Пророчество о наследнице

Глава 4. История двух стран

Солнце неумолимо двигалось к горизонту. Холодный воздух — тут же остывший, стоило палящим лучам перестать его прогревать — забирался под одежду, противно леденя кожу. Погода под конец лета менялась так быстро, что никогда нельзя было предугадать, как вернее одеться, чтобы не продрогнуть до костей или же, наоборот, не свариться живьем.

Нужно поскорее найти место для ночлега, иначе им грозит замерзнуть насмерть. Впереди располагалась огромная равнина Грайса. Чтобы пересечь ее, понадобится почти весь день. А оставаться на ночь на полностью открытом на значительном протяжении месте было не самой лучшей идеей. Не хотелось думать, что с ними сделают, попадись они на равнине в лапы наемников.

Неподалеку отсюда Лора припоминала очень удачное спальное место под двумя хвойными деревьями. Их огромные лапы опускались почти до земли и росли так близко, что хвоинки переплетались между собой, образуя купол, надежно защищающий от дождя и снега. А нижние ветви росли достаточно высоко, чтобы под их навесом можно было встать в полный рост. Убежище располагалось далеко от дороги, чтобы случайно не попасться на пути незваных гостей.

— Остановимся на ночлег, — предложила Лора. — Здесь мы будем хотя бы скрыты от посторонних глаз.

— Лора, они находят нас с помощью магии, — со вздохом ответил Никиас, поясняя очевидное. — Бесполезно прятаться.

— Я знаю, — проворчала она, сворачивая с тропинки в лес.

Никиас привык ночевать на земле и ни на миг не терял бдительность. За те пару недель, что он провел в этом мире, Никиас мог позволить себе не больше пары часов сна каждую ночь. Глупо было бы недооценивать императора, и приходилось ставить сигнальные магические сети вокруг, чтобы уловить малейшее приближение отряда или солдат.

Обойдя очередной дикорастущий кустарник, расцарапав ладони, пробираясь между деревьев, они вышли к искомому навесу. Подняв ветви одной рукой, Лора забралась внутрь и бросила заплечный мешок около ствола дерева. Никиас следом за ней зашел под навес, осматриваясь. Места было вполне достаточно даже для двоих человек. Свет совсем не проникал в убежище, и пришлось держать ветки поднятыми, чтобы не остаться в кромешной темноте.

— Ты часто здесь ночевала? — полюбопытствовал он, подмечая излишне обустроенное убежище.

Небольшими камнями было огорожено место для костра с заготовленным внутри розжигом, рядом лежали сухие ветки и дрова, а около ствола дерева было накидано сено в качестве подстилки для сна.

Лора копалась в вещах, что-то бормоча под нос. Вторую ночь ему выпадает возможность хорошенько выспаться. Ценно.

— Бывало иногда, — кивнула она, расстелив небольшое одеяло поверх сена. Никиас отпустил огромные хвоистые лапы, и их накрыла темнота. Лора мигом создала импровизированное окошечко, раздвинув сплетенные ветки.

— Я разведу огонь.

Никиас достал кремень, сложил дрова и одним движением высек искры. Сухие веточки моментально вспыхнули, и он подкинул еще несколько поленьев. Лора в задумчивости опустилась на одеяло, смотря перед собой невидящим взором. Никиас нахмурился, не сразу поняв, что молчала она до крайности долго. Слишком часто Лора стала погружаться в себя, хотя она не создавала впечатление замкнутой личности.

— Что-то не так? — растерянно спросил Никиас, садясь рядом.

Лора побледнела, будто была при смерти. Испугавшись, как бы она не упала в обморок, Никиас крепко обнял ее дрожащие плечи. Даже не пошевелилась. Только смотрела прямо в огонь, словно старалась проникнуть вглубь него.

— Ничего, — спустя минуту давящего молчания прошептала Лора, стараясь прогнать навязчивую мысль. Больно! И до отвращения мерзко. Одна только мысль заставляла возненавидеть саму себя.

— Что было? Что ты вспомнила? — не унимался Никиас, легонько тряся ее.

Что же могло так разочаровать ее? Или Лора наконец поняла, какой опасности подвергает себя? Не стоило брать ее! Слишком опасно, слишком…

— Я же сказала: ничего! — в гневе воскликнула она, резко подскочив с места. Глаза горели безумием, широко распахнутые в немом отчаянии.

Однако через миг Лора опомнилась, на лице возникло выражение глубочайшей вины:

— Прости, я не хотела кричать на тебя, — с раскаянием прошептала Лора. — Это всего лишь воспоминания.

— Они связаны с сегодняшним нападением? — заботливо спросил он, потянув за руку и усаживая рядом. Лора вскинула голову, закусив губу.

— Нет, — уверенно соврала она, стараясь ничем не выдать себя.

— Лора, если тебя что-то беспокоит, ты можешь мне рассказать, — Никиас осторожно обнял ее за плечи, разворачивая лицом. Уставшие серые глаза с мольбой посмотрели на него, губы подрагивали. — Мы ведь друзья, верно?

Лора едва заметно кивнула, опустив взор на собственные колени. Страшно представить, что ее так сильно мог заинтересовать незнакомец. Ей хотелось поделиться с Никиасом своими переживаниями, быть может тогда ей станет легче? Столько лет Лора носила в себе этот груз, никому не доверяя. Но можно ли раскрыться абсолютно незнакомому человеку?

— Столько лет… Я хотела забыть то, что было в прошлом. Но сегодня меня вынудили вспомнить, — тихим голосом, исполненным терзающей ее болью, пояснила Лора.

— Тебе необязательно рассказывать, если ты не хочешь, — вкрадчиво прошептал Никиас, склонившись к ней. Его теплое дыхание щекотало щеку, прогоняя по телу мириады легких покалываний. Лора неосознанно дернулась, отпрянув.

— Спасибо.

Лора поспешила вскочить на ноги и слегка неуклюже подошла к своему заплечному мешку. Дрожащими пальцами нащупав нужный предмет, она вытащила походный котелок и вместе с ним выбежала наружу.