Пророчество о наследнице

Глава 12. Последствия ранения

Следующий день внезапно показался ей еще отвратительнее предшествующего вечера. Впрочем, того и следовало ожидать, учитывая ее глупую ошибку, чуть не стоившую ей жизни. Рана на плече нещадно разболелась, будто тянула из нее по капле частичку жизни. И несмотря на все старания Никиаса, Лоре становилось только хуже. Рана пульсировала и горела жидким огнем, растекаясь по всей руке и на половину груди. А в голове засел вязкий туман, мешающий соображать.

Однако Лора старалась не показывать этого. Ей совсем не хотелось беспокоить спутников, они слишком болезненно воспринимали ее мелкую царапину. Не стоит говорить, что за ночь ей стало только хуже. К счастью, Дэмиан вернулся к утру, и Лора думала поговорить с ним тайком, чтобы Никиас не знал. Он еще с вечера выглядел убитым, а сегодня его посеревшее лицо и багровые синяки под глазами красноречивее слов говорили, чем именно он занимался ночью.

Лора облокотилась о дерево и подтянула колени к груди, сложив на них голову. Взгляд неотступно следил за плавными движениями мага, что-то усердно раскладывающего в деревянные миски. Он не поднимал головы, а губы то и дело шевелились, словно он тихо говорил сам с собой.

Лора выдохнула, только сейчас заметив, что все это время не дышала. Качественно новая, но уже такая знакомая с недавних пор боль — ноющее жжение в груди, стылым холодом обволакивающее с макушки до пят, — после их вчерашнего разговора кислотой растворяла внутренности и сжимала горло. Хоть Лора и сделала вид, будто не услышала его вчера, это не отменяло того факта, что ей признались в любви. Но, вопреки ожиданиям, долгожданные слова принесли с собой лишь разочарование.

Дэмиан неторопливо помешивал в котле странную темную жидкость, изредка поглядывая то на нее, то на мага. Темные глаза его, зеркалом отражающие все творившееся в таинственной душе хозяина, если хорошенько присмотреться, сегодня были безмолвны. А уж видеть его готовящим — еще необычнее. Что он положил в свое варево, Лора даже не представляла. Лишь молча наблюдала, как он с абсолютно непроницаемым видом медленно водит ложкой в котле.

— Как рука? — заботливо спросил Никиас, вернувшись с небольшой тарелкой ягод, и передал ей найденное угощение.

— Ничего, спасибо, — сухо ответила Лора. Она совсем не представляла, как теперь может разговаривать с ним после случившегося.

Никиас сел рядом и с осторожностью закатал рукав, осматривая повязку. Светлая ткань насквозь пропиталась кровью, даже несмотря на его лечение. Для первого дня картина обычная, но ему казалось, что магия должна была ускорить заживление. Выходит, все стало только хуже.

— Нужно сменить повязку.

Никиас взял рюкзак и вытащил оттуда новый кусок ткани, специально запасенный для этого. Затем начал очень осторожно разматывать старую повязку, стараясь не тревожить рану. Лора болезненно поморщилась и тут же прикусила язык, стараясь скрыть настоящую боль. А что хуже всего — она не могла сказать, что приносило большие страдания. Ей было неприятно находиться рядом с Никиасом, понимая, что единственным ее желанием сейчас было коснуться его руки. Хотя бы только руки, о большем она и не думала.

Сняв повязку, Никиас смочил кусок чистой ткани водой и осторожно стер засохшую кровь и остатки грязи. Рана из багровой превратилась в малиново-красную и сильно опухла. А это могло значить только одно — зараза попала в кровь, и ничего хорошего ждать не приходится.

— Дело плохо, — Никиас осторожно положил руку на ее лоб и всмотрелся в глаза встревоженным взглядом. — Не чувствуешь слабости?

— Ну, может немного, — кивнула Лора, не желая говорить, что вот-вот упадет в обморок. Бывало и хуже, подумаешь. Пока она в состоянии двигаться.

Дэмиан спешно подошел к ней и внимательно осмотрел ее плечо, ощупывая припухлость. Лора стиснула зубы и отвернулась. Колдун старательно обследовал ранение, затем взял другую руку, что-то выслушивая у запястья, и положил ладонь на лоб, осматривая глаза. Лучше и не придумаешь, у девчонки сильный жар и сердцебиение явно больше положенного. Да и магия говорит, что ее кровь засорена грязью.

— Так и есть, — согласно кивнул Дэмиан, разочарованно скривив губы. — Ранение не прошло для тебя бесследно.

Никиас вновь положил руку на рану, залечивая магией. Единственное, что он мог сделать сейчас. Его способности в лечении очень низкие, ведь его талант в другом. А все же это лучше, чем если бы их не было совсем. Как… Никиас вдруг задумался о том, может ли Дэмиан помочь? Он не вмешался, но разве колдуны не обладают безграничной властью? Их магия может все, так?

— Ты можешь что-то сделать? — спросил он, умоляюще глядя на колдуна. — Я волнуюсь за нее, а моих сил не хватит на полное исцеление.

— Нужно подумать, — рассеянно кивнул Дэмиан, приподнимая ее голову за подбородок и осматривая побледневшее лицо. — Лора, ты чувствуешь головную боль или тошноту? Насколько тебе плохо?

— Нет, ничего не болит, — пожала она плечами, прислушиваясь к организму. Кроме раны и тумана в голове, ее ничего не беспокоило. — Только мутит немного. И соображать тяжело.

— Это хорошо. Значит, еще не все так трагично, как кажется на первый взгляд.

Дэмиан налил ей немного полупрозрачной жидкости из котла в деревянную кружку и передал в свободную руку. Лора сделала небольшой глоток и поставила кружку на колени. Горячий и немного сладковатый отвар. Странно, что она не слышала о нем, а ведь Гейрт знает почти их все.

Никиас закончил лечение и наложил новую повязку. Необычное предчувствие с рассвета не давало ему покоя, словно должно случиться что-то плохое. Раньше такого не было. Никиас привык полагаться на свою магию, но подозрительное чувство в груди не было похоже на знакомое ему магическое предупреждение. Оно было до странности… человеческим.

— Спасибо, — поблагодарила Лора, светло улыбаясь. После его лечения боль почти прошла, жаль только, самочувствие осталось прежним.

Никиас сдержанно кивнул и ушел к костру, помешивая догорающие угли. Лора обернулась к Дэмиану, достающему из ее сумки еще пару кружек и флягу.