Проктолог для босса

Глава 10. Лиля

Закончила все дела, взяла сумку с родным аноскопом, все необходимое для осмотра и пошла в сторону лифтов. Не знаю почему, но чувствовала себя как-то странно.

Во-первых, я переоделась в свое бесформенное одеяние. Подумала, что надо бы с этим что-то сделать, но зачем мне столько шмоток, которые я потом никуда не смогу надеть?

Поэтому придется этот период дохаживать в страшном. А костюм я аккуратно повесила в шкаф. Завтра спрошу у Вари, где его можно почистить. Ну, там химчистка, или где еще такие вещи обрабатывают?

Я сама просто последний человек, которому можно доверять стирку. Все потому, что с детства я адепт линялых вещей и прожигания утюгом. Ну, не идет эта история у меня никак!

Пошла спускаться. Может, мужик уже и передумал! Ну, а что, я таких пациентов знала. Они чаще всего вели себя решительно, но только на словах. Когда дело доходило до приема, такие товарищи испарялись.

Ну, да какой смысл рассуждать об этом, когда проще спуститься и посмотреть? Тем более, рабочий день закончился еще десять минут назад. Вошла в лифт.

Ну, судя по тому, что вокруг царила тишина, перерабатывать тут не любили. Для меня как врача районной поликлиники это противоречиво. Как так вообще можно, чтобы не остаться да еще почти что по своей воле, так как работа и карточки твои.

Короче, в пустом лифте чувствовала себя странно. Неожиданно вспомнились взгляды и поползновения временного босса, который распускал взгляды.

Может, распустил бы и руки и тогда… А что тогда? Примерно ничего. На удивление я поняла, что спустя пару часов, откровенно трясясь в одиночестве в железной коробке, не отказалась бы даже от такой компании.

В конце концов, не собиралась же я ему спускать это с рук? Конечно нет, а поиграться и так можно было. Для разнообразия. У меня что, клаустрофобия?

Почему я так нервничала? Наконец-то двери открылись, и я буквально вывалилась из лифта навстречу…

— Да что за место такое! Будто апокалипсис наступил! — сказала я в пустоту.

Мои слова эхом отразились от стен. Тут почти не было окон, лишь тонированные стекла при входе, и они не давали света в нужном количестве, так как на улице уже сгущались сумерки.

Здесь все было как из сказки. Очень страшной темной сказки про каких-то офисных зомби. Пошла по пустому фойе. Вот кому рассказать, что я такая трусишка — не поверят.

Зацокала каблучками, чье эхо зловеще разносилось над сводом фойе. У-у-у-у! Уже и думать забыла про охранника. Только когда практически подошла к выходу, сбоку раздалось негромкое:

— Мария Степановна, вы передумали?

Завизжала. Вот как последняя истеричка. Ну, нельзя же так людей пугать! Он совсем уже, что ли? Повернулась к мужчине. На лице его была написана вся смесь чувств, но насколько я поняла, там все плохо было:

— Не передумала! Просто у вас тут едва рабочий день закончился… Где все люди-то?

— Так Александр Александрович не любит, когда на работе задерживаются. Говорит, что кто не успевает рабочие задачи делать в рабочее время, тот много курит.

И он улыбнулся. Я же, вспоминая списки, что босс мне дал вчера и сегодня, очередной раз заподозрила Сан Саныча в некоторой неадекватности.

Нет, ну, серьезно? Если он всем столько заданий в такие сроки дает, то как его фирма процветает вообще? И что же это значило? Тут все-все на него работают? Целое здание?

Скептически ухмыльнулась. Я уже изучила, чем его фирма занималась, и там ничего такого сверхприбыльного, а еще я знала, что здесь находятся другие фирмы. Они что, все принадлежат красавчику?

— Мария Степановна, пойдемте? А то у меня жена будет спрашивать, где я так задержался, — краснел мужчина.

Кивнула и позволила отвезти себя в небольшую, но чистую комнатку. Тут даже нашелся штатив со светом как для блогеров и крепкий стол. Ну, что же, все могло бы быть и хуже.

На самом деле сомневалась, что руководство поликлиники если бы увидело, чем я тут занимаюсь, погладило по головке. Но пути Господни неисповедимы.

Конечно, вряд ли мой довод: «Не суди, да не судим будешь», — подошел бы на комиссии, но… Велела мужчине, после того как провела стандартный опрос, снимать штаны и залезать на невысокую тахту в коленно-преклонную позу. Кресла же у нас нет.

Как же он краснел и бледнел. Надо было видеть его лицо! Тем не менее причина такого «согласия на все» вскоре стала понятна. Бедненький! Как же он ходил все это время?! Это же адская боль! Все раздражено, воспалено, узлы висят неимоверного размера.

— Ох! Мария Степановна! У вас хоть руки нежные, но вы там поаккуратнее.

— Тут как ни посмотри, аккуратно не получится, так все запущено! Вы что так долго тянули?

— Да думал, само пройдет!

И тут нас обоих прервал стук в дверь. И не просто стук, а следующий за ним звук открывающегося замка.