Пророчество о наследнице

Глава 10. Правила поведения для наследницы

— Разлом.

Тихий голос Никиаса разорвал гнетущую тишину, которая уже более получаса давила на всех троих, в тот момент, когда они наконец вышли к маленькой полянке посреди леса.

Вокруг зеленого блюдца с редкими цветами были только темнеющие стволы деревьев и пушистые заросли кустарников, обрамляющие кайму полянки. Неопытный путник, выйдя на такую скромную по части растительности лужайку, никогда бы заметил в ней ничего подозрительного. И, вроде, действительно ничего особенного в ней не было.

Только вот на ветках деревьев ни одной птицы, а в зелени травы не жужжали насекомые. Будто живность избегала этого места всеми возможными способами. Каждый куст, без сомнений, выглядел обыкновенно. Лишь легкая объемная аура, расколотая ровно в центре будто огромный треснувший шар, могла подсказать кому-либо, что в этой полянке есть что-то особенное.

Дэмиан вновь достал черный мешочек и, развязав золотую веревочку, вытряхнул на руку небольшой угольный камень. Единственный путь в магический мир был так мал и незначителен. И в то же время он мог открыть гигантскую воронку.

Камень был бархатисто-матовым и не отражал ни единого солнечного луча. Но, несмотря на это, он излучал какой-то неведомый внутренний свет. Поглощая и отдавая, как вечная тьма впитывала малейшие блики, так и камень впитывал живительные солнечные лучи, даря свой неповторимый свет. Как и темные глаза владельца.

Размышлять о том, что встрял он с этой наследницей крепче, чем можно было предположить, Дэмиан больше не хотел. Отвратительное стечение обстоятельств, которое он сам же и позволил.

Хотелось напугать ее так, чтобы и взгляда не смела поднять на него. И вместе с тем колдун наслаждался ее непочтительным, но зато уважительным без преклонения отношением. Хоть она и злилась на него, хоть и пыталась показать, как ненавистен он ей. Все равно Дэмиан мог видеть намного больше, чем девчонка хотела бы ему показать. И ее тошнотворную жалость, и настойчивое любопытство.

Колдун кинул камень в центр поляны, что-то тихо шепча на неизвестном языке, и отступил на несколько шагов, призывая жестом следовать за ним.

Камень, едва коснувшись земли, заметно задрожал, словно живой. Вокруг него замерцали почти неуловимые всполохи, отделяясь белыми пушинками от матовой чернильной поверхности. Они кружили и кружили, все более уверенными завихрениями поднимаясь ввысь, пока в небо не ударил мощный столп белого света.

Лора инстинктивно отступила еще на шаг назад, ослепленная сильной магией. Камень между тем задрожал сильнее, вокруг него появился странный желтовато-розоватый свет, стелющийся по земле подобно туману. Белоснежный луч разрастался, охватывая все большую часть поляны, давая дымке окутать себя словно одеялом, а затем внезапно вспыхнул, озаряя полянку нестерпимым слепящим светом.

И почти тут же погас, оставив после себя лишь тонкую пелену, напоминавшую мутное пыльное стекло.

— Вход в мир магии, — Дэмиан обернулся к спутникам.

Голос его прозвучал непривычно сухо, колдун и сам не ожидал такого безэмоционального состояния. Однако это так. Он ничего не чувствовал. Неужели так выглядит смирение? Нет, так выглядит обреченность и покорность судьбе. Что он может изменить? Придется работать с тем, что есть.

Лора завороженно смотрела, как легкие белоснежные всполохи мерцали в потоке такого же белого света, танцуя в невесомости. Проход чудился ей совсем не таким, ведь ключ был буквально соткан из тьмы. А теперь перед ней был нестерпимый в своей невинности свет.

Лора обернулась на колдуна: а мог ли он терпеть столько света? Не убьет ли его такое количество небесного благословения? Похоже, что нет. Дэмиан, конечно, выглядел потерянным, застряв взглядом на танцующих пылинках, но подавленность его вызывали вовсе не они. Лора догадывалась, кто был виновником его печали, но предпочла не думать об этом. Сейчас важнее…

— Где мы окажемся, когда пройдем? — насторожилась она, привлекая взгляд мага.

Тот все это время просто стоял рядом, что-то взвешивая и сопоставляя. И сейчас переведенный на источник зова рассеянный взор несколько мгновений сосредотачивался на Лоре, а его хозяин на вопросе. Пока его взгляд не прояснился:

— Никто не знает. Разломы сообщаются между собой без какой-либо закономерности, — удрученно ответил Никиас, пожав плечами. — Мы можем оказаться как в Виленсии, так и в Тэйтре.

А последнего не хотелось. Никиас не представлял, кто или что может поджидать их в этой прóклятой стране. Защитить наследницу он обязан любой ценой, а значит, не мог отступить.

Отдать жизнь за нее — эта мысль казалась самой правильной, и совсем не жалко было умереть. И долг, и собственные чувства — все подталкивало его к самоотверженности, которая была как раз в характере Никиаса. И все же рисковать жизнью понапрасну — самый глупый шаг, на какой можно пойти в сложившихся обстоятельствах.

— Я смогу когда-нибудь вернуться сюда?

Вопрос вывел его из задумчивости, заставив по-новому взглянуть на Лору. Ее отрешенный взор уткнулся в землю, Лора до сих пор не воспринимала его родной мир за свой. Она в растерянности теребила край своей одежды, немного хмурясь.

И почему Никиасу в голову ни разу не приходила мысль: хочет ли Лора идти с ними? Или она здесь только ради него? Маг предложил ей выбор, и она решила. Но что именно заставило ее так поступить? Собственные догадки звучали до невозможности отвратительно. Но долг!

— Если не погибнешь, — зло вставил Дэмиан, бесцеремонно влезая в разговор.

Лора бросила на него негодующий взгляд из-под нахмуренных бровей.

— Это можно было не уточнять, — едко бросила она, сложив руки на груди в недовольном жесте.

— Ты должна понимать, что на кону.

Темный взор не дрогнул, намертво уцепившись за рассерженную фигуру наследницы. Дэмиан сощурился, пряча глаза, чтобы она не заметила его сожаления. Не хотел же вмешиваться и вроде даже смог успокоиться. Злость давно прошла, прихватив с собой всю досаду. Но вот желание избавиться от назойливой девчонки все равно осталось. Слишком бесполезная!