Проникновенная игра

Глава 7

Такое с ним происходило впервые. Чёрт, это же надо так подставиться! Не зря говорят, Москва – большая деревня… Ладно, придётся как-то выкручиваться.

Ситуацию осложняло ещё то, что Дима не был в курсе его «подработки» в психологическом центре и сейчас с любопытством смотрел на подошедшую парочку.

«Так, возьми себя в руки!» – лихорадочно соображал Арсений. «В конце концов, скажу Диме, что ходил в психологический центр разобраться с собой, а если всплывёт моё имя, то легко будет объяснить, что я назвался по-другому. А вот как быть с этими?.. Им уж точно нельзя ничего понять, а то проблем не оберусь! Оксана меня убьёт, если эта… Маргарита... поймёт, что всё запланировано!»

– Добрый вечер, – неловко улыбнулся, изображая смущение и пряча страх, Арсений. – Тоже пришли на спектакль?

– Да, захотелось развеяться… А… Извините, что так вас отвлекаю, не хотела надоедать…

Дима с интересом посмотрел на девушку, потом на Арсения, ожидая, что тот представит их. Не дождавшись, сам протянул руку парню и представился. Тот пожал руку, назвал имя, после чего Дима повторил ритуал с Маргаритой.

– Как вы познакомились? Давай, Арсений, не таи, – друг, обычно такой немногословный и закрытый, старался соблюдать этикет. Тренируется перед Америкой, что ли?

На психологических расстановках Оксана обратилась к нему пару раз, как к Алексу, и парочка могла это запомнить. Чёрт!

Решив не оправдываться – в какой-то книге, прочитанной по совету Жени, он узнал, что оправдания понижали твой статус и лучше их было избегать – Арсений, не поворачиваясь к другу, сказал:

– Познакомились на прогулке в Парке Горького, буквально на днях, вот ребята и боялись подойти. Очень приятные люди, кстати! Не ожидал вас здесь встретить!

Арсений незаметно подмигнул ребятам в этот момент, и они немного расслабились. Очевидно, подумали, что он представился ложным именем даже психологу, но оценили, что он ничего не рассказывал о расстановках. Всем приятно чувствовать себя в безопасности, а риск быть разоблачённым очень сильно выбивал из колеи. Арсений неожиданно подумал, что не только он хотел сохранить свои тайны...

– О, извините, что потревожили, – подняла руки Маргарита. – Но… Я правда рада с вами встретиться. Вы очень мне помогли тогда.

Она посмотрела Арсению прямо в глаза, словно пронизывая его насквозь, после чего её лицо озарила светлая улыбка. И это… Сильнее всего повлияло на Арсения.

«Неужели я… правда помог? И могу быть полезен? И вся эта ложь была во благо?» Не верилось.

Стало очень стыдно. И грустно. И – совсем чуть-чуть – приятно и легко.

Наблюдая, как парочка удаляется к буфету, Арсений не сразу ответил на какой-то вопрос Димы. Приятель не сильно обиделся на такую невнимательность, но в итоге предложил пойти в зал, поскольку уже прошло немало времени с начала антракта. Арсений ещё послушал историю Димы про переезд, задал необходимые вопросы и мысленно решил, что и сам рассмотрит вариант зарубежной карьеры. А чего ему терять?

Прозвенел очередной звонок, возвещая окончание антракта.

Вторая половина спектакля была в более тёмных тонах. Оказывается, с первого акта прошло два года. Желающий отомстить возлюбленному жены помещик натравил на него полицию, и молодой человек попал в тюрьму по явно сфабрикованному делу о краже. Героиня Анны была несчастна, с глубокими тенями под глазами и землистым цветом лица – гримёр постарался на славу! Жизнь её потеряла всякую радость, и из цветущей девушке она превратилась в мрачную, строгую женщину. С мужем она практически не общалась, все попытки разговора сурово пресекались. От прежних терпимых отношений не осталось и следа – только тихая ненависть…

Когда главная героиня скучающе вышивала, сидя в тяжёлом тёмно-коричневом платье, резко контрастировавшем с воздушными нарядами из первого акта, вбежала кухарка, чтобы сообщить, что цветочник-то, оказывается, был освобождён!

– Закончен его срок, милая вы наша барыня! Цветочник-то ваш всё – возвращается! – радостно подвывала кухарка.

Помещица отбросила вышивку, на миг просветлев лицом. Но уже через мгновение подавила эмоции и резко спросила:

– И что мне с того?

– Как? Так он ведь ваш… – опешила женщина.

– Мой кто? – повысила голос Анна. – Договаривай!

Всё поведение героини во втором акте переменилось. Чувствовалось, что что-то в этой невесомой и всегда весёлой, всеми любимой девушке изменилось.

– Да… Ничего, барыня, простите, бога ради! – потупившись, стала пятиться к двери кухарка.

– Прощаю. Хотя постой, – у самого выхода останавливает женщину. – Неизвестно ли, где он остановился?

– Да вроде где раньше, барыня. По крайней мере, Матрёна, сноха моя, его там видела!

– Хорошо, – задумчиво проговорила Анна. Потом, видя застывшую в дверях кухарку, рыкнула: – Чего встала-то? Дел совсем нет? Так я найду!

Кухарка тут же ретируется. Как только дверь закрывается, героиня быстро подходит к зеркалу и начинает судорожно прихорашиваться, явно готовясь к встрече. В следующей сцене (смена декораций как отдельный сорт изумительности, когда под громыхание и всполохи люди в грязных одеждах убирают одни элементы мебели и привозят другие) Анна встречается со своим возлюбленным.