Пропавший жених Эмилии Вуд

20

Под равномерный стук железных колес я читала книгу по истории Рэвенхилла, которую захватила с собой. Оказывается, у этого болотного края была своя история. Когда-то Рэвенхилл даже был маленьким королевством, но два века назад после войны прапрадеда короля Бертольда магами вошел в состав нашего государства.

Много веков назад жители Рэвенхилла поклонялись Мэрусу, темному божеству, которого изображали то в виде большого паука, то наподобие колючего цветка чертополоха. Этому богу посвящались храмы, от которых теперь остались развалины.

В дверь купе постучали, и послышался голос Тревора Аргайла:

— Мисс Льюис, предлагаю поужинать. У меня с собой уйма провизии.

Вскоре он выгружал свои припасы на мой столик, а я достала сэндвичи и печенье с корицей.

Я заметила у напарника на указательном пальце левой руки перстень с овальным черным камнем. Похожий я видела у ректора академии сэра Олриджа. Такой носили обладатели родовой магии.

— Читаете про Рэвенхилл? — Аргайл заметил мою книгу. — Летом он становится довольно популярным местом. Любители старины, ученые, художники и просто любопытные люди, желающие взглянуть на развалины на болотах. Каждый год кто-нибудь пропадает в трясине, но это не останавливает любопытных.

— Почему?

— Надеются найти или купить какой-нибудь контрабандный магический артефакт. Они стоят бешеных денег. В вашей книге ведь не сказано об этом?

— Нет.

Тревор Аргайл помолчал минуту, уделив внимание печенью тети Хизер, а потом неожиданно для меня спросил:

— Могу я узнать, тот кувшин с водой в приемной Джорджа Бартоломью, который вдруг упал со стола и обрызгал Гилмора...

Он вопросительно приподнял бровь, не желая договаривать.

— Кувшин упал сам, — заявила я, стараясь не покраснеть.

— Вы к тому же еще и лгунья, мисс Льюис, — укоризненно вздохнул он. — А между напарниками должна быть честность и доверие.

— Вы и сами не всегда говорите правду, мистер Смит, — уколола его я.

— У меня были причины не называть свое настоящее имя. Я не самый желанный гость в столице. К тому же на тот момент я еще не был вашим напарником.

— Мистер Аргайл, раз вы заговорили о доверии, могу я спросить, почему вы лишились золотого жетона? — мне захотелось откусить свой любопытный язык после мрачного взгляда, которым меня наградил Тревор.

— Я совершил ошибку. Переоценил свои силы и не смог задержать преступника, который сбежал с мощным артефактом. Слышали что-нибудь о камне теней?

— Нет, мистер Аргайл.

— Владелец этого камня может обращаться в тень. Или превратить временно другого человека в тень, если обладает достаточной магией…

Аргайл машинально покрутил на пальце фамильный перстень и поднялся, опираясь на трость.

— Спокойной ночи, мисс Льюис. Спасибо за чудесное печенье.

* * *

За два дня в поезде я, кажется, насквозь пропиталась паровозным дымом, поэтому с облегчением вздохнула, когда проводник наконец объявил:

— Поезд прибыл на конечную станцию, леди и джентльмены. Поторопитесь, через полчаса отбывает дилижанс к парому до Рэвенхилла.

Я взяла свой саквояж и направилась к выходу.

Тревор Аргайл уже спустился на перрон и подал мне руку. Его ладонь оказалась сильной и теплой.

Подбежавшие мальчики в униформе подхватили наши вещи и понесли к дилижансу, запряженному парой гнедых лошадок.

Кроме нас с Аргайлом, в Рэвенхилл отправлялись еще три пассажира, полная пожилая дама в пышном фиолетовом платье и два немолодых мужчины с длинными футлярами. Как я поняла из их разговора, они ехали порыбачить.

— Почему нельзя было сразу проложить рельсы до парома? — недовольно проворчал один из рыбаков.

— Говорят, когда строили железную дорогу, трясина за ночь засасывала шпалы, которые рабочие прокладывали днем, — отозвалась дама в —фиолетовом. — Впрочем, это всего лишь местная легенда, джентльмены.

За оконцем дилижанса стал накрапывать мелкий дождик.

День клонился к вечеру. Моя спина и филейная часть уже задеревенели от жестких неудобных сидений и тряски, когда дилижанс наконец остановился возле деревянной пристани на берегу довольно широкой реки.

Кучер протрубил в рожок, и с того берега, заскрипев цепями, по темной воде заскользил паром — широкий плот с фонарем на корме.

— С возвращением, мистер Аргайл, — краснолицый широкоплечий паромщик в сером плаще поприветствовал моего напарника.

— Здравствуй, Сэм, что нового в Рэвенхилле? — отозвался мой напарник, ставя наши саквояжи на центр парома.

— Лягушки да комары, сэр…

Вскоре я вместе с другими путешественниками покачивалась на плоту, судорожно сжимая перила и мечтая побыстрей оказаться на твердой земле.

Когда через четверть часа я сошла на берег, то мечтала только об одном — поскорее добраться до горячей ванной, а затем до постели.