Пропасть между нами

Глава 14: Фейерверк внутри

Пятница после уроков казалась обычной, пока я не получила сообщение от Алекса: «Встретимся в семь. Парк аттракционов. Никому не говори». Я перечитала его трижды, чувствуя, как сердце ускоряет ритм. Парк аттракционов? Это было так непохоже на него. Но я вспомнила наш разговор в парке, его руку в моей, его взгляд, полный тепла и загадки. Я согласилась встречаться тайно, хотя до сих пор не понимала, почему он настаивал на секрете.

Я надела джинсы и свитер, стараясь выглядеть обычно, чтобы мама не заподозрила ничего. Она была на смене, и я ушла, оставив записку: «Гуляю с подругой». В парке аттракционов уже зажглись огни, музыка гремела, и запах сладкой ваты кружил голову. Я стояла у входа, сжимая телефон, пока не увидела его. Алекс шел ко мне, в темной куртке, с лёгкой улыбкой, от которой у меня перехватило дыхание.
– Готова? – спросил он, его голос был мягким, но с игривой ноткой.

Я кивнула, чувствуя, как щёки теплеют.
– Не думала, что ты любишь аттракционы, – сказала я, стараясь скрыть волнение.

Он усмехнулся, его глаза блестели под светом фонарей.
– Может, я просто хотел увидеть, как ты кричишь на американских горках.

Я закатила глаза, но улыбка сама появилась на губах. Он взял меня за руку, его пальцы теплые и уверенные, и повёл к билетным кассам. Его прикосновение было легким, но я чувствовала, как ток пробегает по коже. Мы купили билеты и пошли к первому аттракциону – карусели с разноцветными лошадками.

– Серьёзно? – рассмеялась я. – Карусель? Это для детей.

Он поднял бровь, его улыбка стала шире.
– Тогда докажи, что ты не боишься, – сказал он, подталкивая меня к карусели.

Мы сели на соседних лошадок, и когда карусель закружилась, я не могла сдержать смех. Музыка играла, огни мелькали, а Алекс смотрел на меня, его глаза сияли, будто он наслаждался каждой секундой. Когда карусель остановилась, он спрыгнул первым и протянул мне руку, чтобы помочь слезть. Его пальцы задержались на моей талии чуть дольше, чем нужно, и я почувствовала, как сердце подпрыгнуло.

– Неплохо для начала, – сказал он, наклоняясь ближе, чтобы я услышала его в шуме толпы. Его дыхание коснулось моего уха, и я вздрогнула.

Мы пошли к следующему аттракциону – колесу обозрения. В кабинке было тесно, наши плечи соприкасались, и я старалась не думать, как близко он сидит. Когда мы поднялись на самый верх, город раскинулся под нами, усыпанный огнями.
– Красиво, – выдохнула я, глядя вниз.

– Да, – сказал он тихо, но, когда я повернулась, он смотрел не на город, а на меня. Его глаза были такими тёплыми, что я забыла, как дышать. Он медленно протянул руку и убрал прядь волос с моего лица, его пальцы задержались на моей щеке.
– Зачем ты это делаешь? – спросила я тихо, чувствуя, как голос дрожит. – Все эти встречи, кофе, записки...

Он не ответил сразу, его взгляд скользнул по моим губам, и он наклонился чуть ближе.
– Потому что ты другая, – сказал он наконец почти шёпотом.

Я хотела спросить ещё, но кабинка качнулась, и я инстинктивно схватила его руку. Он рассмеялся, его смех был теплым, заразительным, и я не удержалась – засмеялась тоже. Мы сидели так, держась за руки, пока колесо не опустилось. Когда мы вышли, он не отпустил мою руку, и мы пошли к ларьку с сахарной ватой.

– Выбирай цвет, – сказал он, указывая на розовую и голубую вату.

– Розовую, – сказала я, и он заказал одну на двоих. Мы ели её, смеясь, когда липкие кусочки приставали к пальцам. Он вдруг взял мою руку и слизнул вату с моего пальца, его взгляд был озорным, но в нём было что-то глубже. Я замерла, чувствуя, как щёки горят.
– Ты невыносим, – сказала я, стараясь скрыть смущение.

– А ты всё ещё здесь, – ответил он, подмигнув.

Мы катались на бамперных машинках, где он специально врезался в мою, заставляя меня кричать от смеха. На каждом аттракционе он находил способ коснуться меня – то поправлял мой шарф, то поддерживал за талию, то брал за руку, чтобы не потеряться в толпе. Каждый раз его прикосновения были легкими, но они оставляли тепло, которое я не могла игнорировать.

К концу вечера мы сели на скамейку, глядя на мигающие огни парка. Он достал из кармана маленькую плюшевую игрушку – мишку, которого выиграл в тире, пока я не видела.
– Это тебе, – сказал он, протягивая его. Его пальцы коснулись моих, и он не спешил убирать руку.

– Зачем? – спросила я, сжимая мишку.

– Чтобы ты помнила этот вечер, – сказал он, его голос стал серьёзнее. Он наклонился ближе, его лицо было так близко, что я чувствовала его дыхание. – И меня.

Я замерла, его глаза держали меня в плену. Я хотела спросить про тайну, про его мотивы, но момент был слишком хрупким. Он медленно наклонился, и я подумала, что он сейчас меня поцелует, но он остановился в сантиметре от моих губ, его взгляд был полон тепла и чего-то ещё – чего-то, что я боялась назвать.
– Пойдём, – сказал он тихо, вставая и протягивая мне руку.

Я взяла его руку, чувствуя, как сердце колотится. Мы шли через парк, и он не отпускал меня, его пальцы переплелись с моими. Когда мы прощались у выхода, он наклонился и коснулся губами моей щеки – быстро, но это было как искра.
– До завтра, – сказал он, его голос был мягким и в нем чувствовалась обещание.