжеской юрисдикции, если преступление совершено относительно не мага и наоборот. Залеские – гарант целостности и справедливости нашего общества, так говорил ваш покойный батюшка, когда несколько лет назад взял этот вопрос под свой непосредственный контроль.

Канцлер замолчал, а Барбара не нашлась, что ответить. Она постаралась как можно спокойнее перевести дыхание и не думать о том, сколько было таких случаев, если отец решил сам лично заниматься решением этих вопросов.

– Суд и казнь назначены на полдень, – добавил канцлер.

– Казнь? – удивилась Барбара. – Но как можно знать итог суда, если он еще не прошел?

– Ваш отец сурово наказывал тех, кто шел против главного закона нашего государства – равновесия магов и простых людей. Прошу Вас не опаздывать.

С этими словами канцлер, еще раз поклонившись, удалился из ее кабинета. Барбара сверлила взглядом дверь и обдумывала, что ей делать. Она знала, что, приняв на себя княжеские обязанности, ей придется нести ответственность за жизни других людей. Но не думала об этом в таком ключе. Появление Лещинского совсем выбило княгиню из колеи. Все утро она тщательно строила планы на этот день. А сейчас совсем забыла о посещении храмов. Она бы так и сидела, если бы Яромир не зашел и не напомнил ей о том, что лошади уже оседланы и ждут их.

Они не перекинулись и парой слов, пока шли во внутренний двор, где конюший передал им лошадей. Барбара все думала и думала о предстоящем суде и наказании. Часто ей удавалось забыть о том, что работа главы государства заключается не только в сохранении благополучия своих граждан, но и принятии сложных решений.

– Вы выглядите более удрученной, чем обычно, – заметил Яромир, вырывая княгиню из плена раздумий.

Барбара сдержанно и виновато улыбнулась ему, словно просила прощения за свое поникшее состояние. Княгиня даже не поправила своего будущего мужа за то, что он вновь обращается к ней на «вы».

– Когда-то давно я читал, что дар у таких... как вы... – Яромир, несмотря на свою прямолинейность, старался подбирать правильные слова. – Ваш дар зависит от эмоционального состояния и частый стресс не позволяет использовать силы на всю мощь. Я думаю, вам стоит больше следить за собой.

– Благодарю, Яромир, – ответила княгиня. – Я стараюсь, но столько всего навалилось. И... – Она взглянула на жениха, старающегося ее поддержать по мере того, как позволяли ему способности и холодный характер. Она знала, что наследники редко выходят замуж или женятся по любви, что чаще всего их супругами становятся незнакомцы. Но ей отчего-то было стыдно, словно она забирала часть жизни Яромира, решая за него его же судьбу.

– Мне часто кажется, что я краду чужую жизнь и не позволяю жить другим, – произнесла Барбара. – Ты никогда не сомневался в идее жениться на абсолютно незнакомом человеке?

– Только боги знают, что должно находиться и в каком месте. И если сейчас вы княгиня, значит, так и должно было случиться, – ответил Яромир. – Вы не незнакомый человек. Каждый в этой стране знает о вас абсолютно все. А сделать вас счастливой мой долг.

«Ты совсем не понял, что я имела ввиду, Яромир», – подумалось Барбаре, но она смолчала, потому что они уже подъезжали к храму Ратибора, в котором и служила Анна, когда не была в замке.

Несколько молодых жриц уже ждали на ступенях храма. Они приняли лошадей и под уздцы повели в небольшую конюшню. Одна из девушек почтительно поклонилась княгине, и ее толстая коса, в которую были вплетены разноцветные ленточки, упала с плеча.

– Мать-настоятельница вас ожидает, княгиня, – сообщила девушка и пригласила последовать за собой.

Ратибор был богом свободы, знания и силы, а потому покровительствовал всем, кто стремился к этому. Вместе со своей свитой – дочерями, женами и братьями – он объединял людей с природой, которая окружала всех. Его дочери научили дышать и говорить деревья и в особенно ветреные дни в лесах можно услышать, как древние исполины благодарят их за подаренный голос. Братья Ратибора дали огонь и металл, создали первый серп для сбора урожая, а его жены научили людей чувствам и дали первое седло, чтобы человек увидел мир. Староверы почитали всех богов и духов, но в центре был Ратибор – как отец всего сущего.