Прошлое Обмену И Возврату Не Подлежит

ГЛАВА 19

Утро встречало меня мягкими лучами солнца, пробивающимися сквозь неплотно задернутые шторы. Рядом тихо посапывал Марк, его рука нежно обвивала мою талию. Я осторожно высвободилась из его объятий, стараясь не разбудить. В голове еще роились обрывки вчерашних событий, но теперь они казались уже не такими страшными и непреодолимыми. Марк взял на себя основной удар, и я чувствовала себя намного увереннее.

– Лера, я конечно уже привык просыпаться в холодной постели, но честно сказать мне это не нравится, – говорил Марк, спускаясь по лестнице со второго этажа.

– Доброе утро, соня, – улыбнулась я, наблюдая, как он спускается по лестнице, еще немного сонный и растрепанный. – Хотела приготовить тебе завтрак, пока ты спишь.

Он подошел ко мне, заключил в объятия и прошептал на ухо:

– А я думал, что лучший завтрак – это ты.

Я рассмеялась и выскользнула из его объятий, направляясь к кухонному столу. Приготовила ароматный кофе и достала из холодильника продукты для омлета. Марк, как всегда, уселся на высокий стул у барной стойки, наблюдая за моими движениями.

– Знаешь, Лер, – начал он, отпив глоток кофе, – думаю, нам не надолго придется расстаться. Ты поедешь к родителям. Князев звонил мне и сказал, что Даниил скучает по маме.

Я остановилась, держа в руках вилку, и посмотрела ему в глаза.

– Неплохой ход, Одинцов, но лжец из тебя никудышный. С нашей прошлой жизни я научилась чувствовать фальшь в каждом твоем слове, – с лукавой улыбкой ответила я.

– Неужели? – приподнял бровь Марк, изображая удивление.

– Именно, Марк, – прошептала я, приближаясь к нему, – И запомни, раз и навсегда, что попытки хитрить и манипулировать мной – табу. Это раз. Измены – под строжайшим запретом и чреваты последствиями. Это два. Я собственница. Такая вот неправильная женщина! Хочу быть твоей единственной, окончательной. Понимаешь? Поэтому, милый, хорошенько подумай, готов ли ты мне это дать!

Марк шумно сглотнул, и вся беспечность мигом схлынула с его лица, оставив лишь тревожную серьезность. Поднявшись со стула, он приблизился ко мне, обвил руками талию, словно якорь, брошенный в бушующее море.

– Поверь, Лера, ты давно и навсегда моя единственная. Я готов на все, чтобы быть с тобой, дышать одним воздухом. Но сейчас речь не обо мне, а о твоей безопасности. Раскатов – зверь, загнанный в угол, и он не успокоится, пока не доберется до тебя. А у родителей ты будешь в неприступной крепости. Там его паутина не дотянется. Охрана твоего отца – стена, крепче кремлевской.

– Нет, Марк, – упрямо возразила я. – Я не оставлю тебя здесь одного, на растерзание. Это мои проблемы, и решать мы их будем вместе, рука об руку. К тому же, с сыном я утром говорила. Ему там хорошо, он счастлив. Купается в любви бабушек. Между прочим, твоя мама от него не отходит ни на шаг. Мне рассказали, что она долго плакала, когда впервые увидела своего внука, и причитала, что хотя бы в сорок два года ты подарил ей это счастье.

– Это ты сейчас так нежно намекнула на мою солидную разницу в возрасте? – с усмешкой спросил Марк, пытаясь разрядить напряжение.

– Вовсе нет, любимый. Это я так изящно объяснила, что держу руку на пульсе своей семьи и знаю, что происходит в каждом ее уголке, – парировала я в тон.

Марк тепло улыбнулся и нежно коснулся губами моего лба.

– Как скажешь, моя королева, – прошептал он. – Тогда собирайся. Выезжаем смотреть наш дом. Все для твоей безопасности и спокойствия.

Дом у моря был великолепен. Белый, в современном стиле и остеклении, он стоял на первой линии моря, в отдалении от отелей. Вокруг простирался ухоженный сад с экзотическими растениями и небольшим бассейном. Огромные панорамные окна открывали завораживающий вид на бескрайнюю морскую гладь, сливающуюся с горизонтом. Внутри дом поражал простором и изысканным дизайном. Светлые тона, минималистичная мебель, дорогая отделка - все говорило о безупречном вкусе и стремлении к комфорту.

Марк внимательно наблюдал за моей реакцией, пока я обходила комнаты, заглядывала в гардеробные и восхищалась просторной кухней и гостиной. В его глазах читалось волнение и надежда. Он словно боялся, что мне что-то не понравится, что я не почувствую себя здесь дома.

– Ну что скажешь, Лера? – спросил он, когда я остановилась у огромного окна в спальне, любуясь морским пейзажем.

Я повернулась к нему, подошла ближе и обняла.

– Здесь прекрасно, Марк. Только о каком ремонте ты говоришь? Здесь ничего не стоит менять.

Он крепко прижал меня к себе, уткнувшись лицом в мои волосы.

– Я люблю тебя, Лера. Больше жизни. И сделаю все, чтобы ты была счастлива. Даже если для этого мне придется построить для тебя неприступную крепость у моря.

Я отстранилась, заглянула ему в глаза и улыбнулась.

– Мне не нужна крепость, Марк. Я хочу, чтобы наша семья стала крепостью. И помни о наших правилах, – лукаво добавила я.

Он рассмеялся и подхватил меня на руки, кружа по комнате.

– Твои правила – закон, моя любимая. И я с удовольствием буду их соблюдать, особенно если за это полагается награда, – счастливо кричал Марк.

Следующие несколько дней прошли в приятных хлопотах. Мы обживались в новом доме, гуляли по берегу моря, наслаждались обществом друг друга. Марк, казалось, ни на минуту не оставлял меня одну, окружая заботой и вниманием. Он постоянно звонил, совещался с кем-то по телефону, но при этом оставался спокоен и уверен в себе. Я чувствовала, что он что-то скрывает, но не стала расспрашивать. Знала, что когда придет время, он сам все расскажет.