Прошлое

Прошлое

— Мама, почему мы переехали? Я не хочу ходить в новую школу. Меня устраивала старая, и оставался всего один год до её окончания.
— Значит, так надо и не спорь с матерью! С понедельника ты будешь ходить в новую школу, — твёрдо ответила мама.
— Хорошо, я пошла спать, — сказала Алеся и, хлопнув дверью, ушла к себе в комнату.
Она не понимала, зачем был этот переезд, но чувствовала: мама что-то скрывает. Причесав волосы, Алеся заплела их в косичку на ночь и заметила в углу комнаты старое зеркало в тяжёлой раме. Она хотела спросить у мамы, откуда оно, но передумала и легла спать. Девушка долго не могла уснуть, ворочалась в кровати, а в голове роились вопросы, на которые не было ответов.

Наконец, она задремала и ей приснился странный сон. Во сне Алеся стояла в своей комнате перед зеркалом и видела своё отражение. Но что-то было не так, и это её пугало. Она пыталась понять, что именно, вглядываясь в своё отражение, но безуспешно. Тогда она решила осмотреть само зеркало — на вид оно было старым и, кажется, осталось от прежних хозяев квартиры. Это было обычное старое зеркало, повидавшее множество лиц. Девушка не понимала, что не так с её отражением. Алеся посмотрела на себя ещё раз и заметила, что отражение пыталось что-то сказать. И в этот момент её что-то оттолкнуло в дальний угол комнаты, и она проснулась.
Алеся открыла глаза и села на кровати. Сердце билось где-то в горле. Она встала, подошла к двери и выглянула в коридор. В углу новой комнаты висело то самое зеркало. Она не помнила, чтобы видела его раньше. Алеся отшатнулась. То самое. Сон был не просто сном — зеркало было здесь, в комнате, всё это время.

***

Лидия Петровна ещё долго сидела на кухне после того, как дочь ушла спать. Худая, с тёмными кругами под глазами, она теребила кружку с недопитым кофе и понимала, что должна была рассказать Алесе правду, но боялась. И решила, что единственный выход — это сбежать подальше, чтобы защитить дочь от отца и его семьи.
Она бесшумно зашла в комнату дочери проверить, спит ли та, укрыла её одеялом и прикоснулась губами к виску. Затем вышла, прикрыв дверь. В прихожей проверила замки — каждый по нескольку раз, дёрнула ручки, вслушалась в тишину за дверью. Вернулась на кухню, заварила вторую чашку кофе, чёрного, горького, без сахара, и села у окна.

Налив кофе, Лидия Петровна взглянула в тёмное стекло и увидела своё отражение. Перед глазами вдруг всплыло прошлое: знакомство на улице, его обаяние, цветы, настойчивость. Тогда Дима казался подарком судьбы. Но сразу после свадьбы он преобразился — словно маску снял. Он указывал, что ей носить, с кем дружить, куда ходить. Контролировал каждый вздох. А вечерами заставлял стоять перед зеркалом и повторять: «Я никому не нужна».
После рождения дочери стало ещё хуже. Дима начал избивать её, но так, чтобы следов не оставалось: синяки под одеждой, гематомы на спине. Она терпела всё это ради Алеси. Понимала: если сбежать, Дима найдёт и убьёт. Поэтому она дождалась его командировки и тогда, наконец, решилась. Собрала свои вещи и вещи дочери. Это зеркало — из того дома — она прихватила с собой, сама не зная зачем. Теперь оно стояло в комнате Алеси, и это казалось дурным знаком.
Она не заметила, как по щеке скатилась слеза, потом ещё одна. Лидия Петровна сидела в пустой кухне, глядя на своё отражение в тёмном стекле, и плакала впервые за много лет.

***

Утром, выходя из комнаты, Алеся услышала плач матери. Зайдя на кухню, она увидела маму с опухшими глазами.
— Мамуль, ты так и не ложилась спать?
— Не хочу, Алеся. Мне надо с тобой поговорить.
— Я тоже так думаю. Мама, в чём дело? Я уже давно не ребёнок и хочу знать правду.
— Всё дело в твоём отце... Я сбежала от него, когда тебе было три года. Поэтому ты его и не помнишь. — она замолчала, сглотнула. — Он ищет нас. Твой отец... он жестокий человек. А зеркало, что висит в твоей комнате... оно когда-то было моим.