Простая смертная

Глава 19

Осторожно, стараясь не делать резких движения, я подкрадывалась к Молнии. Дракониха медленно открыла глаза и, даже не удосужившись поднять голову, повернула её в мою сторону. Несмотря на то, что из троих драконов она выглядела самой маленькой, её глаза были на уровне выше моего роста, даже когда морда лежала на полу.

Я сделала скользящий шаг вперёд – она не шевельнулась.

Ещё шаг – ноздри гневно затрепетали.

Упрямо – ещё шажок. Дракониха злобно фыркнула, всем видом показывая, что моя идея сближения её нисколько не радует.

«Смотри ей в глаза, – сказала я себе. – Смотри в глаза. Старайся увидеть образы, чёрт возьми!»

Вертикальный узкий зрачок словно чёрное зеркало. В нём я могла видеть собственное, искажённое, отражение в полный рост. Эти ворота во мрак плавали будто в крови – сами глаза были алыми.

Дракон задвигал губами, обнажая острые, как у белой акулы, зубы.

«Смотри в глаза», – снова велела себе я.

На самом деле верить, что я могу увидеть в этой чёрной воронке что-то, кроме тьмы, не получалось. Но с удивлением поняла, что вижу: расцветающее огненным цветком пламя, распадающееся на лепестки.

Я моргнула, стараясь развеять морок, но, вместо того, чтобы исчезнуть, тени уплотнились. Видение было нечётким, неясным, будто я смотрела сквозь мутное стекло. Но я видела арену, толпу людей за кругом и тонкую девичью фигурку, неподвижно стоявшую посреди арены.

Медленно, словно преодолевая себя, девушка шагнула ко мне ближе. А потом я увидела, как когтистая драконья лапа опускается сверху на хрупкое человеческое тело. Во-второй раз девушка бросилась бежать, и я увидела, как мощные драконьи челюсти смыкаются на её шее, и голова исчезает в крокодильей острозубой пасти. Лишь в третий раз это было пламя. Но каждый раз смерть приходила кроваво, жестоко, яростно.

Именно это ощутила я всей кожей – опаляющую дикую ярость.

«Как вы посмели, жалкие букашки? Кто вы такие? Простые смертные?!», – в уши ударило злое рычание.

И я увидела уже не в видении, а наяву, как надо мной распахивается пасть, а в глубине её сверкает синее пламя. Чисто интуитивно я закрылась рукой, толком действительно даже не успев испугаться. На меня подуло жаром, как из распахнутой печи огромных размеров.

Тут и сказочке конец? Я что, даже до Ритуала не доживу?!

Интересно, я очнусь сейчас в своём мире? Или где-нибудь, в третьем?

Или – нигде?..

Меня сбило с ног, швырнуло на пол и придавило чем-то тяжёлым. Потом смешно было вспоминать, но в первый момент я подумала, что это драконья лапа и что, оказывается, это не так уж страшно. Но с ног меня сбил Атайрон, прикрывая собственным телом, а сверху, для надёжности, магическим голубым щитом. Вовремя! Потому что над нами неслось горячее пламя, растекаясь по земляному полу.

Два других дракона дико взвыли.

Пламя, рванувшись к Молнии, ударил по ней крылом. Молния ощерилась, припадая на лапы и завопила в ответ. Вторым ударом огромный дракон опрокинул дракониху на спину и навис над ней сверху, раскрывая пасть.

– Нет!!! – завопила уже я, отталкивая от себя Атайрона. – Останови его! Он сейчас её прикончит!

Молния, конечно, та ещё сучка! Чуть живьём меня не сожгла. Трудный питомец, но это мой питомец, и я не намерена смотреть, как её разорвут у меня на глазах! К моему удивлению, Атайрон мгновенно с меня скатился, убирая магический щит. Сразу стало очень жарко. Изрыгнутое Молнией пламя повысило температуру вокруг градусов на десять, а, может быть, даже на пятнадцать. Дышалось и то с трудом.

И это она сделала только один раз?! А если дыхнёт ещё парочку? Тут всё в головёшки обратится?

Молния гневно верещала (или клекотала?). Звук был весьма специфический.

Пламя был раза в полтора больше противницы. Его, сложенные вниз, опущенные крылья как копьём прибили её раскрытые перепончатые конечности. Одна из лап наступала ей на грудь.

– Отпусти! – рявкнула я на него, словно он был зарвавшимся хулиганом, осмелившимся учинить драку прямо у меня на уроке. – Отпусти немедленно! Слышишь?!

Мне казалось, он смотрел прямо на меня. Но потом поняла, что взгляд Пламени устремлён мне за спину, на того, в ком он уже успел признать хозяина.

Драконья морда повернулась в сторону отчаянно верещавшей под его массивной тушей драконихи. Он почти уткнулся ей в шею клыкастой пастью. Помещением содрогнулось (в прямом смысле) от угрожающего рёва. Но он отступил, отпуская её.

Молния затихла. Она перевернулась со спины на лапы и мне показалось, что она приволакивает одно крыло. Движимая желанием убедиться, что с ней всё в порядке, что она не пострадала, я кинулась к крылу, проведя по нему рукой.

Горячее, шероховатое…

И только увидев удивлённый, возмущённый красный глаз, я поняла, что вновь пересекла черту и затаила дыхание.

Глаз моргнул. Пасть пока не открывалась.

Не знаю, что тому причиной – заценила ли привередливая драконица глубину моего сердца, способного на импульсивное сострадание вперёд здравых рассуждений; решила ли, что продолжать открытый конфликт рядом с превосходящими силами противника себе дороже, но она снесла обиду. И никак не отреагировала на прикосновение. Разве что фыркнула разок, но фырканье вышло какое-то невыразительное. Словно дама сама пока не решила, что хочет им сказать.