Прости, я притворялся

Глава 4. Платон

Расписывая свой коварный план, мама как будто ожила. В ее глазах появился прежний блеск, но вместо того, чтобы этому обрадоваться, я почувствовал неприязнь. Никогда бы не подумал, что моя мать способна использовать грязные методы. Раньше она казалась мне совершенно бесхитростной, воплощением чистоты.

— Ну так что? — поторопила мать, заметив, что я опять пытаюсь уйти в свои мысли. — Ты мне поможешь?

— Мне что-то совсем не нравится твой план. Ты осознаешь, что толкаешь меня на безнравственный поступок?

Мама поглядела на меня как на идиота, а потом тяжело вздохнула:

— Жизнь непростая вещь Матвей. Иногда хорошим людям приходится делать плохие вещи. От этого никуда не деться.

— Я так не считаю.

— Хорошо, я поняла твою позицию! — Ее глаза наполнились горечью. — Если ты не хочешь мне помочь, я попробую найти кого-то другого.

Она развернулась, чтобы демонстративно удалиться, но я придержал ее за локоть.

— Подожди! Мы еще не договорили.

Мама потупилась, немного нервно разгладила подол платья.

— Может, нам удастся придумать что-то еще? — спросил я с надеждой. — Ведь явно существуют и другие варианты решения твоей проблемы.

В груди у меня чуть пекло от дурных предчувствий. Я не слишком загонялся по поводу подружки брата. Скорей, меня беспокоила Виктория. Мне не хотелось бы потерять ее из-за какой-то нелепой, навязанной мне интрижки.

Мама вдруг встрепенулась, нежно провела ладонью по моей щеке (совсем как в детстве):

— Ах, Платон, если бы существовали другие варианты, я бы немедленно к ним прибегла. Я ведь не хочу тебя подставлять. Ни в коем случае. Просто... Если с твоим отцом что-то случится, я этого не переживу.

Я перехватил ее ладонь и ободряюще пожал.

— Я помогу тебе, мама. Мы все уладим.

Легкий порыв ветра зашелестел листвой. В кустах смородины пискнула крохотная птичка. Мать взглянула на меня с благодарностью, а я напряг все свое самообладание, чтобы не отвести взгляда. Разумеется, я не собирался никого соблазнять. Меня просто встревожил тот факт, что мать хочет обратиться за помощью к кому-то еще. Она сейчас явно не совсем вменяема и может натворить бед. Лучше я сам со всем разберусь. Один.

— Нужно действовать как можно быстрее, — вкрадчиво произнесла мать, убирая платок в сумочку. — Чем скорей ты окажешься в Сочи, тем лучше. Попроси у отца отпуск. Думаю, он тебя отпустит.

— Да, конечно, с этим проблем не возникнет. Но… — я замялся, взъерошил рукой волосы. — Как быть с Матвеем? Сомневаюсь, что он обрадуется, увидев меня рядом со своей подружкой.

— О, не волнуйся, с Матвеем проблем не будет. Я увезу его в круиз по Байкалу.

— В круиз? По Байкалу? Сомневаюсь, что ему понравится твоя идея.

Мама вздернула подбородок:

— Он не откажет мне. Можешь не сомневаться.

Ее уверенность меня слегка позабавила, но спорить я не стал, только руками развел:

— Хорошо. Когда начнем осуществлять твой план?

— Все зависит от тебя Платон. Как только ты будешь готов.

— Мне нужно пару дней на то, чтобы уладить дела.

— Я понимаю.

***

Когда я вернулся в квартиру, Виктория уже не спала. Она сидела на кухне с собранными волосами, колдовала над макияжем. Я вымыл руки и стал возиться с кофемашиной. Не могу начинать утро без чашечки капучино.

— Кто это был? — спросила Вика без особого интереса. Кажется, собственное лицо занимало ее гораздо больше, чем мои дела. Что ж, тем лучше.

— Это по работе, — ответил я будничным тоном.

Вика поправила стоящее перед ней на столе зеркало и обмакнула кисточку в коробочку с чем-то блестящим:

— Что-то случилось?

— Нет, не особо. Но, похоже, мне придется ненадолго уехать.

— На сколько?

— На неделю. Может, на две. Пока не ясно.

На Викином лице проступила досада, хотя эта хитрая бестия тут же попыталась ее скрыть. И кажется, я знаю, чем она недовольна. Через неделю у ее отца юбилей. Вика возлагает на этот день большие надежды. Она почему-то решила, что я воспользуюсь красивой датой, чтобы попросить у Алмазова старшего ее руки. Даже разок намекала мне на это. Но я сделал вид, что не понимаю намеков.

Нет-нет, Вика замечательная, и я, в принципе, не прочь когда-нибудь потом на ней жениться. Но сначала нам не мешало бы узнать друг друга чуточку лучше. Знакомы мы всего полгода, спим вместе и того меньше. Встречаемся в основном в ресторанах и клубах, большую часть совместного времени проводим вне дома. Это неправильно. На людях человек совсем не такой, как за закрытыми дверями.

Около месяца назад я предложил Вике переехать ко мне. Надеялся, что это нас сблизит, позволит познакомиться со слабостями друг друга. Но не тут-то было. Вика оскорбилась, в ее глазах засверкали молнии.

«Запомни, Беркутов, я не из тех, кто устраивает мужчине демо-версию брачной жизни, — пылко заявила она. — Любишь — женись. Жить на одной территории с мужчиной без печати в паспорте я не стану. Не так воспитана».