Прости за мою любовь

31

— Оленька, у тебя тоже есть мама, — говорю тихо.

Нужно как-то разрядить накалившуюся в миг до предела обстановку. Но я понимаю, что просто пошутить не вариант. Девочка уже глубоко ушла в свои мысли и не выглядит больше расслабленной и веселой. Сама затронула больную тему, сама и провалилась под лед. Теперь барахтается там одна. Ее брат молчат. Мне, кажется, он сам не знает, что нужно сказать.

Присаживаюсь на корточки, чтобы быть одного роста с девочкой. Кирилл замирает статуей и не двигается, лишь наблюдает за моими действиями. Хмурится, но молчит. Хотела бы я знать, что сейчас творится в его голове.

Я не должна в это лезть.

Головой понимаю. А вот сердце выстукивает совсем обратное. Это не моя трагедия, но она меня коснулась. Я стала ее невольным свидетелем, хранителем тайны. В своем время поддержала Кирилла ценой общения с ним и теперь хочу сказать ободряющие слова его сестре Оле. Ей семь лет, и она, как и ее старший брат, потеряла маму. Я не знаю, разговаривал ли кто с девочкой на эту тему.

Иногда слова — это просто слова, а иногда, когда идут от самого сердца, они дарят надежду, счастье, свободу.

— Нету, — насупленно повторяет Оля. — Она умерла. Остались только я, папа и Кир. Так бывает. Мне объясняли. Вот есть человек, и вдруг его нет. Объясняли, что мама сейчас далеко, но она на меня смотрит. Но рядом ее все равно нет.

— Оля, — в который раз сипло говорит Кирилл.

Растерянно проводит рукой по волосам, взлохмачивая свою непослушную челку еще сильнее. В другой момент я бы залюбовалась им. Сейчас не время.

— Что? Это же правда. Теперь ее нет. Ты мне говорил. Папа говорил. Бабушка говорила. Я все понимаю. Дай телефон, а?

Морозов без возражения лезет в карман ветровки, спустя пару секунд протягивает девчонке смартфон. Та сразу снимает блокировку и ныряет в цветной мир графики, как будто не она только что перечеркнула все хорошее настроение сегодняшнего дня. Наверное, ей самой нужно отвлечься.

— Кирилл… — Он вскидывает на меня холодные глаза. Видно, что устал, улыбка давно сползла с его красивого лица. Это воскресное утро больше не расслабляет, не доставляет удовольствия ни мне, ни ему. — Отойдем?

— Куда?

— Вон туда.

Указываю на дальний угол крыльца, где темно и куда не долетают капли дождя, который никак не собирается заканчиваться.

— Оля, мы будем здесь, — предупреждает сестру Морозов и первый разворачивается, шагая в ту сторону, которую я указала.

— Ага.

Пока преодолеваю пару шагов до Кирилла, обдумываю, что хочу сказать. Давно хотела задать ему эти вопросы, но не решалась. Сейчас, может быть, тоже не то время и место, а может быть, как раз самое оно. Ведь другого времени и места у меня просто может не быть. Сейчас скажу, что думаю, и разрушу тот хрупкий мостик, который выстроила к Кириллу. Все или ничего.

— Как ты?

Вот и спросила. Он хмурится еще сильнее. Засовывает руки в карманы ветровки и отворачивается на меня на короткое мгновение. Когда возвращает взгляд ко мне, улавливаю холод в его серых глазах.

Меня не заморозить Кирилл, и ты со мной рядом не замерзнешь.

Я хочу быть тем огнем, который согреет его. Буду пылать рядом. Отогрею своей любовью его израненное холодное сердце. Залечу все раны. Мне так хочется быть особенной для него. Так хочется заботиться о нем. Шансов у меня мало. Но они всегда есть, даже в нашем случае.

— Нормально, — пожимает плечами парень, — что-то еще?

— Ты как? — повторяю свой вопрос.

А потом совершаю несвойственный мне поступок. Ловлю ладонь Кирилла и, несмотря на его сопротивление, сжимаю. До тех пор, пока он не перестает ее вырывать из моего захвата.

Так мы и стоим какое-то время, взявшись за руки, в темноте крыльца спортивного комплекса. Шум дождя бьет по козырьку. Кирилл больше не пытается вытащить свою ладонь из моей, но на меня не смотрит. Взгляд его блуждает за моей спиной, там, где осталась стоять младшая сестра. Она как будто не замечает нашего отсутствия, напевает себе что-то под нос, судя по доносящимся звукам, пританцовывает.

Морозов слегка тянет меня за руки на себя, я делаю шаг вперед и останавливаюсь в пару сантиметров от его тела. Меня окутывает любимый запах и тепло. Хочется прикрыть глаза и насладиться моментом.

— Ты знаешь…

Кирилл наклоняется ко мне, его дыхание задевает мою кожу, губы слегка касаются волос. Я чувствую это на каком-то высшем уровне. Волоски на всем теле встают дыбом от остроты ощущений. Морозов близко. Если слегка поднять голову, что я и делаю, взгляд сам останавливается на его губах. Он знает, куда я смотрю, потому что сам неотрывно следит за мной. Моя ладонь все еще сжимает его, и я как завороженная пялюсь на его губы в тот момент, когда они шевелятся и из них вылетает:

— …Фигово.