Простая смертная

Глава 29

– Поздравляю, – при встрече Атайрон отвесил ей лёгкий поклон. – Вы – упорная женщина, принцесса Анжелика.

– Принцесса? – гордо вскинула я голову. – Мне кажется, я доказала, что достойна называться королевой.

Не то, чтобы я действительно кичилась содеянным… ну, ладно, может быть и кичилась – совсем чуть-чуть. Просто встреча с Хатериман испортила мне настроение и меня так и подмывало сорвать на ком ни будь злость. Даже осознание того, что Атайрон не подходящая для этого кандидатура, меня не останавливало.

– Видимо, вам кажется, что вы только что сказали нечто заслуживающее внимания? Но, на мой вкус, реплика звучит помпезно и пафосно.

– Я уже успела наслушаться комплиментов от вашей матушки! – процедила я сквозь зубы. – Выслушать ещё и ваше мнение как-то не тянет.

– С чего вы взяли, что я горю желанием им поделиться?

– Я почти уверена, что вы не испытываете ко мне симпатии и говорить мне гадости вам просто приятно.

Он насмешливо изогнул бровь из-за чего асимметричность его лица, возникшая из-за шрама, лишь увеличилась:

– Хорошего же вы обо мне мнения?

– Не лучшего, чем вы обо мне.

– Наша встреча не случайность. Я подкарауливал вас в этом тёмном переулке.

– Зачем?

Не насторожиться после такого заявления было бы, по меньшей мере, странно. Я и насторожилась.

А он продолжил:

– Вы помните, что планировалось до того, как Ритуал отвлёк нашего дорогого Эвила от завоевания Розовых песков?

– Карательная операция, – упавшим голосом произнесла я.

Чёрт! А ведь действительно – забыла!

– После того, как Молния вам подчинилась, планы не изменились.

– Эвил по-прежнему собирается напасть на отца почившей Эденсун?

– Он собирается покарать вассала, осмелившегося бросить вызов своему суверену.

– Он бросил вызов после того, как погибла его дочь. Чисто по-человечески его можно понять.

– Чисто по-человечески?! Дорогая Анжелика, иногда ваши заявления заставляют меня усомниться в вашем разуме. Если короли станут «чисто по-человечески» понимать своих врагов, относиться к ним снисходительно, как вам того, несомненно, хотелось бы, как думаете, что станется с их королевством?

– Вы, полагаю, ратуете за жесткое подавление любого сопротивления?

– Власть держится на страхе и уважении, её фундамент – это чувство выгоды. Подданным быть выгодно держать сторону короля. А ещё они должны бояться прогневить своего господина. Страх и любовь – вот что способно держать людей в повиновении. Если кто-то нарушает границы, их нужно ставить на место и быстро, пока в строю не образовалась брешь. Король – человек лишь наполовину. Он делает не то, что хочет, а то, что должен.

– В таком случае я от души сожалею, что Эвилу досталась столь тяжкая ноша.

– Я тоже. Но на попятный идти поздно, – взглянул на меня, Атайрон несколько смягчил тон. – Я затеял этот разговор не для того, чтобы спорить с вами, сестра.

– Сестра? – опешила я.

– Вы – жена моего брата, значит, между нами теперь почти кровная связь. Поэтому, да, сестра. Моё обращение вас удивило?

– Немного. Но продолжайте. Вы не спорить пришли и не ссориться – это я поняла. Осталось выяснить, чего же вы на самом деле хотите?

– Эвил наверняка будет противиться моей идее, поэтому, я хотел бы, чтобы предложение исходило от вас, а не от меня. И вам следует быть настойчивой, выдвигая его.

– Какое предложение?

– О выступлении втроём. Три дракона лучше одного.

Сказать, что мне его предложение не понравилось было ничего не сказать. Я не видела себя в роли завоевательницы. Вот от слова «совсем». Во-первых, от одной мысли, что я могу убивать людей, мне резко плохело. Во-вторых, я не люблю рисковать. Как не сильны и не мощны драконы, нашими противниками выступят не мальчики из церковного хора. А я ни разу не амазонка. Что я смыслила в тактике и военной стратегии? Правильно: ничего! Так что я забыла на ратном поле?

Но Атайрон упрямо гнул свою линию:

– Вы должны сообщить Эвилу о своём желании присоединиться к нам. Уверен, вам он не откажет.

– Я отнюдь не уверена, что жажду познать ратную славу, дорогой брат, – с иронией ответила я. – Меня растили для светлиц и рукоделия.

– Не клевещите на себя. Я слышал о вас совсем другое.

– Чтобы вы обо мне не слышали – это ложь. Клевета, сплетни и досужные вымыслы.

– Вы настолько трусливы, что боитесь врага даже с высоты птичьего полёта? Или ваша любовь к моему брату не настолько сильна, чтобы толкнуть вас на подвиги?

– Возможно, я просто умнее, чем вам бы того хотелось? Думаете, мной так легко и просто манипулировать? Что до любви к вашему брату – всё, абсолютно всё, что я делала и делаю, продиктовано моим чувством к нему. Но я ещё не успела прийти в себя после Ритуала и Змеиной Пустоши. Да там один полёт в облаках чего стоил! А вы и ваша маменька уже набросали план новой полосы препятствий? Это несправедливо.