Прощание с Силой. Альтернативный 9 Эпизод Star Wars

Глава 18

Казалось, растущее пятно взрыва вот-вот нагонит и поглотит кабинку. Но она продолжала уноситься прочь, а волна огня и осколков постепенно начала отставать. Кабинка летела по прямой, словно пущенная стрела; как ни старались Финн и Чуи, они не смогли заставить ее подчиниться пульту управления. Оставалось лишь ждать, пока энергетический заряд закончится, и надеяться, что это произойдет в подходящем для посадки месте.

К счастью, пока внизу виднелись постройки, они летели довольно высоко. Но вот последние предместья гигантской столицы остались позади. Начались холмы, заросшие деревьями, среди которых изредка виднелись огни вилл. Наконец закончились и они. Потянулась однообразная плоская степь. То здесь, то там мелькали пастушеские костры: господа из Понтено-сити любили кушать свежее мясо, поэтому столицу широким поясом окружали пастбища.

В степи кабинка начала постепенно снижаться. Ночь уже сменилась синими предрассветными сумерками, и Рэй, Чуи и Финн напряженно всматривались в бегущее под ними море травы, гадая, где именно закончится их полет.

Наконец, последовал удар о землю. Странный летательный аппарат, спасший им жизнь, проехал еще сотню-другую шагов, взрыхляя траву и грунт, пока не остановился. Все трое разом оглянулась на Бена. Он сидел в той же позе, не шелохнувшись, надежно удерживая равновесие рукой, которой схватился за какой-то выступ; ничто не потревожило покой драгоценной ноши у него на коленях, с которой он не сводил глаз.

Они выбрались наружу. Посреди бескрайней пустой равнины им посчастливилось приземлиться рядом с одинокой пастушьей хижиной. Она оказалась необитаемой. Единственным предметом обстановки ее была широкая деревянная скамья, стоящая у стены, да куча старых шкур, сваленная в углу.

На скамью с величайшими предосторожностями уложили Лею, устроив ей постель из шкур и укутав как можно теплее. Перед этим Рэй, как смогла, перевязала ее раны.

Было холодно. У противоположной стены находился очаг, но вокруг вплоть до горизонта не было ничего, похожего на дрова.

- Н-ничего, скоро взойдет солнце, и будет тепло… – стуча зубами от холода и усталости, прошептал Финн.

Рэй изможденно опустилась на пол, прислонившись к стене. Нужно было оплакать всех – храброго По, честную Роуз, заботливую Маз, верных дроидов – но не было сил. Рэй сказала себе, что она вот только на минутку откинет голову назад, и тут же поднимет ее... Но стоило ей закрыть глаза, как она провалилась в глубокий сон. Финн перенес ее на подстилку из шкуры, а Чуи лег рядом, обняв лапами, как теплым одеялом.

Финн подумал было, что верней было бы согреть таким образом Лею. Но, подойдя к скамье и внимательно посмотрев на ее лицо, он сообразил, что, возможно, это уже не нужно. Он так устал, что даже не ужаснулся своей догадке.

«Да и ты, наверное, уже знаешь», - подумал он, поглядев на Бена.

Тот сидел на полу у скамьи, приклонив голову к тому месту, где под ворохом шкур была рука Леи.

- Слышишь, ты это… поспал бы немного, - обратился к нему Финн. – Наступит утро, и тогда подумаем, что делать дальше.

Он сбросил с себя кусок шкуры и укрыл плечи Бена. Тот с благодарностью взглянул на него и кивнул.

Финн улегся рядом с Чуи, зарывшись в теплый мех на его спине, и почти мгновенно уснул.

….

Они проснулись все разом, как от какого-то толчка. Уже совсем рассвело, в щели между досками пробивались веселые солнечные лучи.

На скамье сидели, держась за руки, Хан и Лея. Они счастливо смеялись, неотрывно глядя друг на друга. И – удивительно! – они одновременно казались очень молодыми, и в то же время – оставались прежними.

Но никому из четверых, сидевших на полу у их ног, это не казалось странным. Словно бы так и было должно, словно Хан и Лея всегда были здесь с ними, молодые и счастливые. Все разом принялись говорить, шутить, смеяться. Позже ни один из них, как не пытался, не мог вспомнить, о чем же они говорили тогда. Вряд ли о чем-то важном. Скорее, о каких-то мелочах. Но было так радостно, просто и естественно, словно взошедшее солнце разом перечеркнуло и ночь, и все прошлое.

И Бен смеялся, чего раньше друзья никогда не замечали за ним. А теперь счастливая улыбка не сходила с его лица, и это чудо как шло ему. Он все пытался что-то сказать, что-то объяснить, то Хану, то Лее, но не находил слов, и всякий раз веселый общий смех перекрывал очередную его попытку, и тогда он сам принимался смеяться, утирая слезы рукавом.

И вдруг Хан как бы виновато сказал:

- Ну, ребята, такое дело… нам пора.

Лея грустно улыбнулась. Все остальные разом замолчали и посмотрели на Бена. На его лице отразился испуг.

- Пожалуйста, возьмите меня с собой! – жалобно попросил он.

Хан пожал плечами.

- Не могу, сынок, ты же знаешь.

- П-пожалуйста, простите меня, - едва слышно прошептал Бен. – Я хочу быть с вами… - Он пытался сказать еще что-то, но слова застряли в горле.

Хан тяжело вздохнул и обнял Лею за плечо.

- Поверь, мы давно тебя простили, - сказал он ласково. – Но понимаешь, ты сам себя не простил. Умереть-то – это легко, тут и делать нечего. А ты, знаешь что - поживи. Проживи жизнь до старости. Погуляй по галактике. И вот когда сам себя простишь – тогда и приходи к нам. Идет?

Все молчали. Хан подождал еще немного, потом хлопнул себя по коленям и сказал, обернувшись к Лее:

- Ну, все, пора. – И добавил, вставая и с улыбкой обратившись к детям: - Оставайтесь, ребята!

Лея обвела всех на прощание любящим взглядом и вышла вслед за мужем, крепко держась за его руку.

Все сидели, не шелохнувшись. Секунду, две, а может, и больше. Опомнившись, Рэй вскочила, подбежала к двери и распахнула ее. Следом за ней выбежали Финн и Бен. Но снаружи не было никого и ничего, кроме залитой солнцем бескрайней степи, да их разбитой кабинки.

…….

Уже близился рассвет, и половина юных пастушат давно и сладко посапывала вокруг костра, завернувшись в одеяла.