Простая смертная

Глава 34

Когда клочья тумана растащило в стороны, мы увидели ползущие на нас тучи, надвигающиеся как чёрные горы. Меня накрыло ощущением дежавю, совсем недавно я уже переживала нечто похожее. И вот опять – море, ветер, ощущение неотвратимо приближающейся опасности.

Ветра не было. Атмосфера душная и гнетущая.

– Теперь понятно, почему нас не преследуют, – процедил сквозь зубы лорд Дархамир. – Они надеются, что шторм убьёт нас и без них.

– Они попросту не рискнули пойти за нами в полосу шторма, милорд, – сказал один из гребцов.

То, что Турхан рядом придавало мне силы. Девушка держала меня за руку, глядя на чернеющий горизонт испуганными глазами.

– У нас ведь есть шанс спастись, милорд? – обратилась она к Дархамиру.

Он ничем не обнадёжил. Дурной знак.

– Мы выстоим в этот шквал? – присоединила я свой голос к голосу моей служанки.

– Это не шквал, принцесса. Разве вы не видите? Природа собирается встать на дыбы. Вот-вот буря заревёт во всю глотку и плохо придётся всякому, кто не уберётся в укрытие. А достичь его шансов мало.

– Что же нам делать?

– Ничего, – пожал он плечами равнодушно. – Остаётся только грести.

Глядя на небо, продолжая видеть в тучах чёрные горы, я позволяла воображению рисовать ущелья, пещеры и пропасти, где спят драконы. Может, попытаться призвать Молнию? Хатериман утверждала, что драконица подчиняется в первую очередь ей, но почему я должна принимать на веру слова врага?

Продолжая глядеть в быстро темнеющий просвет, подсвеченный алым закатным солнцем, я представляла, как из чёрных пещер выныривает красивый и жуткий дракон, как пространство оглашается его угрожающим клёкотом.

Шлюпка всё так же покачивалась на мёртвой зыби. Не было ни ветра, ни дракона, лишь мрак сгущался сильнее. В призрачном свете лица словно светились. Стояла противоестественная, сверхъестественная тишина.

– Твою ж мать! – зарычал Дархомир, резко поднимаясь, отчего шлюпка, подскочив, закачалась на волнах. – Они всё же сунулись за нами в полосу шторма! Да что б им!..

Поначалу мне показалось, что он попросту бредит, но потом, всматриваясь в пустынное пространство океана, удалось различить контуры мчащейся шхуны, резко выделяющейся на фоне пенистых вод.

Казалось, всюду ждёт смерть и для нас не осталось надежды на спасение.

Сжав кулаки, словно натянув внутри себя все мысли в единый жгут, я подняла лицо к небу и взмолилась к той, что была неизмеримо далеко и высоко:

«Если между Всадником и его драконом действительно есть связь – приди и спаси меня – сейчас! Или будет поздно».

Небо и вода по-прежнему клубились, сходясь у горизонта.

«Приди же! Приди!», – кричала я про себя так громко, как только могла.

И когда над водой растёкся оглушительный клёкот орла, соединённый с неистовым рёвом льва, я почти не удивилась. В глубине души я знала, что– в решающий час Молния придёт!

Огромная тень, черней опускающейся ночи, страшней нарождающейся бури, опускалась на нас сверху.

Пришёл мой черёд подняться навстречу моей грозной подруге.

«Огонь!» – скомандовала я моей крылатой подруге. – «Сожги наших врагов! Не опускайся, они могут тебя ранить. Огонь!».

Я не слышала испуганных криков людей, плывущих со мной в одной лодке. Не видела идущего наперерез корабля. Я словно летела на моём драконе, и весь мир остался далеко внизу. Сердце не знало страха, разум – сомнения, а ярость, кипучая и вместе с тем холодная, нечеловеческая ярость текла по моим венам.

Я развернулась так, чтобы не бороться с ветром – а идти одновременно с ним. Я смотрела с высоты вниз и видела, как подо мной, по пенным волнам, плывёт судно, кренясь правым бортом, порой взлетая на огромную волну, порой проваливаясь между потоками воды, как в яму.

Шхуна тяжело переливалась с бока на бок, а мне было так легко описывать головокружительные дуги в воздухе!

«Огонь!»

И пламя моих мыслей полилось огнём сверху. Огненный дождь ударил по врагам. Свирепый огневой вал бил, снося всё, от носа до кормы. Несколько коротких, как удар сердца, мгновений, и на поверхности океана не осталось ничего, кроме пустынных кипящих волн. Словно мироздание огненным языком дракона слизнуло рукотворное творение людей.

Одинокий луч солнца прорывался сквозь тучи, превращая воду вокруг в алое расплавленное золото.

Молния взмыла вверх, превращаясь в маленькую точку. Эта крошечная точка мелькала то среди свирепых валов, то среди клубящихся облаков. А испуганные гребцы, выбиваясь из сил, направляли нашу шлюпку в сторону берега.

Я знала, что Молния не ушла. Чёрное пятно мелькало впереди, будто намечая нам путь, и мы покорно следовали за ним.

Мы вели негласную гонку с природой – успеть пристать к берегу, обогнать бурю. Океан, словно качели, раскачивался всё сильнее, но несущиеся к берегу волны, захлёстывающие за борт, не оставляющие на нас сухой нитки, в какой-то мере были нашими союзниками. Страха не было. Все в хлюпкой, лодочке были слишком заняты, чтобы успевать бояться: одни, что есть мочи, гребли, другие – вычерпывали воду.