Проклятый свет

Глава 3

Глава 3

«Когда все верят в твой свет — никто не замечает твою тень.»

В дверь постучали.

— Минуту! — крикнула она, поспешно надевая маску.

На пороге стоял Эларис. Он был в светлом костюме, подпоясанном золотым шнуром, — само воплощение благородства и света. Увидев Нилу, он буквально лишился дара речи. Его глаза расширились, а губы приоткрылись в немом восхищении.

— Ого... — наконец выдавил он. — Ты сегодня... такая красивая.

Нила поправила маску и окинула его коротким взглядом.

— А обычно нет, что ли? — спросила она, и в её голосе прозвучал вызов.

Нила тихо рассмеялась, глядя на его смущение. В этом замке, полном тайн, Эларис казался ей самым понятным и искренним, и это подкупало. Она мягко взяла его под локоть, как полагается паре на балу, и они направились к выходу.

— Стой, нам не туда, — вдруг притормозил Эларис, мягко увлекая её в сторону бокового коридора.

Нила удивленно вскинула брови: — В смысле? Зал ведь находится там, в конце главной галереи.

— Да, ты права, — он заговорщицки улыбнулся, — но сегодня бал будет в новом месте. Странно, что ты не знаешь, об этом только и шепота, что с самого утра.

— Да ну тебя, — она шутливо толкнула его плечом. — Пошли уже, интриган.

— Нила, подожди. Зал... он заколдованный. Так что не пугайся, когда увидишь, — предупредил он, когда они подошли к тупику, где стояли два огромных зеркала в массивных рамах.

— Заколдованный? Ну ладно, — выдохнула она, рассматривая свое отражение.

Эларис остановился и серьезно посмотрел на неё: — Заходи. Это приказ, — прокомандовал он, хотя в глазах плясали искринки.

— А ты? — Нила растерянно обернулась, глядя на застывшего у стены Элариса. — Разве ты не идешь со мной?

Эларис не смотрел на неё. Его взгляд был прикован к зеркалам, и в этом взгляде читалась глухая, беспомощная ярость.

— Прости, Нила. Хранители не могут отвлекаться от работы.

— Что за бред? — она всплеснула руками, и браслеты на её запястьях предупреждающе звякнули. — Бал обязателен! Ты Хроник, твоё место там, в гуще событий. Ты должен записывать всё, что произойдет этой ночью.

— План изменился, — он наконец посмотрел на неё, и Нила увидела, как побелели его костяшки пальцев, сжимающих свиток. — Час назад пришел приказ от Королевы. Личный. То, что происходит в зале, запишут писцы и младшие летописцы. А я... я должен остаться здесь. Охранять архивы и следить за «порядком» снаружи.

Нила нахмурилась, окинув его взглядом. На нем был праздничный камзол из тяжелого бархата, расшитый серебром — он явно готовился к этому вечеру, он собирался быть рядом с ней.

— Тогда почему ты одет так торжественно, если знал, что будешь стоять в пыльном коридоре?

— Я не знал, — горько усмехнулся он, делая шаг к ней. — Я до последней секунды верил, что буду танцевать с тобой. Я оделся так... чтобы ты не чувствовала себя одиноко. Чтобы ты видела во мне своего кавалера, а не просто тень с пером в руках. И чтобы…

Он вдруг замолчал. Между ними повисло тяжелое, давящее предчувствие. Эларис резко вздохнул, будто нырял в ледяную воду, шагнул вперед и, прежде чем она успела отстраниться, коснулся её губ быстрым, почти отчаянным поцелуем. В этом жесте не было нежности свидания — это было прощание человека, который знает, что его место сейчас займет кто-то другой.

Он отстранился так же резко, как и напал. Нила ждала, что сердце сорвется в галоп, что щеки вспыхнут, но... внутри было странно спокойно. Она лишь слегка усмехнулась, чувствуя холодное удовлетворение. Эларис коротко кивнул, не смея больше смотреть ей в глаза, и быстро ушел, чеканя шаги. Он буквально бежал от неё, подчиняясь приказу, который ненавидел.

Нила обернулась к зеркалам, чувствуя себя брошенной посреди этого магического безумия.

Она осторожно протянула руку, коснувшись стеклянной поверхности. Зеркало было твердым, холодным, абсолютно обычным. Но люди вокруг неё — нарядные гости, дамы в шелках и кавалеры — просто проходили сквозь него, как сквозь густой туман, исчезая на той стороне.

— Вы должны поверить... — прозвучал низкий, бархатный голос прямо над её ухом, обжигая кожу горячим дыханием.

Нила вздрогнула и резко развернулась, едва не врезавшись лицом в грудь парня, который склонился к ней слишком близко. Она вскрикнула, отшатнувшись.

Парень выпрямился, и по коридору разнесся его негромкий, уверенный смех.

— Не пугайтесь вы так, — произнес он, одарив её взглядом, от которого по спине пробежали мурашки.

Он был… в черном костюме, который сидел на нем идеально, подчеркивая широкие плечи. Странно, но они единственные были в черном, поэтому им бросались взгляды. В его облике было что-то хищное.

Его присутствие душило. Это было странное ощущение: казалось, он заполняет собой всё пространство, но при этом внутри него самого — лишь ледяная пустота. Нила подняла взгляд на маску, за которой скрывалось лицо незнакомца.

— Во что я должна поверить? — её голос прозвучал суше, чем она ожидала.

Он опустил на неё взгляд. Секундная вспышка в его глазах заставила её похолодеть: так смотрят не на равного мага, а на сорную траву, которую случайно не раздавили сапогом. В этом взгляде было столько векового пренебрежения, что Нила невольно сжала кулаки. Но миг прошел, и на его губах вновь застыла эта ядовитая, раздражающая ухмылка.

— Поверить в то, что эти зеркала… — он выдержал паузу, — волшебны.

— Магия так не работает, — отрезала Нила, чувствуя, как внутри закипает привычное раздражение. — Не существует заклинаний такого порядка, чтобы…

Он не стал слушать. Его рука, холодная и крепкая, словно стальной наручник, сомкнулась на её запястье. Он потянул её вперед, прямо на острые грани зеркал. Нила вскрикнула, вскидывая руку для защиты, ожидая удара и звона разбитого стекла…

Но вместо боли пришла невесомость.

Когда она открыла глаза, реальность Микории рассыпалась. Над ней простиралось чужое небо, тяжелое и глубокое. Соленый ветер, пропитанный запахом разложения и моря, ударил в лицо. Под подошвами атласных туфель захрустел мертвенно-бледный песок. Вокруг, среди черных декораций и столов, ломившихся от яств, медленно двигались тени — аристократы и маги, чьи лица в этом свете казались восковыми масками.