Простая история

Глава 13

Саша

Каждый раз, еще с детства, убеждаюсь, что моя жизни не сказка. Далеко не сказка. Вместо замка дедушкина квартира, вместо принца – Иван-дурак и не с самой лучшей стороны, вместо феи — крестный Гастелло. А вместо костюма принцессы, или на крайней случай пирата – это...

— Сознавайся, что это? — я переводила взгляд с костюма на подругу.

Нет, она точно издевается надо мной. Халк, это совсем не смешно. И после этого она мне говорит быть женственной? Ха! Тогда зачем толкать меня в костюм Халка?!

— Ну, Саш, другого не было. Да и у нас тут вроде как супергерои одни. И дети настояли, чтоб Халк точно был.

— Света! Но почему я Халк? — я готова была покусать подругу, не только она может грозиться тем, что укусит, я тоже так умею, хоть и отмазки нет, что беременна.

Мое недовольство утонуло в веселом смехе, детский праздник начинался. А мне надо переодеваться.

— Ну это самый немногословный персонаж, ребята тебе сейчас все объяснят. Ну, Саш, я тебе косметику и платье подарю, но выручи!

— Легко все равно не отделаешься, — обреченно взяла костюм, уже представляя, как буду выглядеть.

Знала бы, что так будет утром и краситься не стала, заранее вошла бы в образ.

Ладно, два часа в образе зеленого громилы проживу. На фоне, конечно, Чудо-женщины и Супер-гёрл я почувствовала себя очень паршиво, вот она расплата за вчерашнюю сказку. Реальность во всей красе дала по носу щедрым щелчком. Главное, никого из знакомых не встретить.

* * *

Михаил

Новая стопка бумаг появилась передо мной внезапно, а принесший ее менеджер, уже даже убежать успел, к тому моменту, когда я оторвал взгляд от монитора. Только и оставалось почесать затылок. Пятый раз за день такие фокусы, чего это они сегодня?

Перекинул папку к десятку таких же. Сегодня у меня явно нет настроения, смотреть и выяснять, что кто хочет из персонала. Мне бы с запросами руководства разобраться. А у этих срочного, как видно, ничего нет, раз все как один исчезают. Иначе бы молили уделить внимание их отделу.

Дурацкая система с бумагами, конечно. Все бы проще, попадай ко мне заявки на ремонт и новую техника, да на проблемы в электронке. Но руководство предпочитало все в бумажном виде, вот и приходилось копаться с бумажками. У всех свои тараканы, а платят – приходится терпеть.

Но все-таки, что сегодня за странный день? Тут – фокусы с исчезновением, а в обед и вовсе, когда вышел из кабинета, всех, кого встречал в коридоре, разбегались. И еще извинялись, если случайно оказывались у меня на пути. Что происходит?

— О, великий и ужасный, ты только не испепели меня сразу взглядом, а дай слово молвить... — раздался стук в дверь вместе с голосом Юли.

Кому-то явно заняться нечем.

— Заходи уж, — и тут же в кабинете появилась охранница с двумя чашками чая, — что за дурачество?

— Почему дурачество? Ты о чем? У меня просто очень хорошо развит инстинкт самосохранения, знаешь ли, просто так в логово к зверю не полезу. У меня, между прочим, семья: дети, муж дома некормленый...

— Но я же не зверь, — вздохнул я и, наконец, позволил себе отвернуться от монитора, чтобы взглянуть на пришедшую.

— Это как посмотреть. Сегодня к тебе приближаться страшно. Такое чувство, что стоит с тобой заговорить, убьёшь и не спросишь, кто и зачем. Так что признавайся давай, что случилось? Для пятницы ты уж больно злой...

— Ничего я не злой, — забрал чай и вернулся к работе.

Разговорами сыт не будешь.

— Ну, ладно, очень добрый. И это пугает еще больше. Рассказывай, что случилось, что твоя Суворова натворила теперь?

— А кроме как с Суворовой, ничего другого произойти не могло? — устало вздохнул я.

И почему эта женщина все мои эмоции приписывает Сашке? У меня других поводов нет злиться, что ли?

— Да ты развод с женой воспринимал менее эмоционально, чем то, что твоя Суворова не предупредила, что не придет домой ночевать. Можно подумать, я не помню. Так что говори, что опять натворила твоя ненаглядная, что ты так бесишься.

— Ничего, — хмуро выдохнул, даже не пытаясь спорить с вечным «твоя».

Да я теперь сам не могу отделаться от мысли, что моя. Спасибо, убедили, чтоб им!

— А если поподробнее, в чем заключалось это ничего?

— Целовалась с другим, — сквозь зубы процедил, невольно представляя сцену перед глазами.

Мышка под рукой издала болезненный скрип, я тут же ослабил хватку, еще сломаю ненароком.

— Ох, ты ж, и ты не набил ему рожу? — вот никогда не могу понять, когда эта женщина серьезна, а когда стебется.

— Нет, — я, кажется, зарычал, и в этот раз пострадала ручка, что попала мне под руку.