Прошел через... или Дневник муниципального служащего

Глава 1.

Все мы когда-то заканчиваем учебу, получаем заветный диплом и выслушиваем поздравления преподавателей с началом новой, трудовой жизни. У кого-то она будет «трудовой» во всех смыслах этого слова, а кого-то слово «труд» может и вовсе не коснуться, ежели будет пребывать с ним везение, удача и деньги богатых родственников, что в наше время считается удачей первого сорта. Смотришь на своих однокашников, и думаешь: что же преподнесёт им жизнь, какова будет их судьба лет через пять? Судьбу другого человека представить трудно, а свою, по правде говоря, – в сто раз тяжелее. Все мы фантазеры: «хочу так, хочу этак». Думая о будущем, мы признаем лишь радостные, положительные веяния, и полностью игнорируем предполагаемые «камни преткновения», о которых стоило бы думать в первую очередь.

Вот и мой выпускной бал, на руках – документ о высшем образовании, и я парю в облаках в предвкушении, повторяя про себя «я свободен, теперь все пойдет как по маслу, устроюсь на работу, буду получать много денег, ведь я не просто шиш с горы, я – специалист». Вокруг только и разговоров, что о будущей высокооплачиваемой работе. Я не болтаю зря, так меня научили – ведь у меня нет богатых родственников и мой папа не генеральный директор. Моя судьба – пробиваться самому, но никто из окружающих меня людей это не узнает. Для них я покрою мраком ожидаемое мной будущее.

В руках билеты на поезд – я возвращаюсь в родные края. Пускай все покроется пылью и угаснет в моей памяти: этот вокзал, город, большинство людей, которых я считал за друзей и приятелей, дни, проведенные взаперти от тоски и усталости, все совершенные мной глупости и пустые надежды. Пускай останутся здесь и те светлые воспоминания о первой и последующей любви, вечеринки, мечты и успехи. Все это я оставляю позади. Впереди новая жизнь на старом месте.

Поезд прибывает на третий путь. Я шагаю по металлическим лестницам и схожу на перрон, вдыхая запах креозота и пыли. Отдаю проводнику купленный билет для отметки, подбираю свои сумки максимально компактно, и вхожу в вагон. В ноздри дает спертый воздух, накопившийся за время пути в вагоне и множество запахов, которые несут его пассажиры. В коридорах приходится ухищряться расходиться с выходящими людьми, в этом вагоне их немного, и все бегут в основном на улицу подымить сигаретой. Для нас, некурящих людей, закон о запрете курения в общественных местах, конечно, облегчил жизнь, но голубая мечта законодателей о сокращении количества курящих так и не сбылась, несмотря на то, что стоимость сигарет с тех пор стала расти вверх в арифметической прогрессии.

Вот я в плацкартном вагоне, где кроме меня еще два человека на верхних полках. Я ловко помещаю свой багаж в один из нижних «сундуков» и сажусь к окну. Прощай, альма-матер, прощай, город моей юности. Я не кидаю пустых обещаний о возврате, они ни к чему. Глубоко внутри я убежден, что в обещаниях тому, с кем мы связаны незримыми узами, слова не нужны вовсе. Я смотрю на перрон, и говорю тем пяти годам, проведенным здесь «прощайте», и слышу, как город отвечает мне гудком своего далекого завода «прощай».

Поезд отправляется с третьего пути. Туда, откуда я родом, ехать шестнадцать часов. Я одеваю наушники и откидываюсь на стенку плацкартного отделения. В голове музыка, перед глазами мелькающие объекты вокзала, станционные домики, долгострои и длинные бетонные заборы. Теперь можно отвлечься от всего на свете и проанализировать произошедшее со мной в последние пять лет.

Что же это было? Приехав сюда, я не рвался домой, как некоторые, но и не уходил в отрыв. Я спокойно относился к учебному периоду жизни, признавая в нем свои плюсы и минусы.

Первые месяцы все было интересно и незнакомо. Новые люди, новые образы, другая жизнь, так похожая на предыдущую, но из-за новизны еще красочная и пестрящая. В университете, в который я поступил, на моем факультете, но несколько иной специальности, тогда учился мой друг Антон, который был на три года старше меня. Мы жили в одном районе по соседству в нашем родном городе, и, будучи сопляком, я прислушивался к его мнению по разным жизненным позициям. Антон, как я позже обозначил сам для себя, был из разряда тех людей, которые признают во всем только честность. «Как бы ты не крутился, на какие бы жертвы не шел, с собой и с другими будь честен» - говорил он мне в моменты жизненных передряг. И это его кредо, признаюсь, помогало всегда.

Я поселился в общаге, Антон же жил в квартире у своей сестры, которая работала бортпроводницей, и дома бывала нечасто. Он показал мне город, познакомил с некоторыми своими приятелями, которые учились на моей специальности на пару курсов старше, помогал решать первые бытовые и учебные трудности. За все это, и то, что было потом, я бесконечно ему благодарен. Надеюсь, что я в своей скудной помощи ему, тоже не казался «медвежьей услугой».

Первый курс пролетел незаметно, да так, что я даже мало помню события того года. После окончания сессии, Антон предложил мне остаться на лето с ним на подработку, и я, проведя в родных краях неделю каникул, вернулся обратно, и все оставшееся время делил с ним комнату на квартире у его сестры. Заработав за лето почти шестьдесят тысяч рублей (это считалось «большим кушем» для студента) на разгрузке-погрузке-перевозке разного рода грузов, я обновил свой гардероб, купил себе новый смартфон и отложил остатки в копилку, чтобы не остаться «без штанов» в голодный год. Антон заработал больше меня, поскольку у него был двухлетний опыт такой сезонной работы, и его ставили на должность бригадира, который уходил на то время в отпуск. Он не покупал такие мелочи, на которые потратился я, у него была цель – покупка подержанной «тойоты», чтобы свободно передвигаться куда захочет душа. Отработав три сезона, его цель осуществилась, и на второй курс в общежитие он привез меня на «королле», которая по году выпуска была на пару лет помладше нас самих, но, несмотря на свой возраст, выглядела достойно.